URSS.ru - Издательская группа URSS. Научная и учебная литература
Об издательстве Интернет-магазин Контакты Оптовикам и библиотекам Вакансии Пишите нам
КНИГИ НА РУССКОМ ЯЗЫКЕ


 
Вернуться в: Каталог  
Обложка Кокошин А.А. Реальный суверенитет в современной мирополитической системе
Id: 33467
 
499 руб.

Реальный суверенитет в современной мирополитической системе. Изд.2

URSS. 2005. 80 с. Мягкая обложка. ISBN 5-9710-0048-9.

 Аннотация

В данной работе член-корреспондент РАН, директор Института проблем международной безопасности РАН, декан факультета мировой политики МГУ им.М.В.Ломоносова А.А.Кокошин рассматривает теоретические и прикладные проблемы выдвинутой им в конце 1990-х годов концепции "реального суверенитета". Обоснованность этой концепции проиллюстрирована им, в частности, политикой и достижениями таких государств, как Китай и Индия. Автор останавливается на вопросе о важности данной концепции для России, для российской внешней, оборонной, экономической, научной политики.

Издание адресовано специалистам и широкому кругу читателей --- преподавателям, аспирантам и студентам гуманитарных вузов, всем, кто интересуется проблемами мировой политики и внешней политики России.


 Оглавление

1 Глобализация и "размывание суверенитета"
2 "Десуверенизация" и реальности развития современной мирополитической системы
3 Развитие концепции суверенитета
4 Формула реального суверенитета
5 О российской стратегии обеспечения реального суверенитета
Примечания

 Из главы 1. Глобализация и "размывание суверенитета"

Еще в 1970-е гг. целым рядом исследователей отмечалось, что государства уже не играют столь доминирующей роли, как в предыдущие периоды истории: возросло значение других -- транснациональных, негосударственных -- акторов и, соответственно, транснациональных отношений в противовес межгосударственным. Тогда это явление описывалось прежде всего как феномен роста комплексной взаимозависимости государств и народов [1].

Можно считать, что понятие взаимозависимость было своего рода предтечей понятия глобализация, которым особенно активно стали оперировать в 1990-е гг. Представляется, что сам процесс глобализации (взаимозависимости) начал активно проявляться по крайней мере в конце XIX -- начале XX в., но был прерван Первой мировой войной и Октябрьской революцией 1917 г. в России, а затем деформирован Второй мировой войной и последовавшей за ней "холодной войной". Однако внимания заслуживает и другая точка зрения некоторых отечественных и зарубежных авторов, которые считают, что следует различать собственно процесс глобализации как сравнительно новое явление и процесс интернационализации, начавшейся значительно раньше.

В наиболее общем виде глобализацию можно различать как процесс и как идеологию; последняя часто на деле носит весьма агрессивный характер, имеющий свою политическую производную [2].

Многие исследователи отмечают, что глобализация, особенно за счет развития телекоммуникационных сетей, создает новую иерархию власти и влияния в мировой политике.

В экономике нарастающая глобализация проявляется в росте международной торговли, опережающем рост ВВП всех стран, в увеличении масштабов и темпов перемещения капиталов, создании и развитии транснациональных корпораций (ТНК). Как отмечается в разработках ИМЭМО РАН [3], на почве углубляющегося международного разделения труда и революции в сфере транспорта и телекоммуникаций в последние десятилетия произошел скачок в развитии ТНК, зародившихся еще в начале прошлого столетия [4]. Торговое "взаимосцепление" национальных хозяйств дополнилось новыми прочными узами -- международной собственностью на основные производственные фонды. Создание международной производственной сети на основе прямых заграничных инвестиций открыло возможности для быстрого размещения мощностей по выпуску стандартизованной продукции в различных регионах мира.

Вслед за упрочением торговых и промышленных связей между странами мира стал стремительно формироваться мировой финансовый рынок, который превратился в средство мобилизации свободных мировых денежных ресурсов и их инвестирования в различные производственные и финансовые объекты. Экономика каждой страны (как экспортирующей капиталы, так и принимающей прямые иностранные инвестиции) становится все более транснациональной.

За последние 20--30 лет характер финансовых рынков изменился самым радикальным образом. Благодаря бурному развитию компьютерной техники и средств связи (и особенно программного обеспечения) стало возможным объединить основные мировые финансовые центры в глобальную систему торговли ценными бумагами. Созданы условия для мировой интеграции фондовых бумаг и внебиржевых рыночных активов. Формируется всемирный рынок акций, на котором операции происходят практически круглосуточно [5].

Движение обменных курсов, курсов акций, процентных ставок стало взаимосвязанным, взаимозависимым, подлинно мировым -- глобальным. Процесс "делания денег" в финансовой сфере за последние 10--12 лет приобрел еще более автономный характер, чем это было прежде. Однако он потребовал и больших масштабов вложений, большей изобретательности и большей степени готовности к риску, создания все более изощренных технологий, опирающихся в частности на возможности глобальных информационных систем [6].

В современной мировой экономике при изменении ситуации на финансовых рынках информация распространяется практически мгновенно. Принимать решения о перемещении капитала приходится тысячам инвесторов и их агентов моментально, в реальном масштабе времени, они не имеют возможности для проведения предварительного анализа экономической ситуации в целом. Это резко повышает требования к профессиональной квалификации, экономическому и политическому кругозору тех, кто такие решения принимает, и многократно увеличивает масштаб последствий от принятых решений.

Хозяйственное сближение стран имеет как позитивные, так и негативные последствия. Помогая быстрее продвигаться по пути экономического роста и прогресса, экономическая взаимозависимость одновременно сделала каждую страну весьма чувствительной к внешним воздействиям. Функционирование экономики любой страны все больше зависит от внешних факторов. (Сразу же следует отметить, что степень чувствительности страны к внешнему воздействию зависит не только от масштабов ее экономики, степени ее диверсифицированности, но и от проводимой государством и "политическим классом", деловой элитой политики.) В мировом экономическом пространстве все более важную роль стали играть негосударственные транснациональные центры принятия стратегических экономических решений -- транснациональные компании, транснациональные банки, международные инвестиционные фонды и т.п. Множество таких частных субъектов внедряются в сферу хозяйственной деятельности национальных правительств и вносят коррективы в их политику. Более того, самые крупные из них способны влиять на финансовую и иную конъюнктуру мирового хозяйства в целом.

Одна из новых черт мировой экономики в условиях ее глобализации -- резко возросшая скорость возникновения и распространения кризисов на финансовых рынках. Они сопровождаются самыми тяжелыми политическими и социальными последствиями для реального сектора экономики, для сотен миллионов людей. Это наиболее наглядно проявилось во время азиатского финансового кризиса 1997--1998 гг. Портфельным инвесторам, тысячам операторов различных финансовых компаний свойственна гипертрофированная реакция на информацию о негативных изменениях на том или ином рынке, в той или иной стране. Такая реакция -- это феномен скорее психологический, рефлекторный, нежели результат тех или иных рациональных размышлений и оценок. Правда, мобильность мировых финансовых ресурсов дает и возможность более быстрого выхода из кризиса для той или иной страны, региона, чем это было раньше.

Финансовые рынки, становясь все более автономными от реальной экономики, имеют свою специфику и закономерности, непонятные многим традиционным экономистам. Но не только. Мировые финансовые рынки стали неподвластны юрисдикции отдельных, в том числе и крупных, государств. Глобализация финансовых рынков подчиняет своему влиянию даже те страны, которые слабо связаны с ними в силу отставания в развитии от лидеров [7].

Это прямо относится и к России. Наиболее значительно ее связь с мировыми финансовыми рынками до недавнего времени выражалась прежде всего в огромном внешнем долге, во многом унаследованном от Советского Союза [8]. В связи с этим большую роль в экономике России стали играть отношения с МВФ, а также с Лондонским и Парижским клубами кредиторов [9].

Академики О.Богомолов и А.Некипелов справедливо указывают на причинно-следственную связь между процессом глобализации, с одной стороны, и нарастающим стремлением многих стран обеспечить в этих условиях свой суверенитет -- с другой. Они отмечают: "Глобализация понижает эффективность макроэкономической политики государств, уменьшая способность национальных правительств собирать налоги и финансировать "государство благосостояния", контролировать инфляцию и валютный курс. Она приводит к значительной неустойчивости внутренних рынков, урезая конкурентные преимущества национальных продуцентов. Обеспечение приемлемой прибыли в жесткой глобальной конкурентной среде достигается нередко ценой ухудшения экологических стандартов... Неудивительно, что обеспечение суверенитета своего государства приобретает для многих стран, особенно развивающихся, особое значение. Иллюстрацию к этому дает финансовый кризис в Юго-Восточной Азии. Так, например, предоставление финансовой помощи МВФ странам, застигнутым этим кризисом, нередко обусловливалось принятием последними далеко не самой рациональной, а порой и просто губительной политики" [10].

Сегодня основные схватки в мире разгораются не только за физический контроль над той или иной территорией, но и за "стратегические точки" в управлении международными финансовыми, а также информационными потоками. Основные игроки на этом изменчивом поле -- крупные банки и финансовые корпорации, часто действующие при явной или завуалированной поддержке государства.

Новые технологии, опирающиеся на достижения общественных наук (социологии, социальной психологии, психолингвистики и др.), все больше ведут к увеличению доли в экономической деятельности того, что направлено не на преобразование окружающей среды, создание различных машин и механизмов, а на преобразование живого человеческого сознания, как индивидуального, так и коллективного. Именно эта сфера предпринимательской деятельности (одним из ярких примеров которой является рекламный бизнес) в последние 15--20 лет стала одной из наиболее прибыльных и динамично развивающихся (особенно в 1990-е гг.) [11].

В качестве новых акторов мирополитического процесса, которые, как считается, в условиях глобализации все активнее "замещают" государства-нации, можно отметить не только транснациональные корпорации, но и различные неправительственные международные организации, действующие особенно активно в гуманитарной сфере, и даже -- отдельных лиц [12].

Некоторые западные и отечественные авторы считают, что одной из черт, характерных для возникших международных неправительственных организаций, является то, что они действуют, прежде всего, на основе общих, "разделяемых ими либеральных норм и ценностей".

Процесс делегирования части суверенных прав государства международным организациям, осуществляющийся на протяжении уже длительного исторического периода, как и другие процессы в социальных системах, развивается не линейно. В нем есть свои приливы и отливы.


 Об авторе

Кокошин Андрей Афанасьевич
Академик Российской академии наук. 6-й секретарь Совета Безопасности Российской Федерации. Декан факультета мировой политики Московского государственного университета имени М. В. Ломоносова.
 
© URSS 2016.

Информация о Продавце