URSS.ru - Издательская группа URSS. Научная и учебная литература
Об издательстве Интернет-магазин Контакты Оптовикам и библиотекам Вакансии Пишите нам
КНИГИ НА РУССКОМ ЯЗЫКЕ


 
Вернуться в: Каталог  
Обложка Тихонова Е.В. Этноконфессиональные общины Ирака в годы британского мандата
Id: 56527
 
399 руб.

Этноконфессиональные общины Ирака в годы британского мандата

URSS. 2007. 240 с. Мягкая обложка. ISBN 978-5-382-00145-6.

 Аннотация

В книге впервые в отечественной историографии даётся комплексная характеристика этноконфессиональной и социальной структуры населения Ирака периода поздней Османской империи и британского мандата. Показан процесс зарождения принципов национальной самоидентификации и становления первых политических организаций и националистических движений.

Монография предназначена для преподавателей, аспирантов, студентов высших учебных заведений. Она будет интересна и широкому кругу читателей, интересующихся актуальными проблемами истории народов Ближнего Востока.


 Оглавление

Предисловие
Глава I. Этноконфессиональная структура населения месопотамских вилайетов османской империи на рубеже XIX-XX вв.
 1.1.Этническая структура Месопотамии в конце XIX -- начале XX вв.
 1.2.Конфессии Месопотамии
 1.3.Место этноконфессиональных общин Ирака в социальной структуре населения накануне установления британского мандата
Глава II. Этноконфессиональные общины Ирака в годы британского мандата
 2.1.Великобритания и националистические движения Ирака
 2 2.Британский мандат и этноконфессиональные общины центральных и южных районов Ирака
 2.3.Мосульский кризис и курдо-ассирийская проблема в подмандатном Ираке
Заключение
Библиография
Приложения

 Предисловие

Ирак -- государство, сложившееся в силу ряда исторических обстоятельств, наиболее значимыми из которых являлись политико-экономические интересы Великобритании. В основе построения политики британского правительства в Месопотамии лежали три фактора, сыгравшие основополагающую роль в создании иракского государства в его современных границах. Во-первых, Месопотамия рассматривалась официальным Лондоном в качестве связующего звена в стратегической цепи подконтрольных британских владений, соединяющих Египет и Палестину с Персией и Индией. Во-вторых, Великобритания полагала необходимым контролировать нефтеносные источники в приграничных с Ираком районах Персии, привлекали ее и перспективы разработки богатых нефтяных ресурсов включенного в состав Ирака Мосульского вилайета. В-третьих, на территории Ирака располагались святыни шиитов, обеспечение свободного доступа к которым являлось необходимым условием спокойствия шиитских общин других подконтрольных Великобритании территорий Востока.

После окончания Первой мировой войны Лондон столкнулся с ростом освободительного движения населения в своих колониях и, как следствие, проблемой значительного увеличения расходов на содержание британского колониального аппарата и вооруженных сил. Опыт оккупационного управления Месопотамией и Палестиной свидетельствовал о нарастании этих же процессов и на Ближнем Востоке. Вследствие этого британское правительство пришло к осознанию необходимости отказа от установления в Ираке прямого колониального управления и занялось выработкой компромиссной правовой модели своего военно-политического и экономического присутствия на оккупированных территориях. Во время переговоров держав Антанты было решено ввести в арабских провинциях Османской империи систему международного мандатного управления.

Реализуя на практике данную модель управления, Великобритания, получившая мандат на Ирак, сочла наиболее оптимальным методом сокращения своих финансовых затрат на содержание аппарата мандатной администрации использование этноконфессиональных противоречий, унаследованных населением вновь созданного государства от распавшейся Османской империи. С приходом к власти в империи младотурок порядок совместного бытия населявших ее многочисленных народов и конфессий был нарушен, поскольку традиционное религиозное мировоззрение, объединявшее мусульман империи в единую умму и вырабатывавшее принципы ее сосуществования с немусульманскими этноконфессиональными общностями, потеряло свою незыблемость. Провозглашенная новым правительством идеология пантюркизма превратила этнический фактор в ведущий принцип самоидентификации населения, вследствие чего даже мусульмане -- нетурки ощущали себя людьми второго сорта. Таким образом, Великобритания получила в управление государство, население которого находилось в состоянии дезинтеграции и ей оставалось лишь умело ее поддерживать, что гарантировало мандатной администрации свободу действий.

В отечественной историографии в течение 70-ти лет борьба классов мыслилась основным фактором, обуславливавшим особенности развития восточных социумов. Однако, в силу незаконченности процессов классообразования в большинстве стран Восток, в целом, и в Ираке, в частности, основными субъектами общественных процессов являлись доклассовые формы социальности, к числу которых относятся и этноконфессиональные общины.

Выявление и изучение исторических корней, специфических факторов и особенностей развития взаимоотношений между различными этноконфессиональными общинами иракского государства позволяет глубже понять причины происходящих и в настоящее время в стране событий. Внутриполитическая обстановка в Ираке и сегодня характеризуется сложным переплетением национальных, конфессиональных и социальных факторов. В этой связи исследование британского мандата, задавшего вектор социально-политического развития современного Ирака, вызывает глубокий научный интерес и имеет важное политическое значение.

Имевшие место в конце XX начале XXI вв. конфликты на этнической и религиозной почве привлекли повышенное внимание специалистов к изучению способов сосуществования различных этносов и конфессий. Как отметил востоковед К.М.Труевцев, при определенных условиях этноконфессиональные процессы "могут оказаться миной замедленного действия, способной сдетонировать большой и далеко непредсказуемый сегодня по своим масштабам и последствиям взрыв". Вследствие этого весьма актуальным мыслится изучение механизмов реализации политики Великобритании, позволивших ей манипулировать полиэтничным и поликонфессиональным населением Ирака.

Хронологические рамки монографии охватывают период с 1920 по 1932 г., в течение которого Великобритания управляла Ираком в качестве державы-мандатария. Именно в этот период имела место кардинальная ломка традиционного религиозного самосознания населения Ирака, повлекшая зарождение этнических принципов его самоидентификации и определившая характер развития этноконфессиональных взаимоотношений современного Ирака. Однако, раскрывая сущность политики Великобритании в отношении различных этноконфессиональных общин подмандатного Ирака, оставаться в строго фиксированных хронологических рамках не представляется возможным, что связано с рядом особенностей предмета исследования. Поскольку взаимоотношения между различными этносами и конфессиями страны определялись, в первую очередь, традицией, мыслится необходимым рассмотрение процесса ее формирования, что предполагает исторический экскурс в складывание этноконфессиональной мозаики Месопотамии, а, значит, в ряде случаев, отодвигает нижнюю временную рамку исследования. Верхняя граница предлагаемой хронологии также несколько нарушается в контексте изучения проблемы ассирийцев. Ассирийские погромы, происходившие в 1933 г., уже после вступления Ирака в Лигу Наций, явились прямым следствием политики Лондона по противопоставлению различных этноконфессиональных общин друг другу, поэтому комплексное изучение этноконфессиональной ситуации, сложившийся в Ираке в 20--30-е гг., без их анализа невозможно.

Целью исследования является анализ содержания и методов британской политики в Ираке и ее влияния на формирование иракского общества. Достижение данной цели предполагает последовательное решение ряда задач:

  •  изучить этническую структуру населения Месопотамии накануне установления британского мандата;
  •  охарактеризовать конфессиональную карту Ирака;
  •  рассмотреть место этноконфессиональных общин Ирака в социальной структуре его населения;
  •  показать отношение этноконфессиональных общин Центрального и Северного Ирака к политике державы-мандатария;
  •  проанализировать влияние политики Великобритании на становление арабского национализма в Ираке;
  •  исследовать эволюцию принципов самоидентификации этнических меньшинств уммы мусульман и немусульманских общин страны как следствие британской политики в их отношении.

  • Несмотря на то, что тема данной монографии не нашла комплексного освещения в востоковедческой литературе, отдельные ее аспекты были затронуты в трудах как отечественных, так и зарубежных историков.

    Интерес к истории подмандатного Ирака возник у отечественных востоковедов уже в 20-е гг. XX в. Традиционным, популярным и наиболее изученным направлением в историографии ираковедения являлась политическая история, где особое место отводилось изучению механизмов осуществления политики Великобритании в стране. С течением времени обобщающие выводы относительно влияния методов управления британской мандатной администрации на развитие иракской государственности менялись, вследствие чего в отечественной историографии темы исследования можно выделить три периода: 1) 1920--1930-е гг.; 2) 1940--1980-е гг. 3) 1990-е гг. XX в. -- нач. XXI в.

    Опубликование документов и материалов, касавшихся секретных соглашений держав Антанты в годы Первой мировой войны и дипломатической борьбы между ними периода межсоюзнических конференций и переговоров 1919--1920 гг. инициировало интерес отечественных востоковедов к региону Ближнего Востока, в целом, и Ираку, в частности. Первые работы, посвященные изучению политики Великобритании в Ираке, появившиеся уже в 1920--1930-х гг., характеризовались критическим ее осмыслением и подчеркивали эксплуататорские намерения Лондона. Как правило, исследовалась лишь политико-экономическая составляющая действий британского мандатного правительства, тогда как этноконфессиональный фактор, во многом определявший внутриполитическую обстановку в Ираке, оказался вне поля интересов исследователей. Этнические и конфессиональные общины подмандатного государства интересовали востоковедов лишь в связи с формированием границ Ирака, поскольку при их определении этноконфессиональный фактор играл определяющее значение. При этом характер и направленность отечественных исследований этнической структуры Ирака были подчинены политической конъюнктуре: основной упор делался на изучение курдской проблемы. Советское правительство сделало ставку на поддержку курдского сепаратизма, в котором видело весомый фактор, способный ослабить влияние арабского правительства Ирака, рассматривавшегося в Москве исключительно в качестве проводника британской политики.

    Наибольший интерес в ряду работ этого периода вызывает монография профессора Н.Г.Корсуна, который одним из первых в отечественной историографии не только попытался дать комплексную характеристику этноконфессиональным противоречиям, присущим умме мусульман, но и подчеркнул, что Лондон, прогнозируя свою политику в регионе, особое внимание уделял изучению его этноконфессиональной панорамы.

    После окончания Второй мировой войны Ближний Восток превратился в один из регионов противостояния США и СССР, что вызвало повышенный интерес отечественных историков к данному региону. В этот период появился ряд работ, освещавших многие важные аспекты истории Ирака, однако, основное внимание советского ираковедения было сосредоточено на проблеме национально-освободительного движения, изучении его с позиций марксистско-ленинской методологии. Этот подход привел к акцентированию этнического и недооценке влияния конфессионального фактора на процесс формирования и развития иракской государственности.

    Значительный вклад в определение роли различных этнических и социальных групп населения Ирака в антиколониальном освободительном движении внес советский востоковед Л.Н.Котлов. В своих трудах он дал всесторонний анализ социально-экономического и политического строя Ирака в конце XIX -- начале XX вв., охарактеризовал деятельность его политических организаций.

    Работы Н.О.Оганесяна и А.Ф.Федченко, содержащие богатый фактический материал, связанный с национально-освободительной борьбой населения Ирака и историей возникновения его государственности, дают глубокий анализ системы мандатного управления британских властей и эволюции англо-иракских отношений в межвоенный период. Этими авторами был сделан ряд важных выводов, касающихся особенностей взаимоотношений Великобритании с представителями местных этнических элит в мандатный период иракской истории.

    Анализу механизмов и последствий британского правления Ираком посвящена монография А.М.Ментешашвили. Автор подробно исследовал процесс формирования арабской, курдской и ассирийской общин страны. Задействовав значительный фактический материал, А.М.Ментешашвили убедительно доказывает, что основной целью социальной политики Великобритании явилось цементирование противоречий, сложившихся между отдельными этноконфессиональными общинами Ирака, что препятствовало формированию единого освободительного антибританского движения.

    К этому же периоду относится и ряд работ, посвященных исследованию особенностей бытия отдельных этнических групп, поживавших на Ближнем Востоке. Хотя данные исследования зачастую касаются всех арабских стран, они имеют большое значение для изучения отдельных этносов Ирака. С точки зрения обилия фактического материала, его систематической упорядоченности и теоретической обработки, обращают на себя внимание работы К.П.Матвеева и Л.Саргизова. Авторы дают глубокий и детальный анализ роли британского правительства в развязывании геноцида ассирийцев в Ираке, доказывая, что его причиной явилось сознательное противопоставление мандатными властями ассирийской общины страны ее арабскому и курдскому большинству.

    В цикле работ о судьбе армян Ближнего Востока привлекают внимание исследования советских армянских ученых Е.К.Саркисяна и Л.Х.Тер-Мкртичан. Если в монография Е.К.Саркисяна основное место отводится рассмотрению причин младотурецкого геноцида армян и роли европейских держав в его развязывании, то Л.Х.Тер-Мкртичан в своей небольшой по объему, но достаточно емкой по содержанию, работе впервые в отечественной историографии, посвятила армянской общине Ирака специальный раздел. Исследовательница доказывает, что переселение армянских беженцев из Анатолии в Сирию и Ирак породило спюрк -- диаспору армян.

    Судьба курдской общины Ирака, известной своими автономистскими устремлениями, исследована Н.А.Халфиным, который утверждает, что раздел Курдистана не означал, что государства, включившие в свой состав курдские территории, установили в этом регионе свое прочное господство. Причину подобного положения вещей он видел в природном свободолюбии курдов. С этих же позиций курдскую проблему рассматривал и А.М.Ментешашвили.

    Тщательному изучению истории общины черкесов Ближнего Востока посвятил свои научные изыскания Г.А.Дзидзария. Проанализировав причины, побудившие народности Кавказа и Балкан к переселению в Османскую империю, автор освещает причины изолированности черкесов в рамках уммы мусульман.

    Лишь в начале 80-х гг. появились исследования, в которых процессы, происходившие на Арабском Востоке, стали рассматриваться через призму конфессионального фактора. Так, Г.А.Шпажников в работе "Религии стран Западной Азии" дает подробное описание конфессий Ирака. Хотя данное исследование в большей мере носит описательный характер, оно явилось важным шагом к осознанию того факта, что религиозный фактор являлся важнейшей составляющей процесса формирования иракской векового суннитско-шиитского раскола иракской уммы мусульман, доказывал, что и в 70-е гг. XX в. он в значительной мере препятствовал консолидации населения Ирака в единую национальную общность.

    Для советского востоковедения второй половины 80-х гг. уже характерно более пристальное внимание к конфессиональной составляющей истории Ближнего Востока. Появился целый ряд коллективных и индивидуальных работ, посвященных теоретическому осмыслению характера взаимодействия этнических и конфессиональных общностей рассматриваемого региона. И хотя проблематика нашего исследования не нашла прямого отражения в исследованиях этого периода, они способствовали более точному определению этноконфессиональной карты Ирака, характеристике особенностей совместного бытия различных этноконфессиональных общин страны.

    Среди исследований этого периода особо следует отметить работу П.И.Пучкова "Этнос и религия", в которой конкретизируется ряд общих теоретических положений примерами из жизни населения Ирака. Анализируя соотношения этнического и конфессионального факторов, автор утверждает, что "конфессиональная общность более устойчива к ассимиляции по сравнению с этносом, поскольку религиозная форма общественного сознания отличается чрезвычайной консервативностью". Большой интерес представляет и монография А.В.Журавского "Христианство и ислам", где он исследует социокультурные проблемы взаимодействия этих двух мировых религий и указывает, что "этноконфессиональный характер организации восточных церквей имеет глубокие исторические корни". Значительное внимание религиовед уделил характеристике системы миллетов, воспринятой Портой у арабских халифатов и позволившей мусульманам и немусульманам относительно мирно сосуществовать в рамках полиэтничной и поликонфессиональной Османской империи.

    Интерес исследователей к ближневосточному региону в 90-е гг. был в значительной степени обусловлен военными конфликтами, имевшими место в Персидском заливе, и наращиванием военно-политического присутствия в его зоне США. Анализируя истоки этих событий, отечественные востоковеды вынуждены были признать, что в прежних исследованиях внимание было сосредоточено, главным образом, на политических процессах, а этноконфессиональные противоречия, являвшиеся зачастую подоплекой региональных конфликтов, обходилась вниманием. Современными ираковедами принята на вооружение концепция, согласно которой социально-экономическая структура Ирака в период британского мандата претерпела радикальные изменения, вследствие наложения капиталистического уклада на традиционное феодально-племенное общество, которое не было готово к столь быстрым преобразованиям. В процессе болезненной ломки экономики, общественных отношений, права, социальной психологии формировалось новое общество, характеристики которого не совпадали с привычными классовыми дефинициями. В ходе последовавшего переосмысления многих аспектов политического и социально-экономического развития Ирака, самое пристальное внимание было обращено на его этноконфессиональные общины. Следует отметить, однако, что большинство ученых исследовало этносы и конфессии ближневосточного региона в целом, не акцентируя внимания на особенностях их исторических судеб в рамках отдельных государств, в том числе и Ирака.

    Весьма информативными являются работы целого ряда авторов, посвятивших свои исследования судьбе мухаджиров. Монографии С.Г.Кудаевой, Т.Х.Кумыкова, А.Х.Касумова освещают причины этнической замкнутости черкесской общины в рамках иракской уммы мусульман. А.В.Кушхабиев и Ф.Бадерхан в своих подробных исследованиях четко определют место мухаджиров в социальной структуре населения Арабского Востока, характеризуют их вклад в культурное и политическое развитие стран ближневосточного региона. Несмотря на то, что черкесская община Ирака оказалась за пределами интереса этих исследователей, их монографии имеют большое значение для комплексного изучения особенностей ее жизнедеятельности в границах Османской империи.

    Работы М.Дурдыева, Ш.Кадырова, К.Овезова, Н.Гаджарова имеют определяющее значение для изучения туркменской общины Ирака. Эти исследования доказывают, что османские правители сознательно инициировали переселение туркмен в Месопотамию, надеясь с их помощью усмирить непокорных кочевников-арабов.

    Курдская проблема, не утратившая свою актуальность и сегодня, получила освещение в коллективном труде, выполненном под руководством Мгои и Л.С.Лазарева. Нетрадиционная ее характеристика представлена в исследовании бывшего начальника отдела специальных операций внешней разведки КГБ А.Кисилева. Аппелируя к историческому прошлому курдов автор утверждает, что "тот неоспоримый факт, что, несмотря на вопиющее неравенство противоборствующих сил и возможностей, борьба за свободу Курдистана не утихает, говорит не столько о генетическом свободолюбии курдов, сколько о наличии совершенно очевидных интересов сохранения такого статус-кво". С этих же позиций он рассматривает и курдские восстания в подмандатном Ираке.

    Значимым вкладом в изучение судьбы этноконфессиональных общин Ирака в период британского мандата стала работа В.И.Дятлова. Анализируя роль торговых меньшинств в экономической жизни Ближнего Востока, впервые в отечественной историографии он обратился к истории евреев Ирака. Опираясь на богатый фактический материал, В.И.Дятлов доказал, что иракские евреи играли определяющую роль в экономике страны, поскольку они практически монополизировали ее внутреннюю и внешнюю торговлю.

    Нельзя обойти вниманием исследования В.П.Ранчинского, в которых, впервые в отечественной историографии, изучается этноконфессиональная и социальная структура населения Сирии накануне распада Османской империи и в период французского мандата. Автором показан процесс зарождения и становления первых политических организаций и националистических движений, проанализированы взаимоотношения отдельных этноконфессиональных общин и политика европейских держав в их отношении. Несмотря на то, что тематика работ В.П.Ранчинского не затрагивает непосредственным образом Ирак, большой интерес представляют выводы автора, характеризующие процессы этнической консолидации населения бывших арабских провинций Османской империи и становления государственных структур на Ближнем Востоке в постосманский период. Занимая особое место в арабском мире, Сирия, по мысли автора, оказывала заметное влияние на протекание политических процессов в соседних ближневосточных государствах, в том числе и Ираке, и именно здесь зарождалось и формировалось арабское националистическое движение.

    Важной вехой российского востоковедения является появление исследования коллектива ученых, выполненное под руководством Р.Г.Ланды. В нем анализируются особенности социальной структуры и социального развития стран Востока. Рассмотрены проблемы методологии изучения восточного социума, исторический, этнический и конфессиональный аспекты его бытия. В итоге авторы пришли к выводу о том, "что зачастую конфликты порождаются не различием этносов, вполне способных в иных условиях к мирному сосуществованию, а сплетением этнических различий с конфессиональным делением". Это исследование показало всю важность изучения этноконфессиональной карты полиэтничных и поликонфессиональных стран, к числу которых относится и Ирак.

    Комплексный характер заявленной темы предполагает привлечение широкого круга исследований, посвященных различным аспектам истории Ирака. В числе наиболее значимых отечественных работ, тематически связанных с проблематикой данного исследования, следует выделить монографии С.Н.Алитовского, О.Герасимова, Б.Н.Данцига, И.Ф.Милованова и Ф.Сейфуль-Мулюкова, Г.И.Минорского, П.Пака, С.С.Пегова.

    Автором были приняты во внимание теоретические выводы, сделанные в ряде диссертационных работ. Наибольший интерес вызвали исследования Али Ода Али, Г.Н.Валиахметовой, Дахера Абд аль-Хади Самира, А.В.Сагимбаева, Т.Г.Туманяна, касающиеся различных аспектов британской политики в подмандатном Ираке и, в особенности, роли Великобритании в формировании его государственных структур и определении границ. Большое значение для изучения некоторых аспектов конфессионального и этнического фактора в Ираке, в частности, восточнохристианских церквей, исламского сектанства и проблем курдской и туркменской общин, имеют диссертации А.М.Аманжа, С.М.Мурадян, Д.К.Мухаммеда, Рашида Сабри Рашида и К.А.Панченко.

    При всем многообразии трудов отечественных востоковедов, посвященных истории Ирака, целый ряд важных проблем, связанных с темой данного исследования, вплоть до сегодняшних дней остался не исследованным. Акцент на изучении политических аспектов истории Ирака привел к тому, что этноконфессиональные общины страны, отношения между которыми во многом определяют характер протекающих процессов, не получили комплексного изучения. Между тем, продолжение исследований в данном направлении представляется очень важными, поскольку позволяет проследить особенности взаимоотношений правительства Ирака с его населением, которые начали формироваться в период британского мандата. В тоже время, комплексное изучение механизмов британской политики в отношении отдельных этноконфессиональных общностей позволит, на наш взгляд, выйти на новый уровень в исследовании влияния периода британского мандата на процесс национальной консолидации населения Ирака, с одной стороны, и понять специфику британо-иракских отношений, с другой.

    Англоязычное ираковедение представлено значительно большим числом работ, прямо или косвенно связанных с темой данной монографии. Эту литературу условно можно разделить на три группы: 1) работы 1920--1930-х гг., написанные очевидцами событий; 2) труды историков 1940--1980-х гг.; 3) работы 90-х гг. XX -- начала XXI вв.

    Значимым событием, привлекшим внимание англоязычной историографии к изучению этноконфессиональной структуры населения Ирака, явилось восстание 1920 г. Оно выявило существенные недостатки и просчеты в политике британской гражданской администрации и побудило Лондон к поиску новых методов контроля над ситуацией в данном регионе, что нашло отражение в англоязычной историографии. Исследования 1920--1930-х гг., ввиду узости доступной ученым источниковой базы, носили, в большинстве своем, отрывочный и описательный характер. Наибольшее внимание их авторы уделяли этноконфессиональным общинам Мосула, поскольку от их волеизъявления в существенной мере зависело окончательное разрешение вопроса об ирако-турецкой границе. В данном контексте заметный интерес представляет монография Х.Льюка "Мосул и его меньшинства". Автор характеризует особенности совместного проживания курдов, армян, ассирийцев, арабов, турок северного Ирака, описывает исповедуемые ими религии, пытается выявить причины этноконфессиональной некоммуникабельности местного населения. Данная проблематика нашла частичное отражение и в работе А.Тойнби "Исламский мир со времен мирного договора. Исследование международных отношений". Автор уделяет значительное место судьбе ассирийцев, антибританским выступлениям курдов, затрагивает суннитско -- шиитское противостояние в его исторической ретроспективе и обращает внимание на роль Великобритании в консервации традиционных для Ирака этноконфессиональных противоречий.

    В 1935 г. была опубликована монография американского исследователя Х.Фостера "Создание современного Ирака: продукт мировых сил". В ней была сделана фактически первая попытка показать формирование иракской государственности в период британского мандата. Автор уделил большое внимание анализу взаимоотношений Великобритании с различными этноконфессиональными общинами страны, сделав акцент на конфронтации суннитов с шиитами и ее влиянии на панарабские планы короля Фейсала. Х.Фостер изучил процесс зарождения национализма в Ираке, подчеркнув, что значительную роль в его становлении сыграла политика британских мандатных властей, нацеленная на цементирование раздробленности населения страны. В то же время автор отмечает положительную роль Великобритании в разрешении проблем, связанных с формированием границ Ирака, и, в первую очередь, в урегулировании мосульского кризиса.

    К числу наиболее заметных исследований данного периода следует отнести также работу Э.Мейна, в течение ряда лет являвшегося главным редактором газеты "Ираки Таймс". Подробно характеризуя этноконфессиональную ситуацию в Ираке, автор уделяет особое внимание курдской и ассирийской общинам страны и их социальной организации. Отличительной чертой исследования Э.Мейна является безоглядная апологетика британской политики в Ираке. В подобном же ключе написана и монография бывшего британского административного инспектора в Мосуле Р.Стаффорда. Посвятив большую часть своей работы судьбе ассирийской общины, автор затрагивает также и курдскую проблематику. Сочувствуя ассирийцам, он в тоже время одобряет жесткие действия британских властей по подавлению курдских восстаний, полагая их правомочным ответом на естественную нетерпимость племен ко всякой упорядоченной администрации.

    В 1937 г. в Лондоне была издана монография американского историка П.Айерленда "Ирак: изучение политического развития". На основе арабских и британских первоисточников автор подробно описывает события, связанные с антибританскими выступлениями населения Ирака и исследует процесс зарождения националистических настроений в его среде. Центральное место в своей работе П.Айерленд отвел изучению арабской общины страны и анализу корней противоречий между суннитской и шиитской ее частями. В то же время он обходит вниманием немусульманские общины и практически игнорирует факт наличия курдской проблемы в Ираке.

    Изучение этноконфессиональной структуры населения Ирака британским и американским востоковедением не носило в данный период комплексного характера и осуществлялось, преимущественно, в контексте общих исследований истории страны. Исключением является работа Е.С.Дровер "Мандеи Ирана и Ирака. Их культ, обычаи, магические легенды и фольклор". Этой исследовательницей практически впервые в истории мировой науки был предпринят всеобъемлющий анализ особенностей догматов и культовой практики секты мандейцев, тщательно скрывавшей от посторонних не только постулаты своей веры, но и повседневные обычаи. Интересно, что в данной работе Е.С.Дровер излагает концепцию вавилонского происхождения мандейского вероучения, переосмыслению которой были посвящены ее дальнейшие исследования.

    Интерес британских и американских исследователей к изучению этноконфессиональной мозаики Ирака возродился после Второй мировой войны, повлекшей за собой распад британской колониальной империи. Исследователи пытались выявить причины падения влияния Великобритании на Ближнем Востоке. Появлению новых направлений исторических исследований способствовало открытие засекреченных ранее архивных фондов ряда британских ведомств и публикации большого объема документов, связанных с политикой Лондона в отношении Ирака, а также населяющих его этноконфессиональных общин.

    Теоретическому осмыслению истории этноконфессиональных меньшинств и анализу механизмов их сосуществования с арабским большинством населения Ближнего Востока посвящены исследования Х.Хоурани и Д.Хуревица. Причем, в работе Х.Хоурани этноконфессиональным общинам Ирака посвящен специальный раздел. Автор, однако, как и его предшественники, сконцентрировался на изучении мусульманского большинства населения страны, оставив без должного внимания иудеев, христианские общины и секты религиозных маргиналов.

    В монографиях С.Х.Лонгригга, П.Слуглетта и Ф.Марр уделено более пристальное внимание характеристике немусульманских общин подмандатного Ирака и анализу их взаимодействия с подмандатными властями. В оценке британской политики в Ираке С.Х.Лонгригг, занимавший в течение длительного времени должность политического офицера Великобритании в этой стране, исходил из распространенной на Западе концепции о неспособности народов Ближнего Востока к самостоятельному политическому развитию и об исключительно цивилизаторской миссии западных держав в деле создания основ государственности народов Арабского Востока. Автор полностью оправдывает действия мандатной администрации по подавлению выступлений иракских арабов и курдов, которые оцениваются им исключительно как нарушение законности и порядка. Данная работа, однако, содержит ценный фактический материал, касающийся различных аспектов политики Великобритании в Ираке.

    Более критичный анализ действий британской мандатной администрации содержится в работах профессора университета Теннеси Ф.Марр и английского историка П.Слуглетта. Обе монографии являются обстоятельными исследованиями, написанными на основе неопубликованных ранее архивных материалов британского верховного комиссара в Багдаде и личных бесед авторов с известными политическими деятелями Ирака. Анализируя особенности взаимоотношений различных этноконфессиональных общин страны, авторы уделяют особое внимание ассирийцам, возлагая вину за их трагическую судьбу на Великобританию.

    Курдской общине Ирака посвящена монография американского историка В.Хазена. Анализируя историю Курдистана, автор значительное внимание уделяет освещению судеб иракских курдов. Работа В.Хазена производит впечатление глубокого и комплексного исследования прошлого и настоящего курдского этноса. На наш взгляд, однако, он существенно преувеличивает степень национальной солидарности, существовавшей в курдской среде в период британского мандата. Подробному освещению истории курдского этноса посвящена и опубликованная в Лондоне в 1966 г. монография Х.Арфы, в которой анализируются причины курдско-армянской розни. Большое внимание в монографии уделяется религиозным воззрениям, распространенным среди курдов. Автор отмечает крайнюю религиозность курдской общины, ее склонность к мистицизму и, как следствие, существование на территории Курдистана большого числа суфийских тарикатов.

    В отличие от большинства исследователей данного периода, ставивших во главу угла изучение прошлого и настоящего курдского и ассирийского меньшинств, американский историк С.Рива основное внимание уделил арабской общине, составляющей большинство населения Ирака. Анализируя период британского мандата, он подчеркивает, что культурные, идеологические и конфессиональные факторы играли определяющую роль в жизни формирующегося иракского общества. С.Рива исследовал роль бывших шерифских офицеров в имевших место событиях, полагая их новой политической элитой Ирака. Автор утверждает, что именно они с помощью идей иракского национализма, положили начало процессу консолидации разрозненного населения страны, состоящего из различных этнических и конфессиональных групп, в единую нацию. В своей работе С.Рива приходит к нетрадиционному заключению о том, что панарабская идеология шерифских офицеров основывалась на западноевропейском историческом опыте, с которым они ознакомились, с помощью немецких преподавателей, во время своего обучения в турецких военных училищах.

    На рубеже 1980-х -- 1990-х гг. на Ближнем Востоке, как и в целом, во всем мире произошли серьезные перемены, связанные с распадом социалистического лагеря, СССР, и противостоянием двух миров. Предпринятая в 1991 г. многонациональной коалицией во главе с США военная операция "Буря в пустыне" привела к подрыву военно-политической мощи режима С.Хусейна и новому всплеску сепаратистских настроений среди курдов и шиитов Ирака, активно подогреваемых из Вашингтона. События в зоне Персидского залива в очередной раз вызвали повышенный интерес исследователей к истории взаимоотношений различных этнических групп, проживающих на Ближнем Востоке. Ряд исследований 1990-х гг. посвящен проблеме формирования истоков арабского национализма. В этой связи обращает на себя внимание коллективная монография "Истоки арабского национализма", вышедшая в свет в 1994 г. Подвергнув процесс формирования арабской националистической идеологии глубокому анализу, ее авторы пришли к заключению о том, что накануне Первой мировой войны среди арабского населения Ближнего Востока отсутствовало четкое осознание своей национальной общности. Сравнивая политические процессы, протекавшие в 1920--1930-х гг. в Ираке, Сирии, Египте и Хиджазе, они особо подчеркивают, что именно в этот период началось фактическое формирование арабской националистической идеологии. В рамках данного исследования особый интерес вызывает глава "Ирак перед Первой мировой войной". Ее автор, М.Хаддад, доказывает, что зарождение арабского национализма в Ираке явилось реакцией, с одной стороны, на политику младотурецкого правительства, а с другой -- на экономическое и культурное проникновение западных держав. Антизападные настроения при этом выступили ведущим фактором, обусловившим процесс его формирования. М.Хаддад обратил особое внимание на противостояние суннитов и шиитов, являющееся основным препятствием на пути консолидации арабской общины Ирака.

    В последнее десятилетие появился целый ряд фундаментальных работ, посвященных отдельным этноконфессиональным группам иракского населения, а также особенностям их взаимоотношений с Великобританией в период мандата. Д.Гвест в монографии "Выживание среди курдов" освещает причины вражды езидов с мусульманской частью курдской общины, подчеркивая преобладающую роль в их взаимоотношениях, конфессионального, а не этнического фактора. Изучению влияния конфессионального фактора на жизнедеятельность иракского населения посвящена работа У.Накаша "Шииты Ирака". Автор подробно исследует причины и суть суннитско-шиитского раскола иракской уммы мусульман. Характеризуя взаимоотношения суннитов и шиитов в период мандата, он, как и М.Хаддад, числит политику Великобритании ведущим фактором, способствовавшим росту напряженности между ними и консервации традиционных противоречий. У.Накаш одним из первых обратился к изучению истории иракских персов и индийцев. Индийскую общину он рассматривает в качестве одной из важных опор британской власти в Ираке. Характеризуя положение персов в Ираке, У.Накаш указывает на традиционно враждебное к ним отношение со стороны остальной части шиитского населения страны, обусловленное, в первую очередь, привилегированным положением персидской общины и покровительством, которое оказывала им Персия.

    В монографии М.Тарбуша также отводится значительное место изучению этноконфессиональных противоречий, существовавших среди иракского населения, анализируются механизмы, с помощью которых Великобритания им манипулировала. Автор полагает суннитскую военно-политическую элиту основным этнообразующим фактором. При этом он особо подчеркивает значение армии, выступавшей основным гарантом политической стабильности в Ираке на раннем этапе складывания его государственности.

    Проблеме генезиса арабского национализма, теоретическому осмыслению его истоков и влияния на политическое развитие иракского государства посвящена совместная работа А.Шикары и А.Раззака. Указывая на то, что своим возникновением и развитием иракский панарабизм обязан британской политике, причиной его слабости они считают нежелание "не только политических лидеров, но и многих других социально-политических группировок принести в жертву свои узкоэгоистические интересы для достижения арабского единства". Авторы пытались выявить причины дезинтеграции иракского населения, для чего детально изучили особенности взаимодействия суннитов и шиитов, а также историю еврейской и ассирийской общин Ирака. В то же время, они, как и большинство других арабских историков, принципиально обходят вниманием проблему курдов Ирака, видя в них силу перманентно враждебную иракскому государству.

    В постановке и разработке главных проблем исследования принципиальное значение отводилось отбору и изучению разнообразных источников. Привлеченные для изучения темы источники можно разделить на: 1) неопубликованные архивные материалы; 2) опубликованные отчеты российских разведчиков о командировках на ближний Восток; 3) работы бывших российских консулов в Месопотамии; 4) обзоры политики оккупационных британских властей и ежегодные отчеты британского правительства Совету Лиги Наций о деятельности британской администрации в Ираке; 5) материалы Лиги Наций; 6) опубликованные официальные и полуофициальные серии документов; 7) историко-мемуарную литературу; 8) прессу.


     Об авторе

    Елена Викторовна ТИХОНОВА

    Кандидат исторических наук. Сфера научных интересов -- этноконфессиональные общности Ближнего Востока, в частности, этнорелигиозная структура населения Ирака конца XIX -- первой трети XX вв. Автор ряда статей, посвященных изучению общественного сознания и социальной организации иракского населения. Данная монография основана на документах архива Внешней политики Российской империи, Российского военно-исторического архива и Российского государственного архива социально-политической истории. В исследовании рассматривается история подмандатного Ирака сквозь призму этноконфессионального фактора.

     
    © URSS 2016.

    Информация о Продавце