URSS.ru - Издательская группа URSS. Научная и учебная литература
Об издательстве Интернет-магазин Контакты Оптовикам и библиотекам Вакансии Пишите нам
КНИГИ НА РУССКОМ ЯЗЫКЕ


 
Вернуться в: Каталог  
Обложка Группа Мю: Дюбуа Ж., Эделин Ф., Клинкенберг Ж.-М., Мэнге Ф., Пир Ф., Тринон А. Общая риторика. Перевод с французского
Id: 33098
 
699 руб.

Общая риторика. Перевод с французского. Изд.2

URSS. 2006. 360 с. Мягкая обложка. ISBN 5-484-00370-9. Уценка. Состояние: 5-. Блок текста: 5. Обложка: 4+.

 Аннотация

Rhetorique generale. Par le groupe MU: J.Dubois, F.Edeline, J.M.Klinkenberg, P.Minguet, F.Pire, H.Trinon

Еще в середине 50-х годов прошлого столетия возрождение интереса к риторике казалось невозможным и вряд ли оправданным. Однако отдельные и со временем все более многочисленные попытки перепрочтения риторического наследия в категориях современной лингвистики и семиотики привлекли внимание к ранее не замеченным эвристическим возможностям этой «стилистики древних». С появлением книги «Общая риторика», написанной группой ученых Льежского университета и переведенной на ряд европейских языков, стало особенно очевидно, что риторика открывает новые возможности для системных исследований в области лингвистики, философии и культуры.

Рекомендуется лингвистам, литературоведам, логикам, философам, историкам, юристам.


 Содержание

От авторов
Введение. Поэтика и риторика

Часть первая. ОСНОВЫ РИТОРИКИ

I. Общая теория фигур
 1.Членение дискурса
 2.Исходные понятия
 3.Риторические операции
II. Метаплазмы
 0.Общие замечания
 1.Сокращение
 2.Добавление
 3.Сокращение с добавлением
 4.Перестановка
 5.Частные проблемы
III. Метатаксис
 0.Общие замечания
 1.Сокращение
 2.Добавление
 3.Сокращение с добавлением
 4.Перестановка
 5.Прикладное исследование: метатаксис в заголовках периодической печати
IV. Метасемемы
 1.Синекдоха
 2.Метафора
 3.Сравнения
 4.Метонимия
 5.Оксюморон
 6.Наложение -- антиметабола -- антанаклаза
V. Металогизмы
 0.Общие замечания
 1.Сокращение
 2.Добавление
 3.Сокращение с добавлением
 4.Перестановка
VI. На подступах к изучению явления этоса
 0.Общие замечания
 1.Ядерный этос
 2.Автономный этос
 3.Контекстуальный этос
 4.Этос и суждение

Часть вторая. К ОБЩЕЙ ТЕОРИИ РИТОРИКИ

Предварительные замечания
1. Фигуры, связанные с отправителем и получателем сообщения
 0.Общие замечания
 1.Коммутация "лицо/не-лицо"
 2.Коммутация по признаку "соотнесениость/несоотнесенность с участниками акта коммуникации"
 3.Коммутация по признаку "отправитель/получатель сообщения"
 4.Коммутация "определенность/неопределенность"
 5.Коммутация "единственное число/множественное число"
 6.Дополнительные замечания
 7.Выводы
II. Фигуры повествования
 0.Общие замечания
 1.Фигуры субстанции выражения
 2.Фигуры формы выражения: повествовательный дискурс
 3.Фигуры формы содержания: повествование
Библиография. Составил Б.П.Нарумов
Комментарий. Составила Н.А.Безменова
Предметный указатель. Составил Б.П.Нарумов
 Введение, часть первая: гл. I-IV - перевод Е.Э.Разлоговой; часть первая: гл. V-VI, часть вторая - перевод Б.П.Нарумова

 От авторов

Текст создается при помощи языка, из языка, но в то же время текст преобразует, расширяет, совершенствует язык, существует ему вопреки или ограничивает его.
Макс Бензе. Теория текста

Настоящее исследование является результатом коллективного поиска. Несколько преподавателей Льежского университета, интересующихся вопросами изучения средств художественной (Выразительности, решили объединиться для совместной разработки актуальных ныне проблем, возникших впервые в рамках до недавнего времени гонимой, по когда-то покрывшей себя славой науки. Риторика в качестве теории фигур обрела новую жизнь в исследованиях по структурной лингвистике. Роман Якобсон был одним из первых, кто привлек внимание исследователей к практической ценности понятий, введенных еще Аристотелем. Отдавая дань этим двум ученым, внесшим большой вклад в развитие риторики, мы назвали нашу группу "группой Мю" по первой букве греческого слова "метафора", обозначающего самую замечательную из метабол.

Жак Дюбуа, Франсис Эделин, Жан-Мари Клинкенберг, Филипп Мэнге, Франсуа Пир, Адлен Тринон

 Из введения. Поэтика и риторика

Истории идей, как и истории государств, знакомы взлеты и падения, периоды упадка и расцвета. Тот, кто еще лет десять назад осмелился бы утверждать, что риторика снова займет важное место среди гуманитарных дисциплин, стал бы лишь объектом насмешек. К тому времени были практически забыты слова Поля Валери о "главенствующей роли", которую играют в поэзии "риторические факторы" [1*]. Лишь весьма относительный интерес вызывало тогда и блестящее эссе о "фигурах" Жана Полана, литератора, отличающегося тонким и изысканным вкусом. Самые прозорливые читатели, конечно же, догадывались, что за этим давно забытым термином скрывалась "та из античных отраслей знания, которая в наибольшей степени достойна была именоваться наукой" (П.Гиро) [2]. Однако даже эти читатели, по-видимому, не очень-то уповали на возможность воскрешения риторики. И действительно, риторика, по крайней мере во Франции, прекратила свое существование в качестве теоретической отрасли знания. Известно, что еще долго предпринимались попытки спасти умирающую, против которой с наибольшим ожесточением выступали как раз те, кто, казалось, был наиболее заинтересован в ее защите: писатели, грамматисты и философы. Уже в 1836 году "Journal de l'instruction publique" мог констатировать, что "если бы риторика не значилась в учебных планах университетов, то она давно бы уже прекратила свое существование во Франции" (Magne 1838; цит. по Perelman, 01brechts-Tyteca 1952). И только благодаря официальной поддержке выпускной класс лицеев чисто формально сохранил это название, смысл которого со временем становился все менее и менее ясным.

Однако в настоящее время риторика является не только наукой с большим будущим, но и модной наукой, находящейся на стыке структурализма, новой критики и семиотики [1]. В 1964 году Ролан Барт вскользь упоминает о том, что "риторику следует переосмыслить в терминах структурализма", и добавляет, что "в этом направлении сейчас ведется работа". Он же посвящает свои лекции в Ecole pratique des Hautes Etudes разбору "Риторики" Аристотеля и предлагает участникам коллоквиума по социологическим вопросам литературы ряд программных положений "риторического анализа" (В а г t h e s 1964; 1967, с.34--35). Примерно в то же время в журнале "Tel Quel", который трудно заподозрить в ретроградстве, Жерар Женетт ссылаясь на множество давно забытых трактатов (Лами, Дю Марсе, Кревье, Домерон, Фонтанье и т.д.) [2], пытается дать краткое определение "языкового пространства" (espace du langage), см. Genette 1964, с.44--54. Несколько позже Цветан Тодоров прилагает к своему исследованию романа "Опасные связи" описание системы тропов и фигур, в рамках которой находят свое место и оккупация, и эксполиция, и прономинация, а также некоторые другие риторические раритеты (Todorov 1967, ср. также Edeline 1968). Закрепляя этот союз старого и нового, Кибеди Варга осуществляет последовательное сопоставление риторики и новой критики (см. Kibedi Varga 1968, с.66--73).

У истоков современного возрождения риторики во Франции ощутимо бесспорное влияние Р.Якобсона, и в частности переведенной Н.Рюветом на французский язык в 1963 г. его книги "Очерки по общему языкознанию", в которую вошло основополагающее исследование о метафоре и метонимии. Чтобы дать представление о необычайной популярности этих двух тропов после появления книги Р.Якобсона, достаточно напомнить, что один видный философ тут же обнаружил их присутствие в "жилищной" сфере: метафорой, по его мнению, является загородная вилла с лужайкой, олицетворяющая природу и радость жизни; метонимию же он видит в многоэтажных строениях новых жилых кварталов, где целое отражено в части и часть по перестановке равна целому (L еfebvre 1966, с.288). От урбанизма до психоанализа всего один шаг. Виктор Гюго, много раз с гордостью писавший о том, что он обратил в бегство всю гвардию "испуганных тропов", и не подозревал, что в один прекрасный день доктор Лакан [1] поставит его строке из "Спящего Вооза": "И не было в его снопе ни жадности, ни злости" [2] -- диагноз метафоры (на самом деле здесь речь идет, скорее, о синекдохе). На языке парижской школы психоанализа формула метафоры выглядит несколько проще:

f(S'/S)S = S (+) s,

из чего следует, что "девушка с зеркалами" возвращается в свет только в новом облачении [3].

* * *

Даже если старая риторика не была столь глупа, как это подчас заявляли приверженцы стилистики, никто всерьез не помышляет о том, чтобы восстанавливать ее в полном объеме. Как справедливо заметил Ж.Женетт, представители классической риторики отличались "неуемностью в поименованиях, равносильной желанию охватить как можно больше явлений и оправдать свое существование путем увеличения числа объектов познания" (Genette 1964, с.214). Таким образом, не следует подражать Цв.Тодорову в его попытках спасти термины: топография для описания места, хронография для описания времени, этопея для описания морали и т.д. Почему бы тогда не ввести и термин цефалография для описания головы, подография для описания ноги, а также термин порнография, который Сартр неоднократно использует в "Добродетельной шлюхе"? Совершенно очевидно, что даже если эти нескончаемые перечни и не были глубинной причиной упадка риторики, то они, во всяком случае, стали ярким свидетельством ее заката. В силу этого не вызывает особого удивления презрение, с которым Шарль Балли относился к этим "терминам", которые "отличаются не только... тяжеловесностью (катахреза, гипаллаг, синекдоха, метонимия)", но кроме того, "большинство из них не соответствует своему содержанию и не отличается достаточной точпостью" (Bally 1951, с.187). Основоположник экспрессивной стилистики и не мог предположить, что одному психоаналитику удастся показать глубоко метонимичную сущность человеческих желаний. Можно привести еще множество примеров столь же презрительного отношения к риторике. Например, некий приверженец грамматики, претендующий на составление "полного списка выразительных средств", любезно сообщает нам в начале главы, посвященной фигурам речи, что он "не стал тащить со свалки пыльные раритеты типа антономазии, катахрез, эпифопем, эпанорфоз, гипербатона, гипотипозий, парономазий и синекдох" (Georgin 1964, с.133). Так недолго иной раз выплеснуть с водой и ребенка...

От презрения до ошибки всего лишь шаг. Один известный стилист утверждал на лекциях в Сорбонне, что со времен Бальзака "образность стала главным стилистическим приемом". Эту банальную мысль весьма пеуклюже выразил бельгийский поэт Робер Гоффен: "Современная поэзия шагает ногами образов". На сей раз речь уже идет не о том, чтобы отправить на свалку связку заржавевших ключей: им взамен предлагается универсальная отмычка, но описание ее вряд ли можно признать удачным. "Современная образность,-утверждает Шарль Брюяо, -- включает в себя целый ряд стилистических приемов, например синекдоху и метонимию, которые являются также и метафорами, то есть стилистическими заменами" (Brnneau 1954). Здесь важно то, что теперь уже речь идет не просто о стирании различии, признанных несущественными: утверждается, будто стиль писателей нового времени [1] не поддается анализу с помощью категорий классической риторики. Тот же Брюно пишет, что "примерно с 1830 года уже не имеет смысла говорить о классических приемах, а следует употреблять термины "образ", "образность", которые обозначают нечто совершенно отличное по своей природе". И тут же он приводит пример замены имени нарицательного именем собственным (с определением): имя нарицательное "проститутка" Бальзак заменяет выражением "Нинон У дорожного столба". Но чем же отличается этот прием от классического трона, превращающего Парни во "французского Тибулла" или, как у Лафонтена, заменившего имя нарицательное "кот" на "Аттилу, грозу крыс" (L'Attila, le fleau des rats, где слово fleau 'бич, бедствие' нужно, пожалуй, только для того, чтобы приглушить возникающий ассонанс)? [2]. Это одновременно антономазия и метафора.

Думается, нескольких приведенных примеров достаточно для того, чтобы показать, какой жестокой анафеме предали классическую риторику представители современной стилистики. Имеет смысл сразу хотя бы приблизительно определить, как соотносится с предметом и методами стилистики предпринимаемая нами ниже попытка переосмысления риторики. Вообще говоря, во всем множестве исследований, которые относятся, по крайней мере при самом широком подходе, к "науке о стиле", довольно трудно усмотреть какую бы то ни было однородность тематики. Некоторые исследователи относят сюда работы, где рассматриваются вопросы "структуры, организации и классификации литературных произведений, вопросы, связанные как с литературной нормой и ее нарушениями, так и с понятием литературного жанра, мотивации и т.д., а также общие вопросы, касающиеся искусства, произведений искусства как таковых, взаимоотношений искусства и труда, языка художественной литературы, литературного творчества, соотношения стиля и творчества... вопросы эстетики, риторики, ораторской эстетики, поэтики художественного произведения, лингвистических особенностей и поэтического своеобразия произведений того или иного автора, поэтической целостности художественного произведения, соотношения искусства и сознания, искусства и страстей", и этот список можно было бы продолжить, Разумеется, этот перечень носит несколько ироничный характер. Но и в тех работах, где предлагается сугубо научное описание предмета стилистики, обнаруживаются все те же "захватнические" тенденции. Так, например, Жеральд Антуан включает в перечень имен представителей "стилистики тем" имена Р.Барта, Ж.Пуле, Ж.-П.Ришара, Г.Башляра, Ж.-П.Сартра и противопоставляет эту стилистику "стилистике форм" (причем относит и ту и другую к литературной стилистике, а само определение "литературная" говорит о том, что существует, быть может, и внелитературная стилистика) (см. A n t о i n e 1967, с.294). Даже если в области стилистики (по крайней мере литературной) царит на сегодняшний день столь "вопиющий беспорядок", то отсюда еще не следует, что не надо пытаться придать теоретическую стройность этой обширной и столь привлекательной для многих исследователей области знаний (Mitterand 1966, с.13--18). Мы, разумеется, никоим образом не хотим вмешиваться в споры между представителями различных школ. Наша цель скромнее -- попытаться очертить ту область исследований, которая естественным образом отходит к риторике.

 
© URSS 2016.

Информация о Продавце