URSS.ru - Издательская группа URSS. Научная и учебная литература
Об издательстве Интернет-магазин Контакты Оптовикам и библиотекам Вакансии Пишите нам
КНИГИ НА РУССКОМ ЯЗЫКЕ


 
Вернуться в: Каталог  
Обложка Харченко В.К. Переносные значения слова
Id: 95642
 
219 руб.

Переносные значения слова. Изд.2

URSS. 2009. 200 с. Мягкая обложка. ISBN 978-5-397-00723-8. Уценка. Состояние: 5-. Обложка: 5-. Блок текста: 5.

 Аннотация

В настоящей книге рассматривается гносеологическая необходимость переносных значений слова, выявляются их системные свойства. Своеобразие метафоры исследуется в прозе (А.А.Бестужев-Марлинский), поэзии (Белла Ахмадулина), загадках и афоризмах. Описываются переносные употребления слов в детской речи.

Для преподавателей, аспирантов, магистрантов, студентов филологических факультетов.


 Оглавление

Введение. Переносные значения слова как предмет исследования
Глава I. Причины развития лексических значений
 § 1.Общеязыковые факторы развития значений
 § 2.Взаимодействие понятий и представлений в слове. Гносеологическая необходимость метафоры
 § 3.Диффузность семантики и взаимодействие "созначений" как факторы смыслового развития слов
 § 4.Механизм возникновения образности в слове
 Теория игровой редукции признаков
Выводы
Глава II. Системные связи переносных значений слова
 § 1.Отражение системности переносных значений в лексико-семантических группах слов
 § 2.Синонимия переносных значений
 § 3.Сопоставительное исследование системности переносных значений (к вопросу о национальном своеобразии образных средств языка)
Выводы
Глава III. Переносные значения слов в детской речи
 § 1.Особенности детской речи и их отражение, на лексическом уровне
 § 2.Семантические процессы в детской речи
 § 3.Непреднамеренные метафоры в детской речи
 § 4.Появление "преднамеренных" метафор. Овладение эстетикой слова в дошкольном возрасте
Выводы
Глава IV. Переносные значения слов в художественном тексте
 § 1.Метафоризация слова в прозаическом тексте
 § 2.Поиск новых метафорических средств в языке поэзии
 § 3.Метафорический строй народной загадки
 § 4.Метафора в афоризме
Выводы
Заключение. О перспективах исследования переносных значений слова
Литература

 Введение


ПЕРЕНОСНЫЕ ЗНАЧЕНИЯ СЛОВА КАК ПРЕДМЕТ ИССЛЕДОВАНИЯ

Переносные значения, образные значения, метафоры отнюдь не являются новым объектом лингвистических наблюдений. Напротив, это один из самых традиционных, глубоко исследованных феноменов языка. Число работ, посвященных проблемам образности, стало четырехзначным. Библиография проблемы давно уже требует поаспектной дифференциации. И тем не менее переносные значения, образные значения, метафоры остаются излюбленным, щедрым для наблюдений и актуальным предметом анализа.

"Метафора дарована нам самой природой, так что ею нередко пользуются, сами того не замечая, и неученые люди. С другой стороны, она так приятна и красива, что в самой блестящей речи светит собственным светом" [9, с.218].

"Для нашего сознания... только через метафору раскрывается материя, ибо нет бытия вне сравнения, ибо само бытие есть сравнение" [95, с.83].

"Метафора намного старше нашей эры. Метафора стоит, как стартовый знак в начале пути, который привел людей к сложности ассоциативного мышления" [70, с.7].

"Метафора выручает словотворчество -- без метафоры словотворчество было бы обречено на непрерывное производство все новых и новых слов и отяготило бы человеческую память неимоверным грузом" [112, с.157--158].

"Метафора всегда продиктована зрением (пусть даже нечеловечески тонким), зрение задает ей пределы и наполняет ее реальностью.... Метафора -- это результат перетасовки форм, смыслов и ролей, закрепленных за предметами или идеями в реальности. У нее свои грани, свои орбиты. Метафора связует противолежащие миры одним скачком воображения" [88, с.238].

"Без образа нет искусства..." [118, с.83].

Приведенные цитаты -- малая толика того списка высказываний, посвященных метафоре, который можно составить по произведениям философов и психологов, лингвистов и литературоведов, писателей и поэтов. При исследовании переносных значений нельзя не опираться на огромный теоретический фонд, который накоплен лингвистикой по проблеме образности.

Фундаментальные исследования А.А.Потебни, Д.Н.Овсянико-Куликовского, М.М.Покровского, Л.В.Щербы, А.Н.Веселовского, Б.А.Ларина, Б.М.Эйхенбаума, В.В.Виноградова, Л.С.Выготского, А.И.Ефимова, О.С.Ахмановой, Д.Н.Шмелева, А.Н.Леонтьева, А.А.Уфимцевой, А.И.Смирницкого, Н.В.Черемисиной, П.В.Чеснокова, Н.Д.Арутюновой, В.П.Григорьева, Н.К.Гея и многих других ученых проливают свет на сложнейшую природу образности как лингвистического, психологического, литературоведческого феномена. Тщательным образом описана метафорика художественных текстов в исследованиях Н.М.Шанского и И.В.Арнольд, Т.Г.Винокур и Т.И.Сильман, Н.Н.Басилая и Н.Н.Купиной. В работах С.Д.Кацнельсона, 3. Д.Поповой, И.А.Стернина получила развитие системная характеристика компонентов значения, в том числе образного компонента.

Развитие переносных значений -- это частный случай проблемы развития лексических значений слова. За последние десятилетия особенно активизировались такие направления в решении общей проблемы развития значений, как исследование причин и путей, характера и механизма изменения значений. Каждое из этих направлений ознаменовано целым рядом продуктивных наблюдений и теоретических выводов, ценных для методологии и методики семасиологических исследований.

Так, из совокупности причин изменения значений справедливо исключена мысль о бедности языка, и в качестве ведущего ориентира поставлена идея отражения языком отношений сходства в реальной действительности [145, с.161]. Здесь же следует подчеркнуть, что отношения сходства, как и другие виды отношений, человек улавливает и отражает по мере развития и в связи с развитием трудовой, творческой деятельности. Описание путей развития значений -- это исследование процесса по его результатам. В одних словах отмечается расширение значения, в других сужение [39, с.30]. Типы переноса значений обычно представляют триадой: метафорический перенос значений, метонимический и функциональный [169]. Значение слова может измениться вплоть до своего антипода -- такое явление получило название внутрисловной антонимии или энантиосемии значений [63]. Сложность этого круга проблем заключается не только в количественном пополнении и, следовательно, типологическом переосмыслении списка путей развития значений, но и в анализе взаимодействующих процессов лексикализации, фразеологизации, грамматикализации при описании собственно семантических фактов.

Изучение второго круга вопросов, а именно характера изменения значений -- это изучение языковых и речевых, контекстуальных переносных значений не в полярной их противопоставленности, а в их взаимодействии и гносеологическом единстве. При этом "одноразовые", окказиональные значения становятся своего рода лабораторией, испытательным полигоном для исследования языковых, нормативных переносных значений [92; 152, с.289--301].

Много работ посвящено изучению механизма развертывания значений. Это направление особенно активизировалось с распространением компонентного анализа в лексике. Расщепление значений, кажущееся на первый взгляд невозможным, становится отчасти возможным благодаря последовательному сравнению данного значения с другими лексическими значениями, выступающими в функции метаязыка, метазначений. Переакцентировка сем в структуре значения приводит к возникновению нового, производного значения, к развитию семантики слова [139, с.67].

Отмеченные в самых общих чертах направления в исследовании проблемы развития лексических значений слова в чистом виде представлены редко. И в самом деле, можно ли излагать причины изменения значений, ничего не говоря о характере изменения этих значений? И наоборот, описание переносных значений неминуемо подводит исследователя к проблеме причинности в семасиологии. Более того, лексикосемантическое варьирование слов, тщательно исследованное О.С.Ахмановой и А.А.Уфимцевой [15; 147], анализируется не атомарно, не элементно, а с ориентацией на определенную группу, лексическую "парадигму", будь то тематическая группа, или синонимический ряд, или лексико-семантический класс слов, или гнездо однокоренных слов. Плодотворно изучается также стилистическое рассредоточение переносных значений, вопросы хронологии развития значений [36].

Каковы же причины постоянного интереса лингвистов к проблеме развития значений и, в частности, к проблеме образности? Не нужно доказывать, что образность пронизывает самые различные стороны и стили языка. Рассмотрим хотя бы в самом общем плане многообразие функционального бытия метафоры, чтобы оспорить расхожее мнение о том, что метафора -- это-де атрибут литературы и прежде всего литературы.

Велика роль метафоры в сохранении, обновлении и пополнении лексического фонда языка. Метафора идет бок о бок с прямым наименованием предмета, и это единство понятия и образа -- ключевой признак человеческого мышления.

Народное мышление исстари было исключительно образным. "... Предки наши, -- пишет В.Личутин, -- упорно утверждали, что все взято от земли и в ней же обращается по смерти: кости -- от камня, кровь -- от морской воды, пот -- от росы, жилы -- от корней, волосы -- от травы". [Личутин В.Дивись-гора: Очерки, размышления, портреты. М., 1986. С.18]. Северянин не всегда непременно сказочник, песенник, подчеркивает Б.Шергин. "Он в ежечасной речи, в беседах, в диалогах, в монологах поэтизирует, одухотворяет все, что его окружает дома, на промыслах... "Море вздохнуло", -- говорят о приливе. "Взводень рыдает", -- в бурю. "Ветры пали со полуночи", -- подули с севера ветры. Эти выражения не из каких-либо поэтических произведений, а из живой обыденной народной речи" [167, с.114]. Еще один современный писатель, тоже исследователь севера, В.Белов восхищается народным обозначением белых ночей: "... едва успеет погаснуть вечерняя заря, как "..." родится дальний, еле уловимый отблеск утра. "Целуются зори", -- говорят в народе про эту странную пору" [22, с.61].

Что касается народных примет, то очень многие из них строятся на метафоре. Коли на Епифана утро в красном сарафане -- к пожарному лету. Месяц "на копытцах" -- к ясной погоде, "на спинке" -- к теплу, дождику или снегу. Метафорический склад народного мышления не мог не отражаться на характере наименования предмета. Огромная роль метафоры в системах номинации связана с тем, что благодаря метафоре восстанавливается равновесие между немотивированным, темным и мотивированным, понятным наименованием. Продемонстрируем это положение на примере названий одних и тех же растений.

Колокольчики
ПижмаБессмертник
балаболкидикая рябинаиммортели
звонцыдевятухасухоцвет
звоночкидевятибрат
мороз-трава
бубныприворотеньцмин
Адамов посохрайцветполевые овечки
котелкичашечникрадость-трава
чеботочкисорочьи лапысухо-зелье
голубкирябинник желтыйцварки
орликиранникжелтые кошечки
кавалерский цветпуговичникзимние цветы
девятильник желтый

Конечно, в границах определенного диалекта используется не весь перечень, а одно -- два слова, но списки названий растений даже при самом беглом их изучении воспринимаются не как механическая коллекция слов, а как интересные системы, в которых мотивированные слова сочетаются с немотивированными, темные обозначения с образными. На примере таких списков можно проследить множественность метафорической трактовки предмета. Так, цветы пижмы сравниваются с гроздьями рябины и сорочьими лапами, чашечками и пуговицами. Диапазон метафор в названиях растений различен. Лунник оживающий, лунная трава, лунная фиалка, любезная травка, месячник -- все это эквиваленты латинского названия "лунария". Кстати, во всех приведенных перечнях присутствует едва ли не как обязательный компонент подчеркнуто эмоциональное обозначение: голубки, райцвет, радость-трава, любезная травка. Функционирование метафоры в системах названий с наглядностью обнажает интересную проблему взаимосвязи метафоры и словообразования: звонцы, звоночки; девятуха, девятибрат, девятильник желтый.

Метафора функционирует и в других системах имен: названиях минералов и насекомых, созвездий и предметов домашнего обихода, атрибутах игры и атрибутах производственной деятельности. В письме Луизе Коле Г.Флобер приводит совет Ронсара: "В поэтике Ронсара имеется любопытное наставление: он предлагает поэту изучить искусства и ремесла -- кузнечное, ювелирное, слесарное и т.д., чтобы черпать оттуда метафоры..." [149, с.144].

Переносные употребления слов пронизывают не только профессиональную речь, но и всевозможные жаргоны. "Вот в гостинице завертелись "химики". Началась картежная игра: "гадалки", "пулеметы", "библия", "колотушки", "альянцы", "сонники", "стирки" -- как только карты не называли" (В.Астафьев. Печальный детектив).

В последние годы функционирование метафор изучается и в области разговорной речи (РР). "Метафорические номинации -- одна из форм реализации творческой активности говорящих. "..." Шутливая метафора в РР любит "играть" на образах из далеких и несходных областей", -- читаем в коллективной монографий "Русская разговорная речь. Фонетика. Морфемика. Лексика. Жест" [123, с.197].

Какую бы роль ни играла метафора в системе названий, ее истинная стихия -- стихия текста. Возможности исследования метафор здесь практически неисчерпаемы.

Функционирование метафоры в публицистическом тексте позволяет изучить проблему удельного веса, количественного порога метафор на единицу текста. Превышение этого порога размывает публицистический стиль, превращает его в художественно-публицистический, что имеет место, к примеру, в некоторых публицистических работах А.В.Луначарского.

Функционирование метафоры в научных текстах дает возможность изучить эвристическую функцию метафоры. На страницах журнала "Наука и жизнь" был рассказан любопытный эпизод, как нейрофизиологи установили справедливость выражения "шевелить мозгами", открыли факт "шевеления" клеток коры головного мозга, тогда как фразеологизм -метафора появился в языке задолго до этого открытия. Вопросы метафоры в научном стиле рассматриваются в целом ряде работ [98, 74], при этом нередко подчеркивается, что научный стиль не только не чужд образным вкраплениям, но сам поиск гипотезы подчас начинается с художественной модели, сравнения, образа. "Психология научного творчества показывает, что даже в точных науках первоначальный импульс к рождению гипотезы -- эстетический" Г87].

Многоаспектность проблемы образных средств языка можно было бы раскрывать и далее, но это не входит в задачу нашего исследования. Мы привели некоторые системы номинации и некоторые стили с целью показать, что удельный вес метафоры в различных системах и стилях речи значителен. Метафора не есть орнамент, не есть украшение речи, ее, так сказать, надстройка -- метафора входит в основу основ нашего языкового мышления.

Сформулируем те аспекты анализа перецосных значений, которые составляют тематику данной работы, после чего уточним понимание некоторых терминов.

Первая глава посвящена описанию предпосылок, причин и факторов развития значений в слове. Богатство исследовательских подходов к проблеме развития значений наводит на мысль, что это проблема комплексная, многомерная, и, как в каждой сложной проблеме, в ней лишь некоторые вопросы являются актуально сознаваемыми, тогда как другие, не менее важные для ее решения, остаются пока еще за пределами исследований. Мы имеем в виду прежде всего круг вопросов, связанных с выяснением диалектики лексических значений, стимулирующей движение, развитие, "живую жизнь" этих значений. "Огромное и вполне заслуженное внимание, уделявшееся лингвистикой последних десятилетий тому широкому комплексу проблем, который вмещает в себя термин "синхрония", подчеркнутое стремление лингвистов ответить прежде всего на вопрос "как?"... оттеснили на периферию нашей науки интерес к процессам, протекающим в языке, и привели к забвению очень важного для познания любого объекта слова "почему?", -- подчеркивает В.В.Левицкий в статье "О причинах семантических изменений" [79, с.3]. Большое внимание в главе уделяется возникновению образных значений, гносеологии метафоры. Здесь же излагается теория игровой редукции признаков.

Вторая глава представляет собой исследование системных связей переносных значений. Принцип системности используется далее при сопоставительном анализе русских и английских существительных. "Большие различия, -- писал Ш.Балли, -- могут быть обнаружены в природе образов, в образной речи вообще; наконец, языковые факты, вызывающие представление об определенной социальной среде, символическая и социальная окраска экспрессивных фактов различных языков подсказали бы немало интересных выводов" [18, с.42--43]. В этой же главе исследуется синонимия метафор.

Третья глава -- это описание переносных значений в онтогенезе. Метафоры в общем строе детской речи не были еще объектом исследования, между тем онтогенетический аспект проблемы исключительно важен, причем не только для лингвистики детской речи, но и для теории метафоры, поскольку доля метафорических словоупотреблений в речи детей едва ли уступает общеизвестным фактам детского словотворчества. Семантическое исследование слов в детской речи имеет выход и в область лексикографии, поскольку многочисленные "ошибки" ребенка в использовании того или иного слова наглядно обнажают семный состав значения, в том числе такие компоненты значения, которые никак не отражаются в словарных статьях, в традиционных дефинициях значения.

Наконец, в четвертой главе ставится проблема текстообразующих, стилеобразующих и жанрообразующих свойств метафоры.

Работа названа "Переносные значения слова", но исследовать эти значения мы будем в совокупности, в сравнении с прямыми значениями, так как во главу угла поставлено описание не только фактов, но и процессов семантического развития слова.

Материалом анализа являются главным образом имена существительные в современном русском литературном языке. Существительные интересны своей предметной семантикой.

В русской грамматической традиции существительные издавна расценивались как наиболее яркое номинативное средство, причем коммуникативные аспекты всегда противопоставлялись номинативным, но исследования Н.Д.Арутюновой, Л.Ю.Максимова показали, что номинация без предикации сама по себе содержит предикативные или, точнее, коммуникативные смыслы [12; 94].

Существительное обладает богатой семантикой, требующей комплексных обобщающих исследований, богатым потенциалом ассоциаций, связей с другими словами. Л.Ю.Максимов, анализируя ассоциативные и конструктивные связи слова в стихотворной речи, подчеркнул следующее: "Несмотря на то, что выделенными могут быть различные части речи в различных формах, далеко не все из них обладают одинаково широкими ассоциативными связями. Наиболее активными в этом отношении оказываются выделенные номинативы (особенно имени существительного), так как именно со словом в исходной форме связываются в нашем сознании сходные и смежные понятия. "..." Семантика имени существительного (выражение предметности) оказывается наиболее удобной почвой для сопоставления понятий. Кроме того, ни одна часть речи не выражает столь полно и последовательно все проявления действительности (и собственно предметы, и качества, и действия, и состояния), как имена существительные" [94, с.222].

По наблюдениям И.А.Стернина, у существительных встречаются вероятностные семы значений [138, 139].

Имена существительные достаточно авторитетны и в других областях лингвистического знания. По мысли А.Н.Тихонова, словообразование нацелено на номинативную функцию языка. Из 13 тысяч словообразовательных гнезд 8 тысяч составляют гнезда с именем существительным как исходным словом [142J.

В области языкового онтогенеза имена существительные раньше других частей речи формируются, выкристаллизовываются в речи детей. "В первом полугодии второго года жизни, т.е. почти все время существования "первослов", единственным суждением ребенка, -- подчеркивает А.В.Суперанская, -- является "именное суждение". Ребенок на все вопросы отвечает только названием предметов" [140, с.22]. Эта же мысль о важности имен существительных в период "малой детской речи" содержится в работах А.Н.Гвоздева, А.А.Леонтьева, С.Т.Тер-Минасовой [41, 80; 141]. Авторитет существительных как части речи сохраняется и при осознании детьми словесного состава речи [57]. На первых этапах исследования дети "считали за слова" лишь предметные слова. Например, девочка пьет молоко -- два слова девочка и молоко. Затем в результате специального обучения они начинали выделять глаголы [57].

Все сказанное свидетельствует отнюдь не о приоритете имен существительных перед другими частями речи (такого приоритета нет и быть не может). Яркость номинативной функции, смысловую гибкость и подвижность, раннее формирование существительных в онтогенезе можно рассматривать и расценивать как факторы, способствующие развитию и сохранению переносных значений. Попадая в предикативные позиции, существительное, не обладающее переносными значениями, легко метафоризируется. Вот почему в данной работе в качестве материала для выяснения различных проблем семантического развития слова были использованы имена существительные.

Понимание важнейших терминов "образ", "метафора", "переносное значение" идет в русле лингвистических традиций. Так, образность слова определяем как сохранение в слове мотивирующего признака, внутренней формы. Основоположник теории образности А.А.Потебня писал: "Внутренняя форма есть тоже центр образа, один из его признаков, преобладающий над всеми остальными" [119, с.146]. В лингвистической литературе дано много определений термину "образ", но суть этих определений сводится к тому же, о чем писал А.А.Потебня, -- к наличию в образном значении такого компонента, как представление.

Далее, переносные значения рассматриваются как разновидность производных, вторичных значений. В этом плане мы придерживаемся классификации значений, предложенной В.В.Виноградовым в статье "Основные типы лексических значений слова" [33]. Из трех типов переноса значений: метафорического, метонимического и функционального -- в данной работе исследуется только перенос по сходству, метафорический перенос, поэтому слова "переносные значения", "образные значения", "языковые метафоры" употребляются в рабочем порядке как слова-синонимы. В "Словаре лингвистических терминов" дано следующее определение метафоры: "троп, состоящий в употреблении слов и выражений в переносном смысле на основании сходства, аналогии и т.п." [16, с.231]. При исследовании гносеологии метафор мы будем рассматривать тот самый компонент значения, который и создает образ, т.е. рассматривать представление в его гносеологической связи с понятием. Однако представление может возникать, сохраняться, играть всеми красками и при прямом употреблении слова. Чаще всего это наблюдается в художественных текстах. Однако для того чтобы обычные слова засветились внутренним светом, поэту и писателю приходится прибегать подчас к неменьшим лингвистическим ухищрениям, чем того требует метафоризация слова.

Итак, представление может быть свойственно и прямому значению. Переносное значение, наоборот, иногда характеризуется такой стертой, стандартной метафорой, что затруднительно бывает говорить о стопроцентном тождестве переносных и образных значений слова. Как видим, отношения между понятием и представлением, образом и метафорой, с одной стороны, и между прямыми и переносными значениями слова -- с другой, достаточно сложные, что находит свое отражение в диффузии некоторых терминов. Чтобы разобраться в смысловой структуре многозначного слова, мы выделили четыре аспекта анализа переносных значений: причинный, системный, онтогенетический и функциональный, к рассмотрению которых и приступаем.


 Об авторе

Вера Константиновна ХАРЧЕНКО

Доктор филологических наук, профессор, заведующая кафедрой русского языка и методики преподавания Белгородского государственного университета; автор книг, среди которых:

"Словарь цвета: реальное, потенциальное, авторское: свыше 4000 слов в 8000 контекстах" (2009). Особое внимание в книге уделено сложным, двукорневым колоративам, указаны группировки конкретных носителей цветового тона или цветового оттенка, уравнены в праве на лексикографическую интерпретацию нормативные и поисковые, авторские, "экспериментальные" цветохарактеристики.

"Функции метафоры" (2-е изд. -- М.: URSS, 2007) -- учебное пособие, в котором разработана классификация 15 функций метафоры. Среди этих функций: номинативная, информативная, мнемоническая и менее известные -- конспирирующая, аутосуггестивная, ритуальная. Соответственно рассматриваются проблемы взаимосвязи метафоры и воспитания, метафоры и обучения, метафоры и жанра.

 
© URSS 2016.

Информация о Продавце