|
Оглавление
Предисловие
В основу настоящей монографии лег текст защищенной в 2007 году в МГУ им. М.В. Ломоносова докторской диссертации, которая, в свою очередь, включала (в переработанном виде) материал монографии автора "Функционально-семантическая категория императивности в современном чешском языке в сопоставлении с русским", опубликованной в 2005 году в Брно. Существенно переработаны были прежде всего разделы второй, третьей и четвертой глав, посвященные императивным и эксплицитным перформативным конструкциям, т.е. их основные разделы. Автор стремился учесть замечания и пожелания, высказанные в опубликованных отзывах на монографию, а также услышанные от коллег. Монография подготовлена на кафедре славянской филологии филологического факультета МГУ им. М.В. Ломоносова, ее отдельные положения обсуждались на заседаниях кафедры в виде научных докладов и сообщений, и автор выражает признательность всем проявившим к ней внимание коллегам по кафедре (прежде всего профессорам В.Ф.Васильевой, Н.Е.Ананьевой, доцентам Т.С.Тихомировой, О.А.Ржанниковой, С.С.Скорвиду) за ценные замечания, а заведующему кафедрой доценту В.П.Гудкову и декану факультета профессору М.Л.Ремневой – за творческую обстановку на кафедре и факультете. Бесконечна благодарность автора заслуженному профессору МГУ, почетному доктору Карлова университета в Праге доктору филологических наук А.Г.Широковой (1918-2003), учеником которой автору посчастливилось быть. Профессор А.Г.Широкова рецензировала первый вариант данного исследования, и ее ценные замечания во многом определили структуру работы. Очень важны для автора были замечания и пожелания, высказанные составителями внешнего отзыва на диссертацию д.ф.н. А.М.Кузнецовым и к.ф.н. С.А.Ромашко, оппонентами профессорами М.В.Всеволодовой, Г.А.Лилич, Б.Ю.Городецким, а также приславшими дополнительные отзывы профессорами Ю.Е.Прохоровым, Б.Ю.Норманом, В.И.Карасиком. Автор благодарит за ценные советы профессоров Е.В.Клобукова, Е.В.Петрухину, О.В.Александрову, В.З.Демьянкова, доцента В.В.Белоусову, а также докторов филологических наук В.А.Татаринова и В.Г.Кульпину, знакомившихся с настоящей работой в процессе ее подготовки. Автор признателен директору Института Чешского национального корпуса при философском факультете Карлова университета в Праге профессору Фр.Чермаку и его коллегам за любезно предоставленную возможность пользоваться собранным ими материалом, а декану гуситского теологического факультета Карлова университета в Праге профессору Яну Б.Лашеку и заведующему отделением грамматики Института чешского языка Академии наук Чешской республики доценту Фр.Штихе за неоднократно предоставлявшуюся возможность апробировать результаты исследования в среде чешских коллег. Следует отметить, что именно профессору Яну Б.Лашеку автор обязан публикацией монографии 2005 года. Автор благодарен руководству Издательского дома URSS, а также редактору издательства В.Д.Мазо – замечательному специалисту и человеку за внимание, проявленное к данному исследованию. Введение
Функционально-семантическая категория императивности вступает с общей категорией модальности в сложное взаимодействие. Императивные высказывания, традиционно и вполне обоснованно относимые к ирреальной модальности (разновидность объективной внешнесинтаксической модальности в концепции [Золотова 1973], [Всеволодова 2000]), в то же время выявляют смыслы долженствования и возможности, то есть имеют непосредственное отношение также и к внутрисинтаксической модальности (в богемистике этот тип модальности принято называть "волюнтативной"). Очевидна взаимосвязь функционально-семантической категории императивности и с такими часто рассматриваемыми в рамках модального комплекса (ср. [Теория... 1990: 68]) типами значений, как "утверждение/отрицание", "эмоциональная и качественная оценка содержания высказывания" и, естественно, "целевая установка говорящего". Поэтому неудивительно, что интерес к проблемам императива и императивности в последние годы растет, отметим коллективную монографию "Типология императивных конструкций" под редакцией В.С.Храковского (1992), монографии Е.И.Беляевой (1992), Й.Крекича (1993), Л.А.Бирюлина (1994), М.Г.Безяевой (2002), переиздание монографии В.С.Храковского и А.П.Володина (2002). Мощным стимулом для разработки проблематики явились ленинградская конференция "Функционально-типологическое направление в грамматике. Повелительность" (1988) и выход монографии "Темпоральность. Модальность" из серии "Теория функциональной грамматики" коллектива авторов под руководством А.В.Бондарко (1990). Ежегодно по тем или иным аспектам проблематики успешно защищаются диссертации (на сайте http://db.rulib.com/ в разделе по филологическим наукам мы обнаружили информацию о 47 диссертациях последних лет, в названиях которых содержатся компоненты "императив", "императивный", "побуждение", "побудительный", "директив", "директивный"). А.В.Бондарко разработаны понятие функционально-семантического поля императивности и понятие императивной ситуации, В.С.Храковским и Л.А.Бирюлиным сформулировано опирающееся на принятое в теории речевых актов трехуровневое содержательное определение побудительного высказывания и исчислены прагматические факторы, влияющие на семантическую интерпретацию побуждения, М.Г.Безяевой, Ц.Саранцацрал, Л.А.Сергиевской и Й.Крекичем весьма обстоятельно описаны побудительные высказывания современного русского языка^, практически всеми исследователями предлагаются свои варианты семантико-прагматического членения русского массива побудительных речевых актов. Тем не менее даже для русского материала далеко не все проблемы могут считаться окончательно решенными. Предложенная В.С.Храковским и Л.А.Бирюлиным смысловая структура побудительного высказывания не описывает некоторых социально значимых подтипов побуждения (например, разрешения, предложения, приглашения). Не охарактеризован лингвистический механизм транспозиции наклонений на уровне функционально-семантических категорий. Сама множественность вариантов классификации побудительных интерпретаций косвенно свидетельствует о необходимости дальнейшей разработки проблематики. Развитие информационных технологий и средств связи в последние десятилетия сделали возможным широкое распространение корпусных исследований – изучения языковых явлений с помощью электронных корпусов текстов. Хотя подготовка так называемого Брауновского корпуса американского варианта современного английского языка, включающего в себя около миллиона словоупотреблений, была закончена еще в 1964 году, лишь появившаяся сравнительно недавно возможность осуществления компьютерных операций над текстовыми массивами в сотни раз большего объема (неаннотированный 100-миллионный языковой корпус занимает 1-2 гигабайта дискового пространства, аннотированный – в несколько раз больше), а также доступность ряда крупных языковых корпусов через Интернет знаменовали принципиально новый этап в развитии лингвистических исследований. Корпусная лингвистика не является новой теорией языка, однако она отличается более последовательным обращением к языковому материалу и беспрецедентным объемом этого материала. Например, если бы кто-то захотел просто прочитать вслух тексты, составляющие 100-миллионный языковой корпус (150 слов в минуту, 8 часов в день, 365 дней в году), это заняло бы у него 4 года, см. [Cesky nбrodni korpus 2000: 14]. Полученные в результате обращения к крупным текстовым массивам данные порой противоречат устоявшимся представлениям о функционировании тех или иных языковых единиц. Например, в современных учебниках чешского языка для иностранцев, издаваемых как в России, так и в Чехии, аналитическая императивная конструкция pojd'(te) + инфинитив отмечается гораздо регулярнее, чем аналитическая императивная конструкция necht' + 3 лицо презентно-футуральной формы индикатива. Конструкция с necht' игнорируется даже в весьма солидных исследованиях, ср. раздел о побудительных высказываниях в пражской академической грамматике чешского языка [Mluvnice cestiny 1987: 334-346]. При этом, однако, оказывается, что в текстах электронных корпусов (в том числе текстах современных) конструкция с necht' встречается существенно чаще, чем не маркированная в качестве книжной, однако, как выясняется, малоузуальная конструкция с pojd'(te) (к конструкции с necht' регулярно обращаются и авторы исторических романов, и журналисты, любящие блеснуть книжной фразой, и снобы). Это свидетельствует о целесообразности привлечения корпусных исследований для коррекции и возможного пересмотра существующих грамматических описаний. Отметим в этой связи проводимую в Институте чешского языка Академии наук Чешской республики в сотрудничестве с рядом зарубежных богемистов (в том числе автором настоящего исследования) работу по подготовке на материале данных электронных корпусов чешских текстов новой академической грамматики современного чешского языка, см. http://mam.ujc.cas.cz/. В качестве основного источника фактического материала в настоящем исследовании использовался доступный через Интернет подготовленный в Карловом университете в Праге электронный "Чешский национальный корпус" (Cesky nбrodni korpus) и прежде всего входящие в его состав репрезентативные стомиллионные подкорпусы SYN2000 и SYN2005, образуемые текстами, представляющими основные функциональные стили современного чешского языка, см. сайт Института чешского национального корпуса http://ucnk.ff.cuni.cz/. Отбор текстов для SYN2000 осуществлялся на основании социологических данных о чтении книг и периодики гражданами Чешской республики в последнее десятилетие XX века: наличие и степень представленности в корпусе конкретных изданий и авторов зависит от их читаемости среднестатистическим чехом, поэтому б'ольшую часть материала SYN2000 образуют публицистические тексты (60%), на втором месте находятся специальные тексты – справочники, энциклопедии и т.д. (25%), на третьем – беллетристика (15%). Составители SYN2000 исходят из предположения, что письменный текст не только отражает (прямо или опосредованно) современную автору языковую ситуацию, но и формирует индивидуальную языковую компетенцию читателя, поэтому включают в его состав не только оригинальные, но и переводные тексты, а также тексты, написанные и изданные до 1990 года, если они пользуются популярностью среди современных читателей. Аннотирование подкорпуса SYN2005 с несколько иным процентным соотношением художественных, публицистических и специальных текстов (соответственно 40% – 33% – 27%) было закончено летом 2006 года. Кроме SYN2000 и SYN2005, через Интернет доступны также следующие входящие в состав Чешского национального корпуса подкорпусы:
Тем самым Чешский национальный корпус входит в число наиболее авторитетных в мире языковых корпусов. Обслуживающая Чешский национальный корпус программа Bonito предоставляет возможность вести поиск по словоформе (поиск [word="Moskva"] даст нам все примеры употребления в корпусе комбинации графем Moskva), лексеме (поиск [lemma="Moskva"] покажет все примеры употребления в корпусе слова Moskva в любой форме его словоизменительной парадигмы) или грамматической матрице (поиск [tag="N.FS1.*"] покажет все примеры употребления в корпусе имен существительных женского рода в форме единственного числа именительного падежа; в корпусе SYN2000 предусмотрено описание грамматической формы по 15 позициям, в корпусе SYN2005 – по 16 позициям), а также по любой возможной комбинации словоформ, лексем и грамматических матриц. В подкорпусах чешской разговорной речи PMK и BMK в настоящее время поиск по грамматической матрице не предусмотрен. Помимо этого, следуя обычной в богемистике и русистике практике, мы пользовались эксцерпциями из художественных произведений чешских и русских авторов XIX и XX вв. При этом некоторые произведения чешской и русской художественной литературы были подвергнуты нами сплошной выборке. Речь идет о приблизительно равных по объему книгах (романах, повестях, сборниках рассказов – см. "Источники фактического материала"), написанных и опубликованных в течение последних десятилетий, материал которых (около 5 тысяч чешских и столько же русских эксцерпций) использовался нами при статистических выкладках. Кроме того, привлекались (но не учитывались при статистических выводах) примеры из других художественных произведений (в том числе из произведений XIX века), из научных и публицистических текстов, из теле- и кинофильмов, реплики, услышанные на улице, в транспорте, а также примеры (с соответствующими отсылками) других исследователей. Часть приводимых чешских примеров снабжена нашими переводами (иногда мы использовали, отмечая это, опубликованные чужие переводы), причем в каждом конкретном случае мы пытались найти приемлемый компромисс между "экстерной" и "интерной" эквивалентностью. При этом для нас речь шла, естественно, не о художественных достоинствах исходного текста и / или предлагаемого перевода, а о том или ином грамматическом аспекте, который данным переводом (зачастую с пометой букв.) иллюстрировался. Об авторе
Андрей Иванович ИЗОТОВ
Доктор филологических наук, доцент филологического факультета МГУ им. М.В.Ломоносова. Окончил славянское отделение филологического факультета МГУ (1987) и аспирантуру кафедры славянской филологии (1990). Стажировался в Карловом университете в Праге и в Институте чешского языка Академии наук Чешской республики. Имеет около 150 публикаций, в том числе "Чешские атрибутивные причастия на фоне русских" (М., 1993); "Функционально-семантическая категория императивности в современном чешском языке в сопоставлении с русским" (Брно, 2005); "Старославянский и церковнославянский языки: Грамматика, упражнения, тексты" (М., 2001; переиздание в 2007 г.); "Русско-чешский разговорник" (М., 1997; переиздания в 1999 и в 2000 гг., переработанные издания в 2004 и 2007 гг.); "Чешский язык: Учебное пособие по развитию навыков устной речи на материале видеофильмов" (М., 2005). |
|||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||