URSS.ru - Издательская группа URSS. Научная и учебная литература
Об издательстве Интернет-магазин Контакты Оптовикам и библиотекам Вакансии Пишите нам
КНИГИ НА РУССКОМ ЯЗЫКЕ


 
Вернуться в: Каталог  
Обложка Дьяконов И.М. Семито-хамитские языки: Опыт классификации. Серия 'Языки народов мира'
Id: 36663
 
599 руб.

Семито-хамитские языки: Опыт классификации. Серия "Языки народов мира". Изд.2

URSS. 2006. 120 с. Мягкая обложка. ISBN 5-484-00513-2. Букинист. Состояние: 4+. Есть погашенная печать расформированной библиотеки.

 Аннотация

Предлагаемая вниманию читателя работа, написанная выдающимся отечественным востоковедом и филологом И.М.Дьяконовым (1915--1999), посвящена семье семито-хамитских языков. Автор пытается положить в основу классификации показательные данные о материальных схождениях языков этой семьи в областях морфологии местоимения, имени и глагола. Причем речь будет идти лишь о выявлении соотношения между целыми ветвями; внутри ветвей И.М.Дьяконов принимает общепринятую классификацию с небольшими терминологическими поправками.

Книга предназначена для широкого круга языковедов и историков --- научных работников и аспирантов, преподавателей и студентов восточных, филологических и исторических факультетов вузов.


 Содержание

Общие сведения. Фонология. Корень и слово
 Постановка вопроса
 Некоторые грамматические черты адстрата семитских языков
 Фонология
 Структура корня
 Словообразование
 Лексический состав
Морфология
 Имя
 Местоимение
 Глагол
Заключение
Приложения
 Образцы текстов
 Библиография
 Список сокращений

 Общие сведения. Фонология. Корень и слово

Памяти А.П.Рифтина и Н.В.Юшманова

Постановка вопроса

До недавнего времени при историческом изучении семитских языков исследователи не привлекали материала других языков, им родственных. Со студенческой скамьи каждому арабисту, эфиописту, гебраисту, арамеисту или ассириологу было в общем виде известно, что в определенном родстве с семитскими языками состоят также так называемые "хамитские " языки, но представление о характере и степени этого родства было чрезвычайно туманным. Многолетние работы М.Коэна по историческому сопоставлению всех семитохамитских языков в целом не находили серьезного отклика среди большинства семитологов.

Исследования последних 10--15 лет, в особенности работы М.Коэна, Дж.Гринберга, О.Р╕сслера, И.Фридриха, В.Вицихла, Дж.Кастеллино, А.Клингенхебена и других, а у нас -- Д.А.Ольдерогге, наглядно показали, что никакой "хамитской " семьи (или ветви более обширной семитохамитской семьи языков), которая противостоит семитской, не существует; есть одна семья языков, делящаяся, по-видимому, на пять ветвей: семитскую, берберо-ливийскую, египетскую, кушитскую и чадскую. Очевидно, как достаточно ясно показывает вся история более разработанного индоевропейского языкознания, тем самым дальнейшее изучение семитской ветви невозможно без учета материала других ветвей той же языковой семьи. В этой связи возникает вопрос о классификации семитохамитских языков в целом.

Историческое изучение семитохамитской лексики находится еще в зачаточном состоянии. Существуют хорошие практические словари отдельных (хотя не всех) семитских языков, древнеегипетского и коптского, двух-трех берберских диалектов, краткие словари отдельных кушитских языков, а также словари чадского языка хауса, однако историко-этимологические данные, содержащиеся в некоторых из этих лексиконов, далеко не всегда полны и надежны. Словари семитских языков, как правило, не содержат ссылок на другие семитохамитские языки, а большой египетский словарь А.Эрмана и X. Грапова, хотя и содержит ссылки на языки родственные, но не делает различия между общим лексическим материалом и заимствованиями. Специальных этимологических и корневых словарей по отдельным ветвям семьи нет, есть лишь несколько работ, посвященных выявлению общесемитохамитской лексики в египетском и отчасти в берберском. Для ряда семитохамитских языков нет и вообще никаких словарей, кроме глоссариев к текстам и полевых записей. Опыт общесемитохамитского корневого словаря М.Коэна очень полезен, но не всегда надежен. Весьма немногочисленны и случайны исследования, посвященные установлению лексического родства между отдельными ветвями семитохамитской языковой семьи. Совершенно недостаточно выявлены закономерности фонетических соответствий между ветвями.

Хотя грамматическое родство всех семитохамитских языков между собой давно уже не вызывает особых сомнений, до сих пор, насколько мне известно, не было попыток дать сравнительно-грамматический обзор всей семьи в целом.

Однако в области морфологии местоимения, имени и глагола установлены, хотя во многом еще приблизительно, достаточно показательные данные о материальных схождениях, которые и можно пока положить в основу предварительной классификации семитохамитских языков.

Ниже будет сделан опыт такой классификации на основании: 1) типа корне- и словообразования, 2) системы показателей рода, числа и падежа в имени, 3) системы местоимений, 4) системы спрягаемых форм глагола различных семитохамитских языков.

Полезным представляется наряду с генетической классификацией ввести также и разделение языков семитохамитской семьи по диахроническому принципу, что сделает более наглядным реальное соотношение между сравниваемыми языками. Мы предлагаем (следуя за практикой иранского языкознания) различать среди семитохамитских языков языки древней, средней и новой ступени. В качестве характерных признаков для отнесения семитохамитского языка к той или иной ступени мы примем следующие:

Древняя ступень: полная или хорошая сохранность первичной фонологической системы, сохранность внешней именной и глагольной флексии.

Средняя ступень: упрощение первичной фонологической системы, утеря гласной внешней флексии имени и частично глагола, частичная перестройка системы морфологии.

Новая ступень: перестройка фонологической системы, полная перестройка грамматической структуры.

В настоящей работе речь будет идти лишь о выявлении соотношения между целыми ветвями; классификацию внутри ветвей мы принимаем общепринятую, с небольшими терминологическими поправками:

Семитские языки делятся на четыре группы: а) севернопериферийная, или северо-восточная (древняя и средняя ступень: аккадский с диалектами вавилонским и ассирийским), б) северноцентральная, или северо-западная (древняя ступень: ханаанейский, аморейский, -- слабо засвидетельствованные в памятниках, -- и угар и т с к и й; средняя ступень: древнееврейский, финикийско-пунический, различные арамейские диалекты; новая ступень: новосирийский, или "новоассирийский ", иначе "айсорский", и арамейский диалект Ма`лулы в Сирии), в) южноцентральная, или арабская (древняя ступень: классический арабский, позднейшие ступени: арабские диалекты и мальтийский язык), и г) южнопериферийная, или южноаравийско-эфиопская [древняя, -- может быть, средняя-ступень: сабейский, минейский, катабанский и др.; средняя ступень: ге`эз, или эфиопский; новая ступень: южноаравийские языки, -- мехри, шахри (шахрй), сокотри (сокотри) и близкие диалекты; абиссинские языки -- амхарский, тигре, тигринья, или тиграи, харари, гураге, аргобба].

С одной стороны, ряд архаических черт в грамматике и отчасти в лексике связывает между собой северную и южную периферийные группы, так же как ряд грамматических инноваций связывает между собой северную и южную центральные группы (и частично южноцентральную и южнопериферийную группы); с другой стороны, в области фонетики и лексики обе северные группы сближаются между собой, так же как и обе южные.

Египетская ветвь представлена одним египетским языком разных ступеней, от древней (староегипетский, III тысячелетие до н.э.) до новой (коптские диалекты, III--XVI вв. н.э.).

Берберо-ливийская ветвь представлена множеством (до 300) близких диалектов и говоров новой ступени: среди них грамматически несколько особняком стоит язык тамашек (туарегский), интересный также тем, что почти не содержит арабизмов; ареал его охватывает центральную Сахару и область по обоим берегам р.Нигер. Из других диалектов следует отметить западную группу (ареал диалектов ташельхит, иначе язык шильх или шл╕х, в Мавритании и Марокко, ареал диалектов тамазигт и рифский язык в Марокко) и северную группу (важнейшие -- кабильский, или зуауа, а также шауиа в Алжире). Другие диалекты разбросаны по всей северной Африке, от Сенегала до Египта (оазис Сива). Все современные берберские языки находятся в столь же тесном родстве, как в пределах семитской ветви языки какой-либо одной группы. К той же ветви, видимо, принадлежал вымерший язык гуанчей на Канарских островах. Краткими надписями, а также глоссами и именами собственными в греческих и латинских текстах засвидетельствован ливийско-нумидийский язык средней (?) ступени, однако в имеющихся данных о нем еще много неясного. Кушитские языки (все -- на новой ступени) делятся, по М.Э.Брайан с поправками Дж.Гринберга, на следующие группы: а) северная -- язык бедауйе (в основном -- в Республике Судан); б) восточная -- языки сахо-`афар (в Эритрее и северо-восточной Эфиопии), оромо ("галла") с целым рядом более или менее самостоятельных диалектов (в западной, центральной и южной Эфиопии, а также в северной и в восточной Кении), сомали (в Республике Сомали, юго-восточной Эфиопии и восточной Кении), группа так называемых диалектов "сидамо" (в центре Эфиопии) и близкие к ним диалекты; в) центральная -- мелкие разрозненные диалекты языка а га у (в Эритрее и в северной Эфиопии); г) западная, состоящая из множества мелких языков и диалектов, расположенных преимущественно вдоль западных окраин Эфиопии -- каффа (каффичо), воламо, ч'ара, диалекты группы "гимирра" и целый ряд других; д) южная -- ираку и, возможно, мбугу и некоторые другие языки Танганьики.

Северная и восточная группы нередко противопоставляются центральной и западной (и южной) как "нижнекушитская" группа -- "верхнекушитской ". Различие между ними настолько велико, что некоторые авторы не без основания считают "нижнекушитские" и "верхнекушитские" языки не принадлежащими к одной языковой ветви. "Нижнекушитские" языки (особенно северная группа, диалекты бедауйе) значительно архаичнее; в "верхнекушитских" наблюдается гораздо большее отхождение от древнего прототипа и существенные упрощения в грамматике (в частности, отмирание общесемитохамитских форм глагольного спряжения, коренное изменение системы местоимений и пр.).

Чадские языки (также все на новой ступени) делятся, по Дж.Гринбергу, на девять групп, включающих почти сотню языков, диалектов и говоров, в значительной части классифицированных пока лишь очень условно. Важнейший язык -- хауса, принадлежащий к 1-й, или западной группе (преимущественно в Нигерии и отчасти в Республике Нигер). В лингвистическом отношении особенно важны диалекты центральной группы (или 2-й -- языки или диалекты логоне-котоко и другие, в северном Камеруне и в Республике Чад) и восточной (или 9-й -- языки или диалекты сомраи, муби и другие в Республике Чад). Группы с 3-й по 8-ю будут в дальнейшем условно называться южными группами.

Очевидно, что для целей сопоставления желательно пользоваться материалом языков древней или в крайнем случае средней ступени. На новой ступени развития семитохамитские языки, пожалуй, настолько же сильно разошлись, как, скажем, в индоевропейской семье французский, русский, персидский и бенгали. Их расхождения как в фонетическом, так и в типологическом отношении так велики, что в тех случаях, когда предшествующие ступени языка не сохранились, историческое исследование наталкивается на весьма значительные трудности. По счастью, по крайней мере берберские диалекты, а также некоторые из кушитских (бедауйе) сохраняют еще много архаичных черт, позволяющих хотя бы приблизительно представить себе их облик на предшествующей ступени. Что касается чадских языков, то они на первый взгляд кажутся едва ли не более архаичными, чем, например, староаккадский, однако, по всей вероятности, многие кажущиеся архаичными черты чадских языков являются результатом обособленного вторичного развития. Впрочем, нельзя исключить возможность того, что чадские языки, в условиях давней изоляции от других семитохамитских, действительно сохранили также и черты большой древности.

Привлечение для целей классификации многочисленных инноваций, наблюдаемых в семитохамитских языках на новой ступени, значительно усложнило бы нашу задачу и не позволило бы уложиться в объеме этой книги. Поэтому сравнение будет нами вестись в основном на уровне языков древней и средней ступеней. Для семитской и египетской ветвей на этих ступенях у нас имеется достаточный лингвистический материал; для берберо-ливийских объектом сравнения будут преимущественно служить "общеберберские" формы, выведенные из сравнительного изучения отдельных берберских диалектов; судя по скудным, но все же, как кажется, достаточно убедительным данным, эти "общеберберские" формы сравнительно мало отличаются от явлений, существовавших на средней ступени, хотя и не представляют ее непосредственно. Для кушитской ветви придется ограничиться лишь отдельными более старыми или с очевидностью реконструируемыми формами, оставив состояние этих языков на средней ступени под вопросом во всех тех случаях, когда данных пока не хватает для убедительной реконструкции. Наконец, для чадских приходится исходить из их современного состояния. Положение чадских языков оказывается во многом обособленным; остается открытым вопрос о том, в какой мере эта обособленность является результатом раннего отделения этой ветви и в какой -- результатом неправомерного сравнения чадских языков, находящихся на новой ступени и поэтому характеризуемых соответственными инновациями, с языками на более ранних ступенях развития.

При этом ввиду недостаточной исследованности ряда семитохамитских языков, а также ввиду ограниченности возможностей автора, являющегося только семитологом, мы вынуждены, во-первых, привлекать не все языки, а во-вторых, много данных брать из вторых рук. Так, мы будем брать для сравнения из кушитских -- преимущественно бедауйе (по работам Л.Рейниша), а для чадских -- преимущественно хауса. Конечно, мы отдаем себе отчет в том, что это в значительной степени обедняет и иногда даже ставит под сомнение возможные выводы по этим ветвям семитохамитской языковой семьи.

Литература по различным языкам семитохамитской лингвистической семьи необозрима. Для того чтобы сжать материал до масштабов настоящей работы, пришлось обойтись без множества ссылок. Это не значит, однако, что автор не учитывает всей огромной работы, проделанной его предшественниками. В сущности в этом сочинении не так много мыслей, не высказывавшихся ранее, но автор ответствен за их систематическое изложение и за общие выводы.


 Об авторе

Игорь Михайлович Дьяконов (1915--1999)

Выдающийся отечественный востоковед и филолог, доктор исторических наук. Окончил исторический факультет Ленинградского государственного университета в 1938 г. Работал в Эрмитаже, в Институте истории, а с 1956 г. -- в Институте востоковедения Академии наук СССР. В 1960 г. защитил докторскую диссертацию. Был избран в Британскую академию, Американскую академию искусств и наук. Почетный доктор гуманитарных наук Чикагского университета. Член многих советских, российских и зарубежных редакционных коллегий.

И.М.Дьяконов -- автор многих книг и статей как по социально-экономической истории стран древней Передней Азии, так и по филологии (семитские, шумерский, хурритский, урартский, эламский языки). Широкую известность получили его работы: "История Мидии от древнейших времен до конца IV в. до н.э." (1956), "Общественный и государственный строй Древнего Двуречья. Шумер" (1959), "Урартские письма и документы" (1963), "Языки древней Передней Азии" (1967), "Люди города Ура" (1988), "Архаические мифы Востока и Запада" (1990; 2-е изд.: URSS, 2004) и другие.

 
© URSS 2016.

Информация о Продавце