URSS.ru - Издательская группа URSS. Научная и учебная литература
Об издательстве Интернет-магазин Контакты Оптовикам и библиотекам Вакансии Пишите нам
КНИГИ НА РУССКОМ ЯЗЫКЕ


 
Вернуться в: Каталог  
Обложка Щур Г.С. Теории поля в лингвистике
Id: 83824
 
375 руб.

Теории поля в лингвистике. Изд.3, стереот.

URSS. 2009. 264 с. Мягкая обложка. ISBN 978-5-397-00162-5.

 Аннотация

В настоящей книге, написанной выдающимся отечественным языковедом Г.С.Щуром (1929--1981), дан анализ концепций поля в языкознании на основе гипотезы о существовании в языке различных типов групп. В основу объединения элементов в данные группы положены инвариантный и функциональный принципы. Большое внимание уделено вопросу о соотношении между понятиями "поле", "система", "структура", "связи", "отношения", "противопоставления".

Для филологов всех специальностей, аспирантов и студентов языковых вузов.


 Оглавление

Слово о Г.С.Щуре (М.М.Маковский)
Предисловие
Введение
Глава I. Парадигматические поля
Глава II. Синтаксические поля
Глава III. Грамматические, функционально-семантические и некоторые другие поля
Глава IV. Лексические ассоциации и ассоциативные поля
Глава V. Некоторые особенности трактовки понятия "поле" в языкознании и в других науках
Глава VI. Природа семасиологического и ономасиологического подходов в лингвистике
Глава VII. Морфосемантические поля в морфологии
Глава VIII. О соотношении между категориями поля и системы в языке
Глава IX. О топологическом подходе в языкознании
Глава X. Несколько замечаний о синонимии и поле в языке
Глава XI. О принципе инвариантности в лингвистике и в других науках
Заключение
Литература

 Слово о Г.С.Щуре

Выдающийся российский языковед старший научный сотрудник сектора германских языков Института языкознания АН СССР Георгий Семенович Щур (1929--1981) прожил короткую, но подвижническую жизнь. Слепой с детства (во время Второй мировой войны осколок снаряда попал ему в голову и он ослеп), Георгий Семенович успешно закончил Московский Государственный Университет, защитил кандидатскую, а затем и докторскую диссертации. К сожалению, по непонятным причинам Г.С.Щур публиковал свои труды не в центральной лингвистической печати, а в ученых записках различных периферийных вузов СССР, а также в зарубежных журналах разных стран (Германия, Исландия, США и др.). Научные интересы Георгия Семеновича были чрезвычайно широки. Он был блестящим скандинавистом (известны его работы: Западно-скандинавский инфинитив II на -u // Скандинавский сборник. Таллин, 1959; Исландский инфинитив на -i // Проблемы морфологического строя германских языков М., 1963; Германский инфинитив претерита и связь между неличными и личными формами глагола // Iноземна фiлологiя, 8, Львiв, 1966; Об инфинитиве I, образованном от личных форм глагола в датском и шведском языках // Скандинавский сборник, Таллин, 1966; Nochmals der westskandincvisde Infinitive II auf -u // Arkiv fur nordisk filologi, Lund-Kobenhavn, 77, 1--4, 1962; Скандинавский инфинитив на -u. Диссертация на соискание ученой степени кандидата филологических наук. М., 1959; The Istlandic infinitive in -i. Hertford (Aurtin). 1963). Щур живо интересовался шотландскими диалектами английского языка, а также особенностями английского языка в Ирландии, на Ямайке, в США и в Австралии, изучал особенности языка африкаанс (ср. следующие работы Г.С.Щура: О лингвистической ситуации в Шотландии // Социальная м функциональная дифференциация литературных языков. М., 1977; О социо-лингвистических причинах некоторых особенностей английского языка в США, Австралии, Великобритании // Folia linguistica, 1968, 2, N3; Об основных особенностях английского языка в Африке // Вопросы филологии. Омск, 1973).

Особое место в творчестве Г.С.Щура занимает глубокое исследование проблем общего и сравнительно-исторического языкознания. В этом плане следует отметить его фундаментальные новаторские работы, во многом опередившие свое время. Речь идет об исследовании лингвистической топологии, а также таких категорий, как языковая система (особенно в плане общей теории систем Берталанфи), категории лингвистической структуры, лингвистических связей, лингвистического поля, инвариантности в языке (ср. его работы: О некоторых основных понятиях теоретического языкознания // Ученые записки Омского педагогического Института 1972 вып.65; О некоторых общих категориях лингвистики // Вопросы общего языкознания. М., 1964; Теория поля в лингвистике. М., 1974; Some considerations on the notion of invariant field in linguistics // Philologica pragensia, 1965, N2--3). Г.С.Щур обладал уникальной лингвистической библиотекой, известной языковедам по всему Советскому Союзу.

В конце жизни Георгий Семенович с небольшими промежутками во времени перенес три инсульта, от последнего из которых скончался.

Доктор филологических наук, профессор
М.М.Маковский

 Предисловие

Моему отцу Семену Сергеевичу
и детям Марине и Виктору посвящаю

Первоначально настоящая работа была задумана как описание морфосемантических полей в морфологии. В качестве материала предполагалось исследовать ряд особенностей описательных форм сослагательного наклонения и будущего времени в германских языках, где между указанными формами обнаруживаются связь и определенные закономерности. Сокращенный вариант такого исследования представлен в главе VII.

Однако даже в этой главе, не говоря уже о других главах настоящей работы, ставится вопрос о том, насколько правомерно те или иные особенности явлений различных уровней интерпретировать как поле и в каком соотношении эта категория находится с другими категориями теории лингвистики. Поскольку в процессе работы эти вопросы невозможно было игнорировать, то в конце концов первоначальный замысел пришлось изменить.

Более оправданным казалось сосредоточить внимание на концепциях поля в языкознании, чтобы попытаться понять, насколько категория поля, широко представленная в работах многих исследователей, правомерна в лингвистике. В связи с этим настоящая книга была озаглавлена не "Теория", а "Теории поля в лингвистике".

Настоящая монография не является еще одной работой, где материал интерпретируется как поле или в которой дается теоретическое обоснование понятия поля в лингвистике. Напротив, делается попытка, отталкиваясь от существующих концепций поля, ответить на вопрос: правомерна ли эта категория в языкознании и как она соотносится с другими категориями лингвистического анализа. Этим обстоятельством объясняется ряд особенностей настоящей работы, которые, в зависимости от склонностей и взглядов читателей, могут быть восприняты либо как достоинства, либо как недостатки.

Одной из таких особенностей является в ряде случаев весьма широкое цитирование работ авторов, лингвистическая концепция которых является предметом анализа. Такой путь был избран сознательно с целью дать возможность читателю судить о взглядах отдельных исследователей по их собственным высказываниям, не доверяясь интерпретации их концепций другими, что, как правило, не исключает весьма значительный субъективный момент.

Конечно, всегда возникает вопрос, почему концепции одних исследователей рассматриваются более подробно, нежели других, а взгляды ряда исследователей вообще не представлены. Думается, что здесь отрицать чисто субъективный подход вряд ли было бы правильно. Кроме того, работы некоторых менее известных авторов представляют собой как бы последнее слово в полевом подходе, поскольку они написаны недавно.

Отсутствие в обзоре ряда исследований объясняется двумя причинами: некоторые из таких работ казались автору недостаточно существенными с точки зрения их влияния на других исследователей, другие же работы, возможно, заслуживающие определенного внимания, оказались недоступными автору и известны лишь по библиографии, которая в настоящее время насчитывает, пожалуй, не одну тысячу названий.

То обстоятельство, что в ряде случаев, несмотря на обширный лингвистический материал, использование термина "поле" некоторыми исследователями представляется весьма странным или не совсем оправданным, заставило автора настоящей работы основное внимание сосредоточить на теоретической стороне вопроса.

Иногда постановка проблемы заслуживает большего внимания, чем попытка от нее отмахнуться, даже если эта попытка прикрыта многочисленными примерами из разных языков и эпох. Думается, что лингвистичность любой работы состоит не в количестве приводимых примеров, а в качестве их лингвистической интерпретации.

Любая теория всегда оперирует немногими примерами. Наблюдающаяся в последнее время тенденция к экстенсивности лингвистики, что достигается широким привлечением либо уже давно известных материалов, либо материалов языков, ранее не служивших предметом серьезного лингвистического изучения, как представляется, вряд ли может заменить собой интенсивную, или теоретическую лингвистику.

Характерные для последних лет индифферентность и даже неприязнь со стороны многих исследователей к теории объяснимы. Однако вряд ли в результате злоупотребления некоторыми исследователями громкими терминами следует, что теория вообще не нужна.

Конечно, проще и спокойнее описать определенный круг примеров как поле, и тогда никто не упрекнет в недостатке материала, но появятся упреки в отсутствии теории. По-видимому, указанная дилемма и является причиной появления на свет двух типов работ.

Еще одной особенностью настоящей работы является то, что в силу ее композиции отдельные главы обладают определенной автономностью, что обусловливает необходимость в ряде случаев некоторого повторения исходных посылок автора.

Предлагаемая работа ни в коей мере не претендует на изложение общей теории языкознания, однако автору хотелось обратить внимание на то, что анализ ряда основных категорий лингвистики не может проводиться без учета многих моментов или только с одной точки зрения, ибо любой конкретный способ видения в то же время есть способ невидения. В этом отношении был весьма прав Л. Витгенштейн, говоривший о возможности подхода к языку о нескольких сторон, что, правда, не всегда дает положительный эффект.

Безусловно, что критиковать значительно проще, чем предложить положительную концепцию. Однако автору думается, что в настоящей работе также представлена и позитивная точка зрения, формированию которой способствовало неоднократное обсуждение различных аспектов настоящей монографии в секторе германских языков Института языкознания АН СССР. Всем сотрудникам этого сектора автор выражает искреннюю признательность.

Автор считает своим непременным долгом выразить сердечную благодарность друзьям и тем ученым, без помощи которых многие из работ, относящихся к проблематике, рассматриваемой ниже, были бы ему недоступны, и особо -- М.А.Абрамовой, подготовившей рукопись к печати и в течение многих лет сотрудничающей с автором.


 Из введения

Целью настоящей монографии является анализ основных концепций поля и исходных посылок, приведших к возникновению в лингвистике понятия "поле", которое, как известно, несмотря на справедливую критику, в языкознании используется все чаще, притом применительно к разным явлениям. Это делает оправданным желание понять, сводимы ли различные концепции поля к единым предпосылкам и являются ли эти предпосылки лингвистическими или они иного происхождения. Последнее предположение на первый взгляд кажется не лишенным основания, поскольку понятие "поле" прежде всего характерно для физики; оно уже давно используется также в психологии и биологии, где нередко этим понятием обозначаются периферийные явления. Кроме того, в последние годы это понятие все чаще употребляется и в социологии. Из этого, по-видимому, следует, что вряд ли правомерно считать, что появление понятия "поле" в других науках, в том числе в языкознании, является следствием лишь механического переноса его из физики. Очевидно, не случайно в ряде наук, в том числе и в языкознании, возникают концепции, доказывающие неправомерность этой категории (или интерпретирующие ее по-разному). Однако причины, обусловливающие отрицание этого понятия в разных науках, как представляется, одинаковы. К ним в первую очередь относится то обстоятельство, что указанным термином обозначаются явления, природа которых явно различна, и, во-вторых, то, что само понятие "поле" имеет слишком много определений. Однако, несмотря на это, и число наук, в которых используется понятие "поле", и количество определений этого понятия неуклонно растет, вследствие чего использование термина "поле" принимает пандемический характер.

Как думается, такая ситуация вряд ли заслуживает только скептического отношения. Более оправданными представляются попытки, кстати говоря, уже давно предпринимаемые, создать общую теорию поля, а также такую обобщенную теорию, в которой понятия "поле" и "система" не подменяли бы друг друга, а использовались бы для обозначения различных явлений, характеризующих объект с разных сторон, конечно, если для этого имеются эмпирические и логические основания. При этом отнюдь немаловажным представляется понимание того, что существуют разные типы объектов: органические и искусственные. Вследствие этого вполне естественно предположить, что категории "поле" и "система" отнюдь не обязательна характерны для обоих типов объектов одновременно и что для одного из типов может быть характерна лишь одна из категорий.

Попытка выработки определений указанных категорий, применимых для всех наук, исходя из интерпретации этих категорий в математике, без учета эмпирических и логических оснований, представляется неоправданной и бесплодной, поскольку в этом случае не учитывается онтология конкретных объектов и математике отводится роль гносеологического принципа, на которую она не может претендовать.

Заслуживающими внимания в этом отношении, в связи с изложенным выше, представляются мысли Дж. Платта: "В настоящее время мы проповедуем, что наука не есть наука, если она не имеет дела с количественными отношениями. Вместо причинного исследования мы анализируем количественные соотношения и на место органических рассуждений ставим физические уравнения. Предполагается, что измерения и уравнения оттачивают мышление, но, по моему наблюдению, гораздо чаще они делают мышление расплывчатым. Они имеют тенденцию сами стать предметом научных манипуляций вместо того, чтобы играть роль вспомогательной проверки решающих заключений. Многие великие проблемы науки -- может быть, даже большинство из них, -- имеют качественный, а не количественный характер. Уравнения и измерения полезны тогда и только тогда, когда они связаны с доказательством. При этом доказательство или опровержение являются решающими или определяющими, в сущности, лишь тогда, когда они абсолютно убедительны без количественного измерения.

Выражаясь фигурально, вы можете улавливать явления в логические или математические сети. Логические сети грубоваты, но строги. Математические же сети сплетены тонко и мелко, но они непрочны. Математические сети -- великолепный способ "упаковки" проблемы, но они никогда не удержат ее в себе, если проблема не была заранее уловлена в логические сети".

Само собой разумеется, что возможность построения общей теории поля и общей теории систем, по-видимому, станет более реальной после создания соответствующих теорий в отдельных науках или после того, когда и если удастся свести к единым основаниям (или по крайней мере сделать такую попытку) теории поля в отдельных науках. Во всяком случае очевидно, что рассмотрение этого явления или концепций поля в отдельных науках вряд ли правомерно без анализа его в других науках и что работа, посвященная теориям поля в данной науке, может представить интерес и для других наук.


 Об авторе

Георгий Семенович Щур (1929--1981)

Выдающийся отечественный языковед, старший научный сотрудник сектора германских языков Института языкознания АН СССР. Доктор филологических наук. Автор более 200 исследований, связанных с проблемами общей лингвистики, сравнительной грамматики германских языков, скандинавской и английской филологии, среди которых "О некоторых общих категориях лингвистики" (1964), "Взаимосвязь между личными и неличными формами германского глагола. Опыт сопоставительно-диахронного изучения морфологии родственных языков" (1966), "О типах лексических ассоциаций в языке" (1971) и др.

Книга "Теории поля в лингвистике", первое издание которой датировано 1974 годом, представляет собой опыт рассмотрения категории "поле" в отношении к другим фундаментальным категориям лингвистического анализа. Книга была переведена на несколько европейских языков.

 
© URSS 2016.

Информация о Продавце