URSS.ru - Editorial URSS Publishers. Moscow - Books on Science
Back to main page View catalogue Our address Email us
BOOKS IN EUROPEAN LANGUAGES


 
Return to: Catalog  
Cover Gvishiani N.B. An Introduction to Contrastive Lexicology: English-Russian cross-linguistic correspondences
Id: 110605
 
14.9 EUR

An Introduction to Contrastive Lexicology: English-Russian cross-linguistic correspondences
Гвишиани Н.Б. "Введение в контрастивную лексикологию: Англо-русские межъязыковые соответствия"

URSS. 288 pp. (English). Hardcover. ISBN 978-5-397-01393-2.
. (На английском языке).

 Summary

В настоящем учебном пособии на большом материале корпусных исследований впервые представлен комплексный междисциплинарный подход в сопоставительном анализе лексики неродственных языков --- русского и английского. Новое направление в контрастивной лексикологии основывается на сравнении особенностей функционирования двух лексических систем и параллельных контекстов в обеспечении поиска межъязыковых соответствий и переводных эквивалентов.

Пособие предназначено для широкого круга филологов, изучающих проблемы перевода, языковых контактов, интерференции языков, межкультурной коммуникации, сопоставительного анализа в области английского языка, а также для представителей смежных специальностей, входящих в цикл "русский как иностранный".

Gvishiani Natalia

An introduction to contrastive lexicology (English-Russian Cross-Linguistic Correspondences). --- М.: KD "LIBROCOM", 2010.

The first manual of its kind, this book is intended to provide linguists and students of translation with a truly comprehensive introduction to the new field of contrastive lexical studies aimed at genetically unrelated languages --- English and Russian. The focus of this methodology is on comparison of parallel texts in searching for cross-linguistic lexical correspondences.

The broad scope of the manual including corpus-based approaches should be advantageous to applied linguists specializing in contrastive studies, the theory of translation and language contacts, cross-cultural multilingual communication as well as to English/Russian FL learners at large.

Introduction
Chapter 1 Contrastive Lexicology: its Subject and Objectives
 1.1.Recent trends in 'new' contrastive lexical studies
 1.2.Lexis as an object of contrastive analysis
 1.3.Corpus Linguistics in a contrastive study of languages
  Follow up tasks
Chapter 2 Cross-Linguistic Equivalence at the Lexical Level: Methodology and Current Approaches
 2.1.Tertium comparationis: system-related distinctions
 2.2.Tertium comparationis: context-related distinctions
 2.3.Types of cross-linguistic lexical correspondences
  Follow up tasks
Chapter 3 Structural Types and Peculiarities of Usage in Searching for English-Russian Cross-Linguistic Correspondences
 3.1.Aspects of typology in a contrastive analysis of languages
 3.2.The structure and prosody of noun phrases in the compared languages
 3.3.Phrasal verbs as an object of contrastive analysis and translation
 3.4.Functional typology: lexical morphological categories
 3.5.Functional typology: types of nomination
  Follow up tasks
Chapter 4 Lexical Semantics as an Object of Contrastive Studies
 4.1.Conceptual and functional-communicative division of the lexicon. Types of the word's lexical meaning
 4.2.The word's denotative meaning in lexical confrontation
 4.3.The word's connotative meaning in lexical confrontation
 4.4.Idiomatic and non-idiomatic phraseology in lexical confrontation
  Follow up tasks
Literature
Index
От автора. Краткое содержание основных разделов учебного пособия

 Introduction

Contrastive lexicology is a new type of studies aimed at establishing differences and similarities between languages in the course of their systematic description. It is concerned with the analysis of language vocabularies and lexical items in respect of their structural, semantic, and functional features. The focus of this investigation has been on cross-linguistic correspondences between languages at the lexical level. As part of contrastive linguistics, contrastive lexicology rests on the general principles of the universal device of comparison, on the one hand, and on the other -- looks into the nature of lexical correlations, i.e. examines the `matches' and `mismatches' discoverable at the level of structured lexicons.

To proceed with the definition of contrastive linguistics, it is necessary to point out that "the principle of contrast is considered fundamental to linguistic analysis" (Crystal, 1985: 73). It can be illustrated with reference to different levels of linguistic study (e.g., distinctive features in phonology and morpho-logy are commonly regarded as `contrastive units' in defining the notions of Phoneme and Morpheme). As a general approach to the investigation of language, contrastive analysis is used "in certain areas of Applied linguistics, such as foreign language teaching and translation" (Crystal, 1985: 74). In teaching and learning practice it is crucial to spot points of difference between the native and the foreign languages in order that potential problems and difficulties could be identified.

The question of types of languages or language `families' that are being compared has also become most important in establishing the ontology (or variety) of contrastive studies. As is well-known, the fundamental principles of describing sets of languages that derive from a common `ancestor' had been devised by comparative philologists in the nineteenth century. Thus, the Indo-European `family' tree represents the relationships between cognate (related) languages such as German, Dutch, English, Flemish (West Germanic languages) or Polish, Russian, Czech (Balto-Slavic languages), etc. (see Figure 1).

In the English metalanguage this type of studies became known as comparative philology. Its primary purpose especially in the early stages was to investigate the relationships between cognate (related) languages leading to the formation of language families (Sanskrit, Latin, Germanic, Romance languages, etc.). Contrastive analyses, conversely, are for the most part synchronic; they go beyond the genetic-etymological kinship of languages to embrace both related and unrelated languages (e.g., Russian and English). Their aim is to target cross-linguistic correspondences between the living languages along the lines of typology, i.e. their structure and functioning. At the same time analogous studies "of two states in the history of a language would be grouped under a different heading, such as Comparative or Historical Linguistics" (Crystal, 1985: 74).

In the Russian tradition the terms `сравнительный' and `сопоставительный' are used to refer to different types of studies. Thus, according to V.M.Leichik, "сопоставительному анализу могут подвергаться явления любых языков, тогда как сравнительный метод применяется к родственным языкам, он возник именно как сравнительно-исторический метод углубленного изучения генетически связанных языков и лишь впоследствии был распространен на исследование отдельных языков вплоть до выявления типологических признаков и закономерностей (языковых универсалий)" (Лейчик, 2002: 28). It should be pointed out however that the term "контрастивный" has been recently introduced to refer to the type of analyses that identify points of difference between a native and a foreign language (FL) for purposes of improving learning practices and facilitating FL acquisition.

In spite of highly divergent terminologies across Russian and English national metalanguages, it can be maintained that the required clarity and precision have been achieved in the use of the term `contrastive linguistics' in modern investigations. As distinct from comparative philology, contrastive studies involve a systematic description of differences and similarities in the functioning of a native and a foreign language in synchrony. Their purpose is to consider structural-semantic as well as functional-pragmatic peculiarities of the two languages to meet the requirements of translation and foreign language teaching. An essential part of contrastive studies is the analysis of cross-linguistic correspondences which provide for better understanding of structural divergences and functional variation. Within this approach contrastive lexicology deals with lexis in contrast as manifested in the development of the two unrelated languages, such as Russian and English.

Comparison as a universal device has been used all along in the history of linguistics. Its roots can be traced back to the first attempts at compiling lists of equivalent words for purposes of translation. Bilingual glossaries were the first products of a systematic contrastive analysis of language vocabularies. Comparative-diachronic and typological-structural investigations are commonly regarded as the precursor of modern synchronic contrastive studies.

The already established defining features that specify the device of comparison (or contrast) as used in linguistics can be listed as follows (Конецкая, 1993: 6--7):

  •  the object of comparison (related / unrelated, closely related languages; dialects; specialized professional languages);
  •  the purpose of comparison (investigating relationships between languages and language `families'; searching for linguistic universals; establishing equivalence and cross-linguistic correspondences);
  •  direction of comparison (synchrony vs. diachrony);
  •  theory as a system of well-grounded characteristics of the object;
  •  method as a set of techniques applied in contrastive analysis.

    As regards the first defining feature, it is interesting to observe that lexical-semantic divergences between British and American English may be reflected in translation, i.e. at the level of lexical correspondences in contrastive analysis. Thus, the Russian "министерство иностранных дел" is rendered into British English as `Foreign Office' which corresponds to `State Department' in American English. According to Macmillan English Dictionary for Advanced Learners these expressions are analogous in the two varieties:

    "Foreign Office is the British government department whish deals with Britain's relations with foreign countries" and "State Department in the US is the government department that manages the country's relations with other countries" (Косарева, 2007: 9).

    Similarly "министр иностранных дел" will be correlated with `Foreign Secretary' in British English and `Secretary of State' in American English. These examples illustrate the importance of cultural and socio-linguistic evidence in the applied contrastive analysis meeting the requirements of translation and foreign language teaching.

    Speaking of a wide range of contrastive-comparative investigations, it can be claimed that their differentiation depends on the defining feature (or features from the above list) which becomes prevalent in each particular case. If the method of comparison is seen as the key point, the investigation is carried out along the lines of the historic-comparative approach (сравнительно-историческое языкознание). Theory becomes the dominating factor in typology (структурная типология). At the same time `лингвистическая компаративистика' puts together typological (related and unrelated languages) and historic-comparative (related languages) studies. In this light contrastive linguistics can be regarded as lining up with typology, but if the latter strives for structural-semantic universals, the contrastive approach attends to more concrete matters, such as cross-linguistic correspondences both at the levels of language system and functioning. Similar to typology, contrastive linguistics is concerned with unrelated languages (e.g. English and Russian) which present a special object of comparison. According to A.Viberg, "At a fundamental, cognitive level, there are certain similarities even between languages that are genetically and geographically widely separated" (Viberg, 2002: 119). Unlike typology, contrastive studies embrace the specific features of individual languages. In this respect they line up with what in Russian is described as `характерология': "то есть направление, описывающее существенные признаки определенного языка в синхроническом плане с учетом его функциональных особенностей" (Лейчик, 2002: 27).

    It follows from the above discussion that in contrastive analysis the functional aspect of language units becomes most important. The investigation covers both paradigmatic and syntagmatic relationships in cross-linguistic comparison of languages bridging the Grammar of structures and the Grammar of speech (Гак, 1977: 10). This direction has recently received special attention from scholars: "оптимальным является синхронный сопоставительный метод, включающий анализ содержательных и формальных признаков слов и их совокупностей" (Лейчик, 2002: 28).


     От автора. Краткое содержание основных разделов учебного пособия (отрывок)

    "Введение в контрастивную лексикологию" является одной из новых лингвистических дисциплин, входящих в учебную программу по специальностям "Теория и практика перевода" и "Английский язык" как продолжение общего курса лексикологии изучаемого языка. Как и ряд других курсов, связанных с переводом, контрастивная лексикология объединяет в себе общие и частные аспекты исследования. С одной стороны, она основывается на общих подходах к аналитическому сравнению языков в плане присущих им сходств и различий, а с другой -- включает поиск межъязыковых лексических соответствий в конкретных языках, являющихся объектом сопоставления.

    Вопрос о том, какие языки -- родственные или неродственные -- избираются в качестве материала исследования, оказывается особенно важным, поскольку именно он определяет характер и цели проводимого аналитического сравнения, прежде всего в плане того, является ли оно сравнительно-сопоставительным или контрастивным. Если сравнительное языкознание имеет в качестве своего объекта родственные языки и исторические связи между ними, то контрастивный анализ выходит за рамки генетической общности языков и ставит во главу угла поиск межъязыковых соответствий в живых языках (родственных и неродственных) с целью выявления общих типологических признаков их строения и функционирования.

    Сравнительный метод известен в филологии прежде всего как основа изучения исторических этапов в развитии языков и диалектов в диахронии, начатого еще в XIX веке. Выявление морфо-структурных связей генетически родственных языков и реконструкция праязыка традиционно составляли основные направления сравнительно-сопоставительной грамматики.

    Контрастивный анализ, напротив, обращен к синхронному сопоставлению языков / диалектов в плане присущих им структурно-семантических сходств и различий. Аналогичные исследования исторических этапов в развитии языков рассматриваются как относящиеся к сравнительной или исторической лингвистике (Crystal, 1985: 74).

    Сравнение является универсальным приемом в теории и практике языка. Не случайно первые попытки перевода и составления списков равнозначных слов считаются началом систематизации и сравнительного изучения лексики (Конецкая, 1993: 6). В качестве определяющих признаков сравнительного исследования языков выделяются следующие (Конецкая, 1993: 6--7):

    1) характер объекта сравнения (родственные, неродственные, близкородственные языки, национальные варианты, диалекты, профессиональные языки и т.п.);

    2) цель сравнения (анализ степени родства языков, поиск универсалий, установление эквивалентности и межъязыковых соответствий);

    3) направление сравнения (синхрония vs. диахрония);

    4) теория как система научно обоснованных характеристик объекта сравнения;

    5) метод как система приемов сравнительного анализа.

    Многообразие направлений в сравнительных исследованиях языков объясняется тем, что различные общие признаки и факторы (из вышеперечисленных) становятся доминирующими в том или ином конкретном случае. Если метод сравнения избирается в качестве основы анализа, исследование проводится в русле сравнительно-исторического языкознания. Фактор теории явился определяющим в становлении структурной типологии. Отдельно выделяется лингвистическая компаративистика, объединяющая типологию (сравнение неродственных языков) и сравнительно-историческое языкознание, объектом изучения которого являются родственные языки (Конецкая, 1993: 8).

    В свете вышесказанного настоящий курс представляет собой контрастивное (синхроническое) описание сходств и различий в сопоставлении лексических систем неродственных языков: английского и русского. В выборе объекта исследования он, таким образом, сближается с лингвистической типологией, главной задачей которой является поиск структурно-семантических универсалий. Контрастивная лингвистика исходит из общности и различия языков. Согласно А.Вайбергу, "на основополагающем когнитивном уровне сходство может быть обнаружено между генетически неродственными и достаточно удаленными друг от друга географически языками" (Viberg, 2002: 119). Однако в контрастивном сопоставлении лексики отдельных языков ставятся и более частные задачи, вытекающие из нужд практики перевода и преподавания этих языков. Необходимым тогда становится выявление фактов совпадения и различия не только на уровне лексико-грамматических систем сопоставляемых языков, но и в сфере их реального функционирования.

    Контрастивный анализ, таким образом, преследует цель описания структурно-семантических и функциональных особенностей лексики конкретных языков, которые могут служить источником потенциальных трудностей при их изучении, а также при переводе с одного языка на другой. Характерологии, определяющей особые (специфические) признаки одного языка в сопоставлении с другим (или другими), были посвящены многие работы отечественных и зарубежных ученых. В рамках стилистики существенные черты французского языка были рассмотрены в сравнении с немецким Ш.Балли (Балли, 1955, 1961). Р.А.Будагов предложил типологию межъязыковых лексических соответствий на материале романских языков (Будагов, 1963). Лексическая типология с опорой на русский язык разрабатывалась рядом ученых с привлечением конкретных языков: французского и русского В.Г.Гаком (Гак, 1977), английского и русского В.Д.Аракиным (Аракин, 1989) и А.В.Широковой (Широкова, 2000), немецкого и русского А.Л.Зеленецким и П.Ф.Монаховым (Зеленецкий, Монахов, 1983), русского и польского В.М.Лейчиком (Лейчик, 2002). Теоретическое освещение принципов сопоставления родственных (германских) языков исчерпывающе представлено в работе В.П.Конецкой (Конецкая, 1993). Сопоставлению смыслового объема и семантической структуры слов в отдельных языках посвящены исследования В.С.Виноградова, В.Л.Силина, Г.Г.Ивлевой, А.Е.Супруна, А.Д.Швейцера, Е.С.Кубряковой, В.Н.Ярцевой и др.

    В контрастивном направлении, вытекающем из практической необходимости сравнения иностранного и родного языков, как отмечают исследователи, наиболее последовательно реализован структурный подход (Ярцева, 1981). Согласно ряду ученых (М.Новаковски, У.Вайнрайх, В.П.Конецкая, В.Н.Ярцева и др.), наименее изученным в сравнительном плане остается функциональный аспект. До сих пор основное внимание уделялось морфонологическому, морфологическому и словообразовательному аспектам в характерологии лексики отдельных языков, как наиболее поддающимся обобщению и систематизации.

    Задачей же контрастивных исследований в значительной мере является функциональный аспект лексики, как правило, двух сопоставляемых языков. Единицы словарного состава языка становятся предметом не только парадигматического, но и синтагматического анализа, позволяющего установить различия в значении и употреблении слов в грамматике языка и "грамматике речи" (Гак, 1977: 10). Это направление получило развитие на современном этапе разработки сопоставительных исследований. Важно отметить, что контрастивное изучение языков "опирается на достижения психолингвистики, социолингвистики, этнолингвистики, теории языковых контактов и др." (Лейчик, 2002: 28). Оно ориентировано "на выявление различий родного и иностранного языков для целей наиболее полного освоения последнего" (Ibid: 28). Новыми аспектами курса являются:

  •   разработка междисциплинарного подхода в контрастивном изучении лексических единиц, учитывающего сопоставление как языковых систем, так и особенностей их функционирования;
  •  обоснование нового формата лексического контрастивного анализа на пересечении теоретических аспектов языкового сопоставления (генетическая классификация языков, структурная и функциональная типология) и вопросов языковых контактов, интерференции языков и межкультурной коммуникации, обусловливающих поиск межъязыковых соответствий при переводе;
  •  широкое применение данных корпусных исследований, выявляющих особенности коммуникативного употребления языка на основе больших массивов текста.

    В разделе первом учебного пособия "Предмет и задачи контрастивной лексикологии" выделяются основные этапы в проведении сопоставительного анализа на уровне лексики (1.1). Контрастивные исследования языков в синхронии, как правило, рассматриваются как предшествующий этап обобщений типологического характера. Они служат целям выявления межъязыковых соответствий в практике преподавания и при переводе и поэтому нередко получают название прикладных контрастивных исследований. О необходимости вычленения типовых контекстов и ситуаций в лексическом сопоставлении говорят многие факты в преподавании иностранных языков. Согласно В.Г.Гаку, "сравнивая переводы с подлинником, мы сплошь и рядом обнаруживаем такие лексические замены, которые не предусматриваются никакими словарями и никак не могут быть объяснены с их помощью" (Гак, 1977: 5). Определенные закономерности изучаемого языка могут быть раскрыты лишь в сопоставлении с родным.

    "Новые" контрастивные исследования, в основе которых лежит сравнение языков, независимо от их истории, стало "тем аспектом, которого недоставало лексикологическим исследованиям прошлого" (Гак, 1977: 6). В 60--70-е годы XX века появляется все больше работ, рассматривающих закономерности употребления слов одинакового значения (Будагов, 1963; Скаличка, 1963; и другие). Речь идет "не столько о сравнении лексических систем двух языков, сколько о сравнении функционирования этих систем, о соотношении между лексическими элементами и описываемой реальностью" (Гак, 1977: 7).

    Контрастивные исследования на базе английского языка прошли несколько этапов развития. Возникнув в конце 40-х годов XX века, они рассматривались как прикладная область лингвистики, обслуживающая лишь преподавание иностранных языков. Поскольку в англо-американских работах того времени господствовал структурализм, контрастивный анализ был направлен преимущественно на фонологию и грамматику. Лексике отводилась лишь второстепенная роль. Затем в 60-х годах контрастивный анализ оказался на периферии лингвистических исследований, особенно в США, где он был объявлен малоперспективным направлением (Altenberg, Granger, 2002). Однако в Европе работа продолжалась, и ряд интересных проектов был начат в 70-е годы. Контрастивные исследования стали рассматриваться как полезные не только в методике преподавания, но и в теории перевода, характерологии языков, лингвистической типологии и изучении языковых универсалий.

    В настоящее время контрастивной лингвистике придается огромное значение. Это связано 1) с возрастающей ролью межъязыковой коммуникации во всех ее проявлениях (интернационализация европейских стандартов образования, повышение эффективности преподавания иностранных языков, растущие требования к переводу в различных областях деятельности); 2) с отходом от структурализма и ранней генеративной грамматики и перемещением интереса лингвистов на сферу речеупотребления и эмпирических данных в языковедческом исследовании; 3) с возникновением корпусной лингвистики, впервые открывающей перед исследователями возможности сплошного анализа материала, выявления количественных закономерностей употребления слов и эксперимента.

    Контрастивная лексикология изучает сложную взаимосвязь сходств и различий между языками на лексическом уровне. Она охватывает целый ряд подходов, таких как лексические универсалии, теория языковой относительности, лексическая типология и контрастивный лексический анализ. Межъязыковые исследования лексикона тесно связаны с прикладными областями -- преподаванием иностранных языков и различными видами перевода.

    Говоря о лексике в сопоставительных исследованиях (1.2), следует иметь в виду, что изучение каждого отдельного языка предполагает рассмотрение всего многообразия фактов употребления слов и их эквивалентов. Функционирование слов связано с индивидуальным выбором средств выражения говорящим. В этом смысле слова символизируют свободу носителей языка, их возможности самовыражения, что разительно отличает лексику от грамматики, являющейся непреложной необходимостью и требующей подчинения "закону". Именно поэтому лексика рассматривалась долгое время как беспорядочная стихия, куда, как в тюрьму, попадают все "нарушившие закон" языковые явления ("a prison which contains only the lawless, and where the only thing the inmates have in common is their lawlessness" (Di Sciullo, Williams, 1987: 3)).

    В настоящее время приоритеты резко изменились, и лексикология поднялась на одно из первых мест в теории и практике языка. Причиной возрастания роли лексикологии явилось существенное расширение области ее исследования, сфер ее проникновения и применения. Воспользовавшись данными социолингвистики и лингвострановедения, этнографии и психолингвистики, лексикология глубоко внедрилась в текстологию и речеведение. В изучении различных аспектов языка наметились лексикологически ориентированные подходы, что проявилось, в частности, в развитии дескриптивно-эмпирических исследований, известных как "британский контекстуализм" (Altenberg, Granger, 2002: 3). Многие синтаксические явления стали рассматриваться как проекция общих закономерностей функционирования лексикона.

    В англоязычных исследованиях лексика была впервые выделена как отдельный лингвистический уровень М.А.К.Халлидеем в 60-х годах с опорой на работы его предшественника и учителя Дж.Ферса. Основным аргументом в пользу отдельной лингвистической дисциплины -- лексикологии -- послужил факт существования словосочетаний, отражающих вероятность совместной встречаемости слов ("the habitual or customary places of words" (Firth, 1957: 12)).

    Выдвижению лексикологии на передние позиции, по мнению ряда ученых, способствовали три основных фактора (Altenberg, Granger, 2002: 4):

  •  возникновение понятия лексико-грамматический, отражающего сложное взаимодействие лексического и грамматического аспектов языка и определяющего характер парадигматических и синтагматических лексических связей (Конецкая, 1993: 25);
  •  закрепление лексики на синтагматической оси, что привело к смещению интереса исследователей от системных (парадигматических) связей слов, долгое время доминирующих в лексикологии, в направлении изучения комбинаторных способностей лексических единиц в речевых актах, различной степени устойчивости и идиоматичности словосочетаний;
  •  включение в лексикологию стилистической дифференциации слов. Изучение употребления лексических единиц в речи потребовало анализа таких параметров, как диалектные, региональные, регистровые различия языковых средств, их прагматические особенности, соотносимые с жанром, способом передачи и стилистической направленностью сообщения.

    Лексикология сегодня представляет собой менее автономную область исследования, открытую для многочисленных связей с другими уровнями языка, прежде всего с грамматикой. Предметом лексикологии являются как отдельные слова, так и словосочетания, образующие сложную взаимосвязь парадигматических и синтагматических отношений. Единство лексики и грамматики фигурирует как основной принцип в построении современных грамматик английского языка, освещающих грамматические связи слов во взаимодействии с лексическим наполнением грамматических структур (например, The Longman Grammar of Spoken and Written English, 1999).

    Говоря о реальных параллелях, которые устанавливаются между словами в речевых актах, В.Г.Гак отмечал, что "эти соотношения можно выявить лишь с помощью лингвистического эксперимента... либо сравнивая переводы" (Гак, 1977: 10--11). Правила отбора языковых единиц при построении высказывания "относятся к сфере речи, а не языка, поскольку они касаются использования элементов языка, а не их строения. Правила речи формулируются как тенденция, они характеризуют элементы языка прежде всего, с количественной стороны, со стороны их употребляемости" (Гак, 1977: 10).

    Исследованию именно этой стороны языковых единиц служит корпусная лингвистика, имеющая в качестве своего предмета описание больших массивов языковых данных, представленных в электронном виде. Согласно ряду ученых (М.А.К.Халлидей, Е.Тонини-Бонелли), корпусная лингвистика является не только методом лингвистического исследования, но и теорией, поскольку обобщения в этой области нередко приводят к качественным изменениям в трактовке языковых явлений (1.3).

    Корпусные исследования характеризуются эмпирическим подходом к описанию сферы употребления языка, используя при этом новые технологии в разработке международных баз языковых данных. В теоретическом плане они основываются на функциональной и контекстуальной концепции значения языковых единиц (Tognini-Bonelly, 2001: 2).

    Контрастивный анализ лексики на основе компьютерного корпуса преследует следующие цели (Altenberg, Granger, 2002: 13--14):

  •  расширение эмпирической базы межъязыковых исследований на основе поиска фактов сходства и различия в лексиконе рассматриваемых языков в их речевом функционировании;
  •  уточнение межъязыковых лексических соответствий (в том числе и словарных данных) путем введения в исследование больших массивов сплошного языкового материала;
  •  создание основы характерологии конкретных языков, описывающей их отличительные индивидуальные особенности;
  •  более точная разработка лексической типологии и универсалий;
  •  изучение лексических систем и контекстуального употребления слов, обеспечивающее охват парадигматических и синтагматических взаимосвязей;
  •  поиск переводных эквивалентов многозначных слов, выявление контекстуальных переводных соответствий и их частотности;
  •  выявление лексических различий между оригинальными текстами и их переводами, позволяющих углубить изучение индивидуальных стратегий переводчиков, а также универсальных приемов перевода.

    В настоящем курсе лекций используются данные, полученные в ходе исследования Национального корпуса русского языка, Британского национального корпуса, Международного корпуса английского языка (Великобритания), Международного корпуса "Английский язык как иностранный", Русского корпуса языка средств массовой информации и Переводного англо-русского корпуса языковых данных.

    Раздел второй "Межъязыковая эквивалентность на лексическом уровне: методология и современные подходы" посвящен рассмотрению факторов и параметров, составляющих основу сопоставления лексических единиц и поиска межъязыковых соответствий. Как хорошо известно, контрастивный анализ предполагает изначальную сопоставимость рассматриваемых явлений, т.е. возможность их сравнения в плане определенных общих свойств. Эти общие свойства и являются "мерилом" эквивалентности или tertium comparationis.

    В случае контрастивного лексического анализа необходимо, чтобы сравниваемые языковые единицы обладали общностью значения и прагматической функции. Однако что именно подразумевается под понятием "общность значения", остается не до конца выясненным. В частности, возникает вопрос об объекте контрастивного анализа: говорим ли мы о слове в словаре или о слове в речевой действительности? Как должен осуществляться поиск переводных эквивалентов: в системе языка или в сфере его функционирования? Почему нет сплошного соответствия между системными (словарными) эквивалентами слов и речевыми вариантами их перевода? Эти и другие вопросы обусловили дискуссионный характер tertium comparationis в современной лингвистике (Krzeszowski, 1990).

    Аналогичным образом, в теории перевода возникает вопрос об обосновании таких понятий, как translation equivalence (эквивалентность при переводе) и translation competence (компетентность при переводе). Ряд ученых (Chesterman, 1998; James, 1980) высказывают в этой связи мысль о том, что эквивалентность при переводе является относительным понятием. Межъязыковые лексические соответствия опираются на переводные эквиваленты, но перевод редко представляет собой буквальное воспроизведение оригинала. Чаще он имеет тенденцию отклоняться от языка-источника, что выражается в добавлениях и опущениях, расширении и сужении текста, вызываемых языковыми, социокультурными и коммуникативными соображениями. Какие переводы в действительности могут считаться соответствующими критерию межъязыковой эквивалентности?

    В лексическом контрастивном анализе эквивалентность может быть подтверждена количественным методом обнаружения наиболее частотных переводов того или другого слова, что свидетельствует о правильности установленного соответствия. В этой связи особенно важным представляется параметр "взаимной переводимости" лексических единиц (mutual translatability), выявляемой в исследовании двуязычного (bilingual) языкового корпуса. Взаимозаменяемость слов в сопоставляемых языках может служить основанием для установления эквивалентности. Однако невнимание к "неожиданным" переводам приводит к тому, что тонкие нюансы значения лексических единиц остаются неохваченными.

    Функционально-семантические параметры сравнения в синхроническом исследовании остаются одной из наименее разработанных областей контрастивной лексикологии. Для примера можно обратиться к сопоставлению оригинального текста и его перевода, что нередко выявляет неожиданные лексические замены, не предусмотренные словарными соответствиями. Поэтому, говоря о tertium comparationis, важно различать инвентарные (системные) и контекстуальные (функциональные) соответствия. Этим обусловлена двойственная природа tertium comparationis на лексическом уровне. Если системные различия (system-related distinctions) касаются структуры значений слов в составе лексикона данного языка, то контекстуальные различия (context-related distinctions) связаны с дистрибуцией лексических единиц в отрезке текста, а также со стилистическими и прагматическими условиями их функционирования. Соответственно понятия "эквивалентность при переводе" и "прагматическая целесообразность (адекватность)" оказываются хотя и не взаимоисключающими, но неизбежно требующими выбора между фактической достоверностью и прагмастилистической направленностью перевода на определенного читателя. Разработка функционального подхода в сопоставительном изучении лексических единиц охватывает не только системные связи слов, но и изучение комбинаторных способностей языковых единиц в речевых актах, различной степени устойчивости и идиоматичности словосочетаний. В соответствии с этим в область tertium comparationis вводятся функциональные различия языковых средств, соотносимые с жанром, способом передачи и стилистической направленностью сообщения.

    В то время как системные характеристики в составе tertium comparationis (2.1) включают взаимную переводимость слов, их внутреннюю форму, структуру значения, а также лексико-фразеологическую сочетаемость, функциональные различия (2.2) опираются на параметры, ориентированные на данную ситуацию общения, фоновые знания, стиль повествования, литературные и фольклорные традиции. Интегральное понятие tertium comparationis, таким образом, расширяется при переходе к более сложным в стилистическом отношении произведениям речи, требующим анализа не только основных, но и ассоциативных значений слов, приобретающих неоднозначность в контексте. Задачи филологического перевода "укрупняют" tertium comparationis за счет включения в исследование новых аспектов и ракурсов сравнения.

    В этой связи необходимо учитывать, что центральное место в контрастивном анализе занимает языковой выбор, т.е. решения, принимаемые говорящими в процессе порождения речи. Проблема языкового выбора неизбежно ставит нас перед вопросом о том, что в языке можно считать нормальным, общепринятым и что возможным? Говоря о языке как таковом, можно предположить, что некоторые решения, связанные с языковым выбором, определяются структурой языка, в то время как другие -- являются индивидуальными, единичными.

    В языке наряду с грамматикой структур присутствует и грамматика речи, отражающая установившуюся практику использования слов (Гак, 1977: 10). Последняя может быть также описана как идиоматика языка или идиоматический принцип (the idiom principle) (Sinclair, 1991). За этими понятиями стоят специфичные и уникальные черты языкового употребления, которые выводятся из привычек, традиций, навыков, норм и стандартов, принятых говорящими в построении речи. Данные черты, неизменно присутствующие в лексическом сопоставлении, раскрываются эмпирическим или экспериментальным путем при анализе дискурса.

    Семантические и функциональные особенности слов находят отражение в частотности их употребления. Согласно материалам корпусных исследований, частотность оказывается релевантным показателем как при анализе использования языковых единиц в целом, так и при рассмотрении реализации отдельных значений слов. В словарях нового поколения (как, например, The Longman Dictionary of Contemporary English, 2003), составленных на основе корпусных данных, приводятся сравнительные таблицы, отражающие разницу в употреблении слов и выражений в различных стилях и регистрах речи.

    Текстологическая практика и реальность перевода свидетельствуют о неабсолютном характере лексических соответствий (2.3). Нередко границы семантики лексических единиц оказываются нечеткими, а контекстуальные замены не подтверждаются данными двуязычных словарей, нарушая тем самым принцип взаимной переводимости слов.

    В связи с этим необходимо разграничивать понятия системных лексических соответствий, приводимых в двуязычных словарях, и контекстуальных соответствий, устанавливаемых в текстологическом сопоставлении и в процессе перевода. Кроме того, особо могут быть выделены функциональные соответствия, выявляемые на основе частотности употребления параллельных лексических единиц в двух и более языках. В тех случаях, когда переводной эквивалент слова в другом языке не совпадает с ним по своему функциональному статусу (частотности употребления), в качестве замены может быть использован синоним, имеющий ту же функциональную величину (значимость), что и первоначальное слово. Подобные различия в объеме встречаемости (употребительности) сопоставляемых слов могут привести к асимметричным заменам при переводе.

    Особое значение в разграничении системных и контекстуальных соответствий приобретают такие явления, как полисемия и широкозначность. Многозначные слова в контрастивном анализе нередко обнаруживают "расходящуюся полисемию" (diverging polysemy), когда семантические объемы сопоставляемых слов не совпадают. Однако в большинстве подобных случаев поиск эквивалентов не вызывает трудностей, поскольку он опирается на системные соответствия, приведенные в двуязычных словарях. Большую сложность представляют слова, значение которых переосмысляется и расширяется в результате их употребления в том или другом контексте. Возникшие смысловые оттенки иногда оказываются неопределенными и выходят за рамки четко структурированных системных значений.

    Если системные лексические соответствия основываются на денотативной (концептуальной, экстралингвистической) и отчасти коннотативной (эмоционально-экспрессивно-оценочной) эквивалентности лексических единиц, то контекстуальные соответствия при переводе включают гораздо более широкий спектр нюансов речеупотребления -- прагматическую направленность высказывания, а также морфосинтаксические и лексико-фразеологические трансформации, обеспечивающие функциональную адекватность и соответствие тексту оригинала. В контрастивном анализе лексических соответствий особую трудность представляют многозначные, широкозначные и контекстуально-амбивалентные единицы. Если при переводе полисемантов рассматриваются как инвариантные (единичные), так и вариативные (множественные) лексические соответствия, что особенно важно для снятия омонимии, то перевод широкозначных и контекстуально-амбивалентных слов в большей степени опирается на индивидуально-творческий элемент в интерпретации контекста и на компетентность переводчика.

    В разделе третьем "Структурные типы англо-русских межъязыковых соответствий и особенности речеупотребления" рассматриваются типологические характеристики сопоставляемых языков (3.1). Материалом контрастивного исследования в настоящем курсе, как уже было сказано, являются индоевропейские языки -- английский и русский, относящиеся к двум разным языковым семьям: славянской (русский) и германской (английский). Лингвистическая типология, как один из основных аспектов в сопоставлении языков, имеет в качестве своего предмета "сравнительное изучение структурных и функциональных свойств языков независимо от характера генетических отношений между ними" (ЛЭС, 1990: 512). Наибольший интерес для контрастивного анализа представляет типологическая классификация, устанавливающая сходство и различие между языками в плане их языкового строя. Данное направление лингвистического исследования возникло еще в XIX веке и первоначально основывалось на морфологической классификации языков.

    Типологические характеристики языкового строя коренятся в наиболее общих свойствах языков, которые позволяют выделить их классы (типы), объединяемые по значимым признакам языковой структуры, например по способу соединения морфем. Согласно В.Д.Аракину, "под типом отдельного языка мы понимаем устойчивую совокупность ведущих признаков языка, находящихся между собой в определенных связях, причем наличие или отсутствие какого-нибудь одного признака обусловливает наличие или отсутствие другого признака или других признаков" (Аракин, 1989: 16).

    Наиболее широко известной является морфологическая классификация языков, согласно которой выделяются четыре основных класса:

  •  изолирующие или аморфные языки (китайский, языки Юго-Восточной Азии),
  •  агглютинативные языки (тюркские),
  •  инкорпорирующие, или полисинтетические языки (чукотско-камчатские),
  •  флективные языки (славянские, германские, балтийские и др.).

    И русский, и английский языки относятся к флективному типу, характерными признаками которого являются полифункциональность грамматических морфем, различные типы склонений и спряжений, наличие фузии и другие. Однако конкретные языки могут занимать промежуточное положение в типологической классификации. Так, английский язык в ходе его исторического развития приобрел отдельные черты изолирующих языков, проявляющиеся в слабой морфологической изменяемости лексем и в главенствующей роли порядка слов в выражении синтаксических отношений (Crystal, 1985: 319).

    Вслед за первой типологической классификацией языков Фридриха и Августа фон Шлегелей, в 60-х годах XIX века появились типологии Карла Вильгельма фон Гумбольдта и Августа Шлейхера, где был выделен еще один параметр типологического сопоставления -- синтетизм и аналитизм. Основное типологическое отличие русского языка от английского заключается в подтипе языкового строя. Слово в английском языке имеет агглютинативно-аналитическое строение в отличие от фузионно-флективного -- в русском (Широкова, 2000: 140). В английском языке предпочтительным оказывается агглютинативный тип связи морфем, при котором наблюдается "однозначность и стандартность словоизменительных аффиксов при четком разграничении морфем в слове" (Широкова, 2000: 139). В русском же языке, имеющем синтетический строй, "грамматическое значение синтезируется в слове... что при единстве слова является прочным показателем целого" (Ibid: 104).

    Аналитизм английского языка проявляется в таких его свойствах, как ограниченное число словоизменительных флексий, фиксированный порядок слов, используемый как средство выражения синтаксических отношений, определяющая роль просодии и интонации в построении речи. На лексическом уровне эта особенность выражается в образовании большого числа полилексемных единиц, построенных по принципу словосложения (compounding). Характерной чертой этих комплексов является то, что они функционально неотличимы от односложных лексем. Вместе с тем подобные единицы в разной степени обладают признаками отдельных слов. По типу связи между элементами полилексемные образования могут рассматриваться как реализующие агглютинативную морфологическую связь (лексические соединения) и синтаксическую связь примыкания, при которой зависимость одного элемента от другого выражается только позиционно (синтаксические соединения). Проблема нестойкого словосложения в английском языке проявляется в том, что границы слова и словосочетания оказываются подвижными и у единиц разных категорий признаки "слова" могут быть выражены в разной степени (Яковлева, 1986).

    В контрастивном анализе русского и английского языков обнаруживаются случаи структурного несовпадения, вызванного типологическим различием этих языков. Модели морфологической связи при словообразовании выявляют значительное расхождение, что неизбежно создает проблемы при переводе. К подобного рода несоответствиям относятся сложные слова нестойкого типа, образованные сложением именных основ (Noun + Noun), которые не имеют структурного эквивалента в русском языке (3.2). Специфику английского языка как аналитического также отражает явление "уподобления слову", подразумевающее использование правильно организованных синтагм в качестве одного слова (Яковлева, 1986: 7). Для русского языка прием уподобления слову, реализуемый на основе особой просодии и интонации, не является характерным и широко употребительным (Ibid: 7).

    Отсутствие структурного соответствия отмечается и при анализе английских глагольных сочетаний с предложными наречиями (так называемых phrasal verbs). При сопоставлении с русским языком фразовый характер этих образований, выявляющих агглютинативный тип связи между элементами, часто не позволяет установить соответствие на уровне формы или обнаружить прямые структурные эквиваленты среди русских лексем (3.3). Особая трудность заключается также в том, что наречный элемент глагольного сочетания в английском языке может выполнять функции разных частей речи: просто наречия в "свободном" глагольно-наречном образовании, "предложного наречия" (prepositional adverb) в составе "предложного глагола" (prepositional verb) или "фразового наречия" (phrasal adverb) во фразовом глаголе (phrasal verb), отличающемся высокой степенью идиоматичности и метафоричности. Как правило, "предложные глаголы" оказываются сопоставимыми с русскими приставочными глаголами со значением направления действия. Что же касается собственно фразовых глаголов, то они выражают глобальное метафорическое значение, поэтому их соответствия в русском языке более разнообразны по спектру корневых морфем. В силу этого их выбор в значительной степени обусловлен контекстом. Поскольку фразовый глагол благодаря наречному элементу не только указывает на направление действия, но и описывает другие его аспекты (как, например, начало или окончание действия, степень его завершенности, повторяемость, интенсивность действия и др.), он приобретает многозначность и нередко оказывается стилистически маркированным. В случае отсутствия прямого эквивалента в русском языке, в переводе используются контекстуальные соответствия. Возможен и описательный способ передачи содержания, выражаемого фразовым глаголом, с некоторой потерей стилистических нюансов...


     Об авторе

    Наталья Борисовна ГВИШИАНИ

    Доктор филологических наук, профессор кафедры английского языкознания филологического факультета МГУ им. М. В. Ломоносова. Первый президент Лингвистической ассоциации преподавателей английского языка при МГУ. Автор многочисленных работ в области лексикологии и фразеологии английского языка, а также терминологии, языков для специальных целей и корпусной лингвистики, среди которых: "Современный английский язык. Лексикология" (М., 2007), "Практикум по корпусной лингвистике" (М., 2008), "Язык научного общения: вопросы методологии" (2-е изд. М.: URSS, 2008).


     Author

    Natalia GVISHIANI

    Professor of English Language and Linguistics at the Moscow Lomonosov State University, Faculty of Philology, Department of English Linguistics. She is the Chair-Founder of the Linguistic Association of Teachers of English at the University of Moscow (LATEUM). She has carried out large-scale academic research in the fields of lexicology and phraseology, terminology, languages for specific purposes and corpus linguistics. Her recently published books include: "Modern English Lexicology" (2007), УA Tutorial in Corpus LinguisticsФ (2008), and "The Language of Academic Communication: Issues in Methodology" (2008).


  •  
    © 2016 by Editorial URSS. All rights reserved.