URSS.ru Магазин научной книги
Обложка Павлов А.С. «Новое мистерианство» Колина Макгинна: Почему мы не можем решить проблему «сознание-тело»? Обложка Павлов А.С. «Новое мистерианство» Колина Макгинна: Почему мы не можем решить проблему «сознание-тело»?
Id: 299159
629 р.

«Новое мистерианство» Колина Макгинна:
Почему мы не можем решить проблему «сознание-тело»? № 15

URSS. 2023. 200 с. ISBN 978-5-9710-3719-4.
Типографская бумага

Аннотация

Данная книга — первое систематическое исследование мистерианства в аналитической философии сознания на русском языке. Колин Макгинн — современный американский философ. Его библиография обширна и включает работы по философии языка, метафизике, этике, философии физики, философии кино и др. Тем не менее, всемирную известность ему принес разработанный им мистерианский подход к решению проблемы «сознание–тело». Основная идея мистерианства состоит... (Подробнее)


Оглавление
top
Оглавление5
Предисловие8
Введение13
1. Философия сознания — центральная дисциплина аналитической философии второй половины XX – начала XXI века13
2. Мистерианство как подход к решению проблемы «сознание — тело»16
3. Колин Макгинн: «интеллектуальная» биография20
4. Российская рецепция мистерианства40
5. Структура книги43
Глава 1. Методология трансцендентального натурализма47
1. Основания для выделения специальной методологии49
2. Понятие философского натурализма50
3. Значение термина «трансцендентальный»67
4. Понятие когнитивного искажения. Тезис искажения69
5. Тезис замкнутости71
6. Атрибуты когнитивно недоступной вещи72
7. Дистинкция проблем и тайн73
8. CALM-гипотеза75
9. DIME-форма76
10. Метафилософский пессимизм78
Заключение80
Глава 2. Основные положения мистерианской аргументации83
1. «Новые мистерианцы». История происхождения термина85
2. Слабая и сильная версии мистерианства87
3. Критика материализма90
4. Критика дуализма107
5. Критика панпсихизма116
6. Глобальный ментализм: разработка и критика118
7. Три посылки мистерианского подхода. Редуктивный физикализм как релевантный тип решения проблемы «сознание — тело»121
8. «Теоретическая» таинственность проблемы «сознание — тело»123
9. Мнения Серла и Чалмерса относительно разрешимости проблемы «сознание — тело». Отличия от позиции Макгинна125
10. Тезис когнитивной замкнутости. Когнитивная взаимозамкнутость перцепции и интроспекции127
11. Гипотеза C*-свойства129
12. Аргумент по аналогии132
13. Понятие широкого физикализма136
14. Перспективы решения проблемы «сознание — тело»143
Заключение149
Глава 3. Критика мистерианства153
1. Проблема обоснования тезиса когнитивной замкнутости155
2. Проблема понимания неразрешимых проблем161
3. Проблема реальности непознаваемых вещей171
4. Проблема эффективности мистерианской стратегии175
Заключение180
Заключение182
Список литературы189

Предисловие
top

Книга, которую читатель держит в руках, представляет собой результат шестилетнего исследования. Его история в известном смысле показательна, и мне представляется уместным обрисовать ее сейчас в общих чертах.

Окончив в 2015 году бакалавриат Института филологии МПГУ, я попытался поступить в магистратуру МГУ — на философский факультет, об обучении на котором давно мечтал. Московский университет не дался с наскока, и первая попытка обернулась неудачей. Пылкий двадцатиоднолетний юноша, я тотчас же — руководствуясь больше эмоциями, чем разумом — решил податься в православную семинарию. От этого поспешного шага отговорили родители, убедив не останавливаться на пути к цели стать философом (и добавив: «Поучись еще два года в светском вузе, а после делай, что хочешь»). Я последовал их наставлению и с головой погрузился в подготовку к экзамену.

Через год, вновь явившись на вступительное испытание, я доказал свое право обучаться в этом учебном заведении. Правда, теперь МГУ открывал свои двери уже другому человеку — философу, сложившемуся если не на уровне аргументов, то, по крайней мере, на уровне стиля самого мышления. Роковым в этом отношении оказалось знакомство с монографией В. В. Васильева «Трудная проблема сознания», перевернувшей мои представления о том, какого рода философскими вопросами следует заниматься — и главное, каким образом это следует делать. Произошедшая трансформация не могла не сказаться на моих научных интересах. От прежних планов касательно христианского богословия, ограненного в форму христианского неоплатонизма, не осталось ни следа. Отныне я считал, что на повестке дня — материалистическое объяснение ментального. И хотя по прошествии лет я вернулся к вере во Христа и теологической проблематике, я по-прежнему убежден, что осознание себя в качестве аналитического философа — одно из важнейших, если не переломных, событий в моей интеллектуальной жизни.

Соответственно, когда осенью 2016 года потребовалось определиться с темой магистерской диссертации, я отчетливо понимал, на чем хочу специализироваться. Вопрос состоял в другом — какую теорию, объясняющую связь сознания и тела, следовало бы предпочесть в качестве предмета исследования? Из книги В. В. Васильева я знал, что есть некий Колин Макгинн, додумавшийся до простого и одновременно парадоксального решения: мы не можем решить психофизическую проблему просто потому, что она принципиально для нас неразрешима. Этот ход мысли до некоторой степени напоминал мне трансцендентализм Канта, однако мне нравилось, что принятие мистерианской позиции не требует становиться кантианцем, что означало бы разрыв с научной картиной мира.

Так этот вопрос решился сам собой — благо, что до этого мистерианством в нашей стране занимался лишь Н. А. Воронов , опубликовавший всего одну, но очень содержательную статью про основные положения этой концепции. Он также, насколько мне известно, занимался подготовкой кандидатской диссертации по данной теме, которая почему-то до защиты так и не дошла .

На камне сей магистерской диссертации было воздвигнуто основание исследования, венец которого, эту книгу, я не без гордости теперь преподношу читателю. Хотелось бы думать, что она получилась достаточно увлекательной, — насколько это вообще возможно для историко-философского исследования, — чтобы тот, кто стал бы ее читать, смог почувствовать хотя бы толику того трепета и восторга, которые когда-то, будучи студентом, испытал, знакомясь с мистерианством, я сам.

Приступая к традиционной части с благодарностями, в первую очередь я хотел бы выразить свою глубокую признательность самому Колину Макгинну, проявившему искренний интерес к моему исследованию и содействовавшему его подготовке и с предельным терпением и благожелательностью отвечавшему на мои уточняющие вопросы.

Я благодарю членов Московского центра исследования сознания (при философском факультете МГУ), — а именно, Д. Б. Волкова, Р. Хауэлла, Е. В. Логинова, А. П. Беседина и А. В. Мерцалова, — за возможность обсуждать идеи мистерианства в условиях свободного научного диалога, а также за указание на отдельные особенности и ключевые моменты мистерианской аргументации, на которые, уверен, я сам не обратил бы должного внимания.

Я выражаю признательность В. В. Васильеву, научному руководителю моей кандидатской диссертации о мистерианстве, за помощь, оказанную мне в период подготовки моего первого крупного историко-философского исследования, а также за полезные советы и замечания.

Не в меньшей степени я признателен А. В. Кузнецову, научному руководителю моей магистерской диссертации, послужившей наброском для последующей кандидатской диссертации и — в конечном счете — этой книги.

Я сердечно благодарю Ю. В. Синеокую, без заботы и участливого отношения которой я бы не выстоял последние, наиболее хлопотные и волнительные месяцы перед защитой моего исследования. Под ее чутким руководством я теперь имею честь работать в Институте философии РАН.

Отдельно я хочу выразить благодарность А. Т. Юнусову за ценные рекомендации, высказанные на этапе рецензирования книги, М. В. Шпаковскому за прекрасно выполненную им работу редактора моего перевода «Таинственного огня», здесь широко цитируемого, а также Д. С. Самукову за помощь в оформлении текста.

Я хочу отблагодарить всех, с кем меня сводила и, наоборот, разводила судьба в эти шесть насыщенных общением лет. Нам хочется верить в настоящую дружбу и вечную любовь, однако чаще жизнь складывается по аналогии с поездкой в поезде: путь до одной остановки делишь с одним попутчиком, до второй — со вторым, до третьей — с третьим . Вспоминаются слова песни знаменитой экспериментальной группы: «Есть лабиринт / Но у него нет стен / Ни „выходов“, ни „входов“ / Ни линий, ни столбов / И в нем ты и я / Следуем без слов: „Куда б ты пошел / Не будь меня?“» . Уроки, извлеченные из пересечения наших дорожек, а также воспоминания о совместно прожитых ярких мгновениях останутся со мною навсегда.

Я хочу отдать должное всем ныне живущим и уже почившим музыкантам (Егор Летов, Борис Усов, Сергей Курехин, Брайан МакЛин, и др.), режиссерам (Л. Бунюэль, И. Бергман, А. Тарковский, Э. Кустурица и др.), писателям (Л. Н. Толстой, Ф. М. Достоевский, П. Лагерквист, К. С. Льюис, Вен. Ерофеев и др.), философам (Б. Паскаль, Б. Рассел, Л. Витгенштейн, Н. Хомский и др.) и богословам (М. Лютер, А. Швейцер, Д. Бонхеффер, о. П. А. Флоренский, Д. Б. Харт и др.), своим творчеством и личным примером ободрявших меня в трудные минуты и не позволивших опустить руки.

Наконец, я хочу сказать спасибо моим родителям. Без вашей любви, тепла и поддержки это смелое предприятие едва ли увенчалось бы успехом.


Об авторе
top
photoПавлов Алексей Сергеевич
Кандидат философских наук, младший научный сотрудник сектора истории западной философии Института философии РАН. Сфера научных интересов: история философии Нового времени, аналитическая философия (метафизика, философия сознания, философия религии, христианская теология).