Обложка Кравченко А.В. Открывая язык заново: От нереалистичной лингвистики к реальной науке о языке. От структурализма и когнитивизма --- к экологическому реализму (Новая повестка дня в языкознании.)
Id: 269146
959 руб.

Открывая язык заново:
От нереалистичной лингвистики к реальной науке о языке. От структурализма и когнитивизма — к экологическому реализму (Новая повестка дня в языкознании.)

URSS. 2021. 432 с. ISBN 978-5-9710-8530-0.
Белая офсетная бумага
  • Твердый переплет
Белая офсетная бумага.

Аннотация

Книга обобщает итог 30-летних размышлений о положении дел в науке о языке, объединенных общей главной идеей о несостоятельности общепринятых воззрений на язык и необходимости выработки новой методологии его исследований, соответствующей новой, пока еще формирующейся научной парадигме в области гуманитарных наук. В первой части критически рассматриваются некоторые общие положения традиционной теории, подчеркивается неопределенность... (Подробнее)

Оглавление3
Предисловие10
Часть 1. Проблемные места традиционной теории13
Глава 1. Размышляя над привычными понятиями13
1.1. Носители языка, родной язык и другие интересные вещи13
1.1.1. Некоторые общепринятые определения и стоящие за ними презумпции13
1.1.2. В поисках доказательств, которых нельзя найти16
1.1.3. Анализ импликаций, стоящих за определениями19
1.1.4. Коммуникативные проблемы в сообществе «моноглотов»21
1.1.5. Что такое язык?23
1.1.6. Вопросы, заставляющие задуматься25
1.2. Является ли традиционный лингвистический анализ анализом языка?26
1.2.1. Проблема с лингвистикой как научной дисциплиной26
1.2.2. «Лингвистический анализ»30
1.2.3. «Языковые факты» и «языковые единицы»31
1.2.4. Заключение35
1.3. «Язык писателя» как семиотический конструкт35
1.3.1. Два главных заблуждения традиционного взгляда на язык35
1.3.2. Текст и дискурс38
1.3.3. Язык писателя как семиотическое понятие40
1.4. Понятие социолингвистики как метаязыковой казус43
Глава 2. В поисках предметной области48
2.1. Коммуникация и язык: о предметной области коммуникативистики48
2.1.1. Терминологические нюансы48
2.1.2. Миф, которым живет лингвистика50
2.1.3. Коммуникация как консенсуальная область взаимодействий (биологическая функция языка)54
2.1.4. Что должна изучать коммуникативистика?56
2.2. О предметной области языкознания57
2.2.1. «Кризис общего языкознания»57
2.2.2. Проблема междисциплинарности62
2.2.3. Язык как объект65
2.2.4. Функция языка67
2.3. Грамматика в когнитивно-семиотическом аспекте70
2.3.1. Проблема с традиционным пониманием грамматики70
2.3.2. Репрезентационалистское заблуждение грамматики73
2.3.3. Грамматика как семиозис76
2.3.4. Грамматика и когниция80
2.3.5. Подводя итог82
Глава 3. На пути к новому пониманию языка84
3.1. К обоснованию идеального проекта лингвистики: интеграция языка, семиотики и биологии84
3.2. Когнитивная лингвистика сегодня: интеграционные процессы и проблема метода88
3.2.1. Введение88
3.2.2. О роли и смысле компьютерной метафоры90
3.2.3. Когнитивная лингвистика второго поколения93
3.2.4. Язык и когниция в биологической парадигме96
3.2.5. Биокультурная теория значения101
3.2.6. Биологический подход к когниции и лингвистика103
3.3. Биологическая реальность языка107
3.3.1. Введение107
3.3.2. Проблема с языком как системой символов108
3.3.3. Язык как консенсуальная область110
3.3.4. Языковое сообщество как живая система115
3.3.5. Новая повестка дня для наук о языке117
3.4. Практика в плену теории: почему так трудно научиться иностранному языку в школе118
3.4.1. Образовательный стандарт и получаемый результат118
3.4.2. Какой метод лучше?120
3.4.3. Язык как «системно-структурное образование»121
3.4.4. Что значит «владеть» языком?124
3.4.5. Коммуникация и информация125
3.4.6. Смысл языковой коммуникации как деятельности127
3.4.7. Что должен уметь учитель129
3.4.8. Где выход?131
Часть 2. Методологические наброски135
Глава 4. Язык и когниция135
4.1. Об автономности когниции135
4.1.1. Почему когниция не является функциональным свойством мозга135
4.1.2. Когниция с точки зрения биологии138
4.1.3. Проблема с тестом Тьюринга142
4.2. «Репрезентация мыслительных структур в языке» как тема научного дискурса145
4.2.1. Понятие репрезентации и «объективный реализм»145
4.2.2. Когнитивная наука и когнитивная лингвистика147
4.2.3. Язык как реляционная область взаимодействий148
4.3. Что такое «когнитивная структура», или Об одном распространенном заблуждении150
4.4. «Cознание» как экологическое понятие154
4.4.1. Об особенностях человеческой когниции154
4.4.2. «Подводные камни» объективного реализма155
4.4.3. Сознание как экологический феномен158
Глава 5. Вокруг концептов160
5.1. Место концепта в соотношении языка, сознания и мышления160
5.1.1. Методологические предпосылки160
5.1.2. Концепт как «концептуальная» проблема в научном жанре162
5.1.3. Концепт в биокогнитивной философии языка166
5.1.4. Когнитивная настройка организма171
5.2. Что изучает концептология?175
5.3. Концепт, концепта, концепту: модный дискурс на незаданную тему178
5.3.1. «Буря мглою небо кроет»178
5.3.2. Почему концепты?180
5.3.3. Голый король объективного реализма182
5.3.4. Заключение, или: Смотри в корень!184
5.4. О профессиональной и языковой компетенции в журнальных публикациях по когнитивной лингвистике185
Глава 6. Новые познавательные установки189
6.1. Как «Биология познания» У. Матураны может оживить науки о языке189
6.1.1. Немного истории189
6.1.2. Тупиковое положение лингвистики «мейнстрима»191
6.1.3. Биология языка и ее значение для наук о языке196
6.1.4. Биологический подход к когниции как теоретическая основа для исследований языка200
6.1.5. Заключение204
6.2. Некоторые соображения о сознании и языке: гомункулус когнитивного интернализма205
6.3. Эпистемологическая ловушка языка210
6.3.1. О чем предупреждал Сенека210
6.3.2. Миф, которым живет лингвистика212
6.3.3. Как выбраться из ловушки215
6.4. Что позволяет увидеть в президентском послании биология когниции?219
Глава 7. Язык как экологическая ниша человека223
7.1. Бытие человека и экология языка223
7.2. Два взгляда на экологию языка и экологическую лингвистику226
7.2.1. Эпистемологический поворот226
7.2.2. Экология языка и эколингвистика по Э. Хаугену228
7.2.3. Экология языка в теории живых систем230
7.3. Гены, коды, язык и экология (заметки по поводу одной публикации)231
7.3.1. Введение231
7.3.2. О чем не должен забывать лингвист232
7.3.3. Гены, коды и язык: как не попасть в эпистемологическую ловушку235
7.3.4. И снова об «экологии языка»240
7.4. О вреде структурализма для здоровья общества: язык как экологическая ниша человека242
7.4.1. Затянувшаяся болезнь242
7.4.2. Тревожные симптомы245
7.4.3. Диагноз249
7.4.4. Прямая и явная угроза251
7.5. Лингвистическое образование в школе: тому ли мы учим?254
7.5.1. Странная метаморфоза254
7.5.2. Объективизация знания и ее последствия254
7.5.3. Кодовая модель языка256
7.5.4. Что изучают на уроках русского языка?257
7.5.5. Области языковых взаимодействий260
7.5.6. Истоки функциональной неграмотности261
7.5.7. Новая повестка дня для лингвистического образования263
7.6. Англизация русского языка как экологический процесс264
7.6.1. Преамбула264
7.6.2. Функция письма в живых системах третьего порядка264
7.6.3. Гибридизация письменных систем267
7.6.4. Англизированные тексты как фактор языковой экологии271
7.6.5. Заключение274
Часть 3. «Всё сказанное сказано наблюдателем»276
Глава 8. Наблюдатель в анализе языковых явлений276
8.1. Наблюдатель как системный фактор в языке276
8.1.1. Вводные замечания276
8.1.2. Причины семантических аномалий в высказываниях от 1-го лица277
8.1.3. Наблюдатель и понятие «настоящее»281
8.1.4. Наблюдатель и видовые противопоставления283
8.1.5. Наблюдатель и пассивная диатеза286
8.1.6. Человек и система выражения пространственных отношений288
8.1.7. Предметная асимметрия и понятие нормы291
8.1.8. Локативы: наблюдатель и норма293
8.1.9. Когнитивные аспекты синтаксической структуры высказывания296
8.1.9.1. Конструкции с однородными членами296
8.1.9.2. Порядок слов в предложении300
8.1.10. Вместо заключения305
Глава 9. Наблюдатель и глагольные категории306
9.1. К когнитивной теории времени и вида (на материале английского языка)306
9.1.1. Недостатки традиционных подходов306
9.1.2. Наблюдатель и время309
9.2. Глагольный вид и картина мира315
9.2.1. Введение315
9.2.2. Предел и целостность действия319
9.2.3. Грамматика вида322
9.2.3.1. Морфология вида322
9.2.3.2. Грамматическая парадигма глагола326
9.2.3.3. Синтаксис вида330
9.2.3.3.1. Глаголы СВ1/НСВ2 и СВ2/НСВ2330
9.2.3.3.2. Глаголы НСВ1/НСВ2332
9.2.4. Значение вида333
9.2.5. Совершенный вид и настоящее время334
9.2.6. Глаголы НСВ и префиксация336
9.2.7. Вид и пассивный залог337
9.2.8. Заключительные замечания339
9.3. О грамматическом значении английского причастия340
9.3.1. Грамматические категории и когниция340
9.3.2. Причастие как глагольное слово341
9.3.3. Грамматическое значение причастия343
9.4. Инфинитив и причастие в английском сложном дополнении346
9.4.1. Грамматико-семантическая проблема346
9.4.2. Когнитивная природа различий между двумя типами сложного дополнения349
9.5. Когнитивная грамматика на уроке английского: как облегчить жизнь русским студентам352
9.5.1. Трудности мнимые и настоящие352
9.5.2. Когнитивный подход к времени и виду356
9.5.3. «Раз, два, три — форму выбери»359
Глава 10. Говорящий как наблюдатель361
10.1. Глаголы положения стоять, сидеть, лежать361
10.1.1. Семантическая проблема361
10.1.2. Дидактическая проблема362
10.1.3. Пространственная категоризация как перцептивно-когнитивный механизм365
10.2. Время и имя372
10.2.1. Временной компонент в значении имени372
10.2.2. Эпистемические показатели имен-синонимов376
10.3. Феноменология и когниция в семантике русского это383
10.3.1. Методологические предпосылки383
10.3.2. Когнитивная функция индикатора это385
10.3.3. Это как метапредикат391
10.4. Принцип непосредственности восприятия в языке пираха393
10.4.1. Чем интересна книга Д. Эверетта о племени пираха393
10.4.2. Принцип непосредственности восприятия и биологическая функция языка395
Литература402

Предисловие

Уже довольно давно ученые — философы, психологи, социологи, лингвисты, когнитологи и т. п. — ведут разговор о необходимости пересмотреть исходные установки, характерные для подходов к проблеме сознания (разума) и языка и, как становится все более очевидно, не позволяющие решить эту проблему в рамках традиционной картезианской парадигмы. Дуалистичная картина языка, которую рисует ортодоксальная лингвистика, унаследовавшая свои основные познавательные установки от аналитической философии, не позволяет рассчитывать на существенный прогресс в изучении языкового поведения человека, делающего вид Homo sapiens по сравнению со всеми другими видами живых существ поистине уникальным. Природа языковой способности — важнейшего и одновременно самого загадочного дара, которым наделен человек, равно как и роль языка в эволюционном развитии нашего биологического вида, которую подчеркивает, например, Терри Дикон (Deacon 1997; 2005), пока еще по-настоящему не понята и не объяснена. Мы продолжаем находиться в плену привычных убеждений, которые на протяжении многих поколений нам внушают признанные научным сообществом «авторитеты», а рассуждения о языке с точки зрения здравого смысла, проводимые на этом же самом языке и потому в содержательной части неизбежно испытывающие сильное влияние языковой формы, зачастую выдаются за научные — и, соответственно, принимаются как таковые. Неудивительно, что, как наука, лингвистика не может похвастать выдающимися достижениями, существенным образом повлиявшими на повседневную жизнь человека. А ведь она, без преувеличения, является едва ли не самой старейшей наукой.

Самым ярким свидетельством неудовлетворительного положения дел в лингвистике является отсутствие какого-либо консенсуса по главным для всякой науки положениям, без которого накопленное в определенной области знание не позволяет считать эту область серьезной наукой. Речь идет, конечно же, об объекте и предметной области лингвистических исследований. Методологический тупик, в который завел исследования языка печально знаменитый призыв Ф. де Соссюра изучать язык в себе и для себя, подобен тоннелю, в конце которого никогда не будет света, потому что этот тоннель никуда не ведет. Язык не относится к числу объектов или явлений, существование которых в принципе не предполагает какой-то каузальной зависимости от человека: человек становится человеком и существует как человек исключительно благодаря той видоспецифичной совместной деятельности, которую мы называем языком. Нет никакого «человеческого фактора» в языке, потому что язык и есть тот самый человеческий фактор. Однако эту простую, казалось бы, истину, многим очень трудно увидеть и уж тем более принять, потому что она не укладывается в рамки привычных всем воззрений на язык, поддерживаемых, в первую очередь, системой лингвистического образования в школе и вузе, которая, по существу, является не чем иным, как индоктринацией.

Не был исключением и автор данной книги, получивший профессиональное образование в лингвистическом вузе, что подтверждается дипломом учителя. Он искренне верил, что язык — это средство коммуникации, что коммуникация состоит в обмене информацией, которая кодируется в языке, и, например, для того чтобы выучить иностранный язык, надо просто усвоить единицы конкретного кода (скажем, словарь английского языка) и правила их употребления (сочетаемости). Однако, когда автор стал серьезно преподавать английский язык серьезно настроенным студентам (а в то время таких было большинство), он очень скоро обнаружил, что различные учебники, и в первую очередь грамматики, очень часто не давали ответов на вопросы, которые преподавателю задавали студенты. Более того, даже самые авторитетные грамматики часто противоречили тому, с чем преподаватель и студенты сталкивались в процессе обильного чтения современной литературы на английском языке и, если повезет, живого общения с «носителями» английского языка. Так у автора проснулся исследовательский интерес.

С тех пор этот интерес не утихает вот уже более тридцати лет. В поисках ответов на самые разные вопросы, которыми обычно интересуются профессиональные лингвисты, автор прошел долгий и не всегда легкий и прямой путь от безоговорочного принятия устоявшихся «истин» о языке в начале до их критического осмысления в середине и безоговорочного отрицания в конце. Различные этапы этого пути отражены в нескольких книгах и большом количестве статей, изданных в России и за рубежом; эти публикации позволяют проследить, как менялось отношение автора к тем или иным положениям традиционной лингвистики по мере осознания их неудовлетворительности, а порой и просто неадекватности. Однако не все из изданных книг сегодня доступны, а статьи рассеяны по «городам и весям» нашей необъятной страны, ближнего и дальнего зарубежья. Это и натолкнуло автора на мысль попробовать отобразить пройденный научный путь (который отнюдь нельзя считать законченным), собрав под одной обложкой работы, последовательно отображающие три основных фокуса авторских исследований языка: (1) критика языкового мифа, держащего науку о языке в плену догм и явных заблуждений и не позволяющего ей развиваться дальше; (2) необходимость выработки новой методологии, формирующейся в биологически ориентированной когнитивной науке и позволяющей выйти из тоннеля, ведущего в никуда, и (3) иллюстрация того, как понимание ориентирующей (адаптивной) функции языка, образующего биосоциокультурную (экологическую) нишу человека, позволяет понять и объяснить многие языковые явления, вокруг которых сломано немало копий лингвистами всех мастей разных поколений. Понимание же это, в свою очередь, может стать той действенной силой, с помощью которой человек, наконец, познает самого себя и свои место и роль в этом мире.


Об авторе
Кравченко Александр Владимирович
Российский лингвист, занимающийся теоретическими и прикладными исследованиями языка в рамках некартезианской эпистемологии, основы которой заложены выдающимся чилийским ученым Умберто Матураной. Доктор филологических наук, профессор. Профессор Байкальского государственного университета. Автор нескольких монографий, изданных в России и за рубежом: «Вопросы теории указательности» (1992), «Язык и восприятие» (1996), «Знак. Значение. Знание» (2001), «Biology of Cognition and Linguistic Analysis» (2008), «От языкового мифа к биологической реальности» (2013), «Открывая язык заново» (2021) и др.