URSS.ru - Издательская группа URSS. Научная и учебная литература
Об издательстве Интернет-магазин Контакты Оптовикам и библиотекам Вакансии Пишите нам
КНИГИ НА РУССКОМ ЯЗЫКЕ


 
Вернуться в: Каталог  
Обложка Майданов А.С. Эпистемология и логика мифа: Небесное. Земное. Человеческое
Id: 217764
 
799 руб.

Эпистемология и логика мифа: Небесное. Земное. Человеческое

URSS. 2017. 600 с. Твердый переплет. ISBN 978-5-9710-3657-9.

 Аннотация

Исследование посвящено эпистемологическому анализу ведийской мифологии, рассматриваемой как содержательная система, в которой отображено видение и понимание архаичным человеком окружающего мира и своего бытия в нем. Выявляются способы и средства этого отображения. Решается проблема своеобразия отношения «человек --- мир» на этапе формирования ранних форм общественного сознания. Для этого исследуется специфика менталитета одного из великих древних народов --- индоариев. Логически реконструируется созданный ими образ Вселенной, описываются способы отображения в мифах космических объектов и явлений, для чего осуществляется поиск реальных прототипов мифических образов. Такой же анализ проводится и по отношению к картине земной природы, к пониманию древними ариями места Земли во Вселенной, связей между космосом, Землей и человеком. Показан характер зависимости всякой картины мира от исторически обусловленного своеобразия менталитета социума.

Исследуется творческая природа мифологического мышления, его логика, диалектика и парадоксальность этой логики, парадигмальный характер мышления, методы и приемы, с помощью которых авторы Вед создавали картину мира. Анализируется содержание и структура мифических образов, рассматриваемых в системе отношения «образ --- его реалистическая и мифическая составляющие --- реальный прототип». Предлагается новая интерпретация некоторых мифов Вед, освещается взаимоотношение в них веры и знания, истины и вымысла, логического и психологического, рационального и иррационального, когнитивного и эстетического. Проделанная в данном исследовании работа позволяет представить мифологию как важный исходный этап в едином глобальном процессе становления и развития человеческого сознания и мышления. Она также может способствовать лучшему пониманию современным человеком все еще остающихся во многом сложными для него великих творений древних мифотворцев, а также пониманию места и значения мифологического мышления в культуре нашего времени.


 Содержание

ВВЕДЕНИЕ. ЗАПЕЧАТЛЕННЫЙ ДУХ ДРЕВНЕГО НАРОДА
 1. Книги глубокого смысла и высокой поэзии
 2. Жизненный мир архаичного человека
 3. Современное состояние исследований мифов
 4. Подходы и методы, примененные в данной работе

ЧАСТЬ 1. РАЦИОНАЛЬНОЕ И ИРРАЦИОНАЛЬНОЕ В МИФОТВОРЧЕСТВЕ

Глава 1. Менталитет архаического человека
 1. Особенности сознания древних ариев
 2. Интеллект и образ мышления
 3. Психический склад древних ариев
 4. Духовные ценности и пороки
 5. Отличие мифологического сознания от рационального
Глава 2. Источники, методы и приемы мифотворчества в ведах
 1. Авторы ведийских мифов о природе своего творчества
 2. Методы и приемы формирования мифических образов
 3. Сакрализация мифов
Глава 3. Бессознательное как источник мифов: в чем правы и в чем неправы Фрейд и Юнг
 1. Концепция З. Фрейда
 2. Концепция К. Г. Юнга

ЧАСТЬ 2. ЛОГИЧЕСКОЕ И ГНОСЕОЛОГИЧЕСКОЕ В МИФАХ

Глава 1. Логика мифологического мышления
 1. Содержательные элементы архаического сознания
 2. Способы ментальной репрезентации объектов
 3. Ментальные гибриды
 4. Способы репрезентации реальности в мифах
 5. Детерминанты содержания мифов
 6. Логика мифов, обусловленная детерминантами их содержания
 7. Некоторые элементы логики мифологического мышления
 8. Специфика логики мифологического мышления
Глава 2. Парадигмы мифотворчества
 1. Антропная парадигма
 2. Субъективизация реальности
 3. Социальная парадигма
 4. Парадигмы космологического мышления
 6. Положительные и отрицательные следствия парадигмального мышления
Глава 3. Смысл слов и смысл мифов
 1. Сквозь терминологические дебри к ускользающему понятию "смысл"
 2. Виды смысла
 3. Семантика мифов и процесс ее формирования
 4. Описательная функция мифов
 5. Объяснительная функция мифов
 6. Другие познавательные функции мифов
 7. От опыта мифотворчества к смыслу мифов
Глава 4. Смысл метафор в мифах
 1. Метафоричность мифов
 2. Метафора как скрещение смыслов
 3. Структура метафоры
 4. Внешний и глубинный планы метафоры и мифа
 5. Этап конструирования метафор и мифов
 6. Методы и приемы метафоризации
 7. Взаимоотношения компонентов метафоры
 8. Истолкование метафор и мифов
 9. Трактовка мифа о поисках Солнца
 10. "Внучка", "дочь" и "отец" сбивают с толку исследователей
 11. Реалистическое содержание как решающий фактор истолкования мифов
 12. Перетолкование мифа, или кто такой бог Вена?
 13. Истолкование мифа как его демонтаж

ЧАСТЬ 3. ОБРАЗ ВСЕЛЕННОЙ И ОБРАЗ ЗЕМЛИ В ВЕДИЙСКОЙ МИФОЛОГИИ

Глава 1. От демиургии к творящему огню
 1. Геоморфная парадигма космогонического мышления
 2. Антропоморфно-демиургические модели космогенеза
 3. Человек как исток мироздания
 4. Богиня Вирадж, что воссияла первой
 5. Скамбха versus Вирадж
 6. Биоморфные модели космогенеза
 7. Физиоморфные модели космогенеза
Глава 2. Структура Вселенной
 1. Структура Неба
 2. Сказ о небесных водах
 3. Другие части Вселенной
 4. Устройство Вселенной
Глава 3. Динамика мира и ее субъекты
 1. Пантеон арийских богов
 2. Появление богов и наделение их космическими функциями
 3. Космические функции богов
 4. Главные небесные светила как мировые акторы
 5. Луна и ее божественные лики
 6. Видение ариями универсальных характеристик мироздания
Глава 4. Миф о вселенском свете и о семействе планет
 1. Поиск прототипов Адитьев
 2. От разгаданных прототипов к разгадке поведения богов
 3. От реальности к фантазии
 4. От единичного объекта к классу объектов
 5. Расширение класса прототипов
 6. От партикулярного к тотальному
 7. Превращение частного в универсальное, определяющее
 8. Социализация природного
Глава 5. Картина земной природы в ведийской мифологии
 1. Образ Земли
 2. Воспевание вод и рек
 3. Колесо дней и ночей
 4. Грозовое воинство
 5. Характер хтонического мышления мифотворцев
Глава 6. Боги Ашвины и проблема истины в мифологии
 1. Кто они, боги Ашвины?
 2. Референт, или прототип Ашвинов
 3. Истинное и ложное в мифических образах
 4. Содержание мифов, неадекватное реальности
 5. Методология формирования гетерогенного содержания мифов
 6. Понятие мифа

ЧАСТЬ 4. АРИИ В ПРОТИВОСТОЯНИИ С ПРИРОДНОЙ И СОЦИАЛЬНОЙ СРЕДОЙ

Глава 1. Реальность в мифологическом и научном видении, или миф о демоне Вритрe
 1. Содержание мифа
 2. Космогонические трактовки
 3. Хтонический подход
 4. Великий катаклизм
 5. Поиск прототипа Вритры
 6. Прототипы последующих событий
 7. Переход от хтонического к космологическому подходу
 8. Методологическое резюме осуществленного анализа
Глава 2. Древний человек перед вызовом природы, или миф об исчезновении Солнца
 1. Миф о великом мраке и холоде
 2. Психологическая и интеллектуальная реакция архаичных людей на катастрофу
 3. От мифа к науке
 4. Извержения вулканов
 5. Системный подход против партикулярного
 6. Поливариантный подход
 7. Миф подтверждает научную гипотезу
 8. Формирование мифологических образов природных явлений
 9. Структура и функции мифемы
 10. Поведенческая реакция на катастрофу
 11. Повествование о подвиге братьев Рибху
 12. Псевдоповеденческая реакция на катастрофу
 13. Словарь некоторых метафор и имен
 14. Использование катастрофы для возвеличивания богов
Глава 3. Миф о демоне Валe, или уподобление разнородных явлений
 1. Темный миф о пламени и свете
 2. Космогонический подход
 3. Исходная основа мифа Вала
 4. Миф о Вале II
 5. Прием превращения утренних зорь в коров
 6. Миф о Вале III
 7. Миф о Вале IV
 8. Особенности архаического мышления, проявившиеся в мифе Вала
Глава 4. Сакрализация социальных действий и событий в архаическом сознании
 1. Еще один загадочный гимн Ригведы
 2. Дешифровка мифа
 3. Поиски референта мифа
 4. Соотнесение референта с аллегорией
 5. Бунт в среде ариев
 6. Союз грома и огня
 7. Искусственная стимуляция психики
 8. Преодоление духовного кризиса
 9. Изменения в ритуале питья сомы
 10. Оппозиция индраизму
Глава 5. Дух древней захватнической войны, или миф о завоевании Солнца
 1. Морально-психологический портрет ариев-завоевателей
 2. Материальное подкрепление силы духа
 3. Превращение войны людей в войну богочеловеческую
 4. Краткий очерк об арийском нашествии на Индию, воссозданном по текстам Ригведы
 5. Ослабление культа бога войны
 6. Идеолог мира и закона
 7. Духовный итог войны
ЗАКЛЮЧЕНИЕ
SUMMARY

 Введение. Запечатленный дух древнего народа


1. Книги глубокого смысла и высокой поэзии

В ведийской мифологии в результате многовекового творчества мудрецов-поэтов (риши) сложился трехчленный образ мира, в котором жили племена древних ариев. Составными частями этого образа были небесное (пантеон богов-небожителей и множество космических объектов), земное (нарисованные в гимнах красочные картины природы – горы, реки, рассветы, грозовые тучи и т.д.), человеческое (яркие изображения вождей племен, воинов-колесничих, жрецов, рядовых общинников). Этот мир дан в тесной связи, в единстве его частей, в его динамике. Таким он и запечатлен в индийских ведах, которые являются прекрасным объектом для эпистемологического анализа, для понимания того, как воспринимали и толковали мир люди архаического прошлого, как они объясняли сущность и генезис явлений и объектов, их причины и взаимоотношения.

Наиболее значимыми книгами из числа вед являются Ригведа и Атхарваведа (далее РВ и АВ). Ригведа представляет собой обширное собрание священных гимнов, откуда и происходит ее название, ибо "риг" на языке создавшего его народа означает "гимн", слово же "веда", которое, как и множество других слов этого языка, родственно славянскому "ведать", означает "знание". Атхарваведа – веда атхарванов (заговоров, заклинаний). Это название происходит от имени мифического жреца огня Атхарвана. В ней также содержатся гимны и ряд довольно значимых мифов. В этих книгах воплощено священное знание древних индоариев, их представления о Космосе, Земле, о богах и демонах, о самих себе, о способах жизнедеятельности, правилах взаимоотношения между людьми, об их чувствах и переживаниях, о ненависти к врагам, о восхищении красотой. В текстах этих собраний настолько конкретно, наглядно, ярко и красочно отображены многие стороны жизни древнего народа, что при чтении возникает ощущение непосредственного общения и восприятия давным-давно живших людей.

Во втором тысячелетии до н.э. арии расселились на обширной территории от Дуная до Алтая, кочуя по степям Причерноморья, Поволжья, Приуралья, Южной Сибири, Казахстана. Они занимались скотоводством, разводя главным образом коров и лошадей. Земледелие играло у них подсобную роль. Жили семьи ариев преимущественно в повозках, крытых соломенными циновками. В книге "Откуда пришли индоарии?" Е.Е.Кузьмина, используя богатый археологический материал, довольно убедительно обосновывает идею о том, что племена ариев можно отождествить с носителями срубной и андроновской археологических культур. Срубная культура была распространена между Днепром и Уралом, тогда как андроновская доходила от Урала до Енисея. Постепенно андроновцы продвинулись в Среднюю Азию и с середины второго тысячелетия до н.э. их следы уже обнаруживаются на юге современных Таджикистана, Узбекистана, Туркменистана.

Отождествление носителей андроновской культуры с народом, создавшим РВ – индоариями – предоставляет возможность, с одной стороны, с помощью текстов РВ интерпретировать предметы материальной культуры, полученные археологией, а с другой – дополнить сведения об этом народе, содержащиеся в РВ, данными археологических исследований. Благодаря этому, в частности, мы можем сформировать представление о внешнем облике ариев. Это были люди европеоидного типа, высокорослые, с могучим телосложением. У них был массивный череп, высокое и широкое лицо. Они отличались светлой кожей и светлыми же глазами и волосами. Мужчины носили двубортные кафтаны и брюки, на голове – островерхие войлочные или кожаные шапки-колпаки. Женский костюм состоял из длинного платья с широкими рукавами, иногда расшитым по вороту и рукавам бусами. Их волосы были заплетены в две косы с накосниками. И мужчины и женщины обувались в кожаные или войлочные сапоги, украшенные низкой из бус. Их воины были вооружены довольно основательно: хорошо изготовленными бронзовыми топорами, копьями, кинжалами, дротиками, стрелами, пращами. Главным же их военным средством была двухколесная боевая колесница. В быту арии использовали каменные ступы и песты, ручные мельницы, точильные камни. У них еще не было гончарного круга, а потому их сосуды были лепными с наложенным по верху валиком. От ариев остались предметы изобразительного искусства – выполненные на камнях, сосудах, металлических изделиях изображения богов, животных, людей. Особое внимание привлекает к себе изображение солнцеликого персонажа, возможно, бога солнца Сурьи. Не менее интересны изображения двух возниц на колеснице. Они скорее всего отображают весьма популярных у индоариев богов-близнецов Ашвинов.

В Средней Азии арии, составлявшие поначалу единую индоиранскую народность, со временем разделились на две самостоятельные общности. Одна из них частично остается в Средней Азии, частично переселяется на Иранское нагорье и поэтому получает у историков название иранских ариев, другая же направляется в Индию, и потому именуется индоариями. Поэты-певцы индоариев – риши – и были творцами РВ. Они сочиняли составляющие ее гимны в основном во второй половине второго тысячелетия до н.э. во время пребывания в азиатских степях, в Средней Азии и  в период завоевания северо-западного Индостана. Чудом и загадкой является то, что это высокохудожественное творение было создано поэтами пастушеских племен, находившихся на более низком уровне социально-экономического и культурного развития, чем теснимые ими местные племена юга Средней Азии и северного Афганистана, относившиеся к протогородской цивилизации ближневосточного типа. Жрецы и поэты, будучи идеологами данной социальной общности, выработали философскую и социокультурную парадигму ее жизнедеятельности. Она обусловливала устойчивость, жизнеспособность и развитие социума, обеспечивая его позитивными для него духовными факторами, пронизывающими все стороны его жизнедеятельности.

Каждый день в предрассветной и вечерней темноте на территории, заселенной индоариями, вспыхивали яркие, рвущиеся к небу огни. Это зажигались ритуальные костры и начинался обряд жертвоприношения богам – момент общения людей со своими небесными покровителями. Костры зажигались и в середине дня. Под знаком этих жертвоприношений проходила вся жизнь индоариев. С этой церемонией они пробуждались, с нею встречали полдень и с нею же отходили ко сну. Этот ритуал был для древних людей, сталкивавшихся с множеством различных трудностей, опасностей и невзгод, средством укрепления духовных сил, реализации их надежд и чаяний. Таким средством ритуал становился потому, что с его помощью арии призывали богов, которые и должны были удовлетворять их просьбы. Ритуал стоял в центре социальной и тем более духовной жизни индоариев. Он определял ее ритм, связывал людей со всем мирозданием, формировал их взгляды, настроение, эмоции. И поскольку данный ритуал играл такую важную роль, то к его исполнению арии относились чрезвычайно серьезно, обстоятельно продумав все его моменты и поручая его проведение целой группе жрецов и поэтов. Каждому элементу ритуала придавалось большое значение.

Прежде всего выбиралось просторное и возвышенное место. Такое место было ближе к находящимся на небе богам и считалось ариями пупом мироздания. Здесь сооружалось три алтаря, раскладывались дрова для трех костров. Около костров жрецы с поклонением укладывали солому, которую поливали жиром. Тут же в землю врывался столб, к которому привязывали жертвенное животное. Вокруг костров рассаживались члены рода. Коленопреклоненными стояли поэты.

Жрецы приступали к выполнению своих обязанностей. Всем обрядом руководил главный жрец – брахман. Он следил за тем, чтобы вся церемония выполнялась точно, динамично, экспрессивно, эстетично, привлекательно для богов, иначе те могут не прийти на жертвоприношение. Жрец, называвшийся адхварью, гремя давильными камнями, выжимал из растения сомы галлюциногенный сок. Жрец потар очищал этот сок от волокон, пропуская его через цедилку из овечьей шерсти. Затем сок смешивался с водой и молоком, чтобы не был слишком резким, в результате чего получался напиток бессмертия амрита. Тем временем жрец агнидх брал две деревянных дощечки, тер их друг о друга, пока не появлялся огонь. Этим огнем разжигали костры. Жрец хотар восклицал: "Вашат!", и под этот призывный ритуальный возглас адхварью возливал в костры с помощью специальной ложки амриту, которую перед тем пили сами жрецы и поэты. Кроме этого, адхварью бросал в огонь другие жертвы – лепешки, ячменные зерна, выливал молоко, топленое масло. В особо важных случаях приносили в жертву животных – овцу, козла, быка, а то и коня.

Затем под руководством жреца хотара один или несколько поэтов-певцов начинали исполнять гимны богам. Поэты или декламировали, или пели эти гимны, причем делали это очень громко, как сказано в "Ригведе" – ревом. Им помогал жрец удгатар, являвшийся знатоком ритуальных мелодий. При этом певцы производили энергичные движения руками и ногами, отбивая ритм, всем телом, трудясь, как говорит "Ригведа", с таким же усердием, с каким арийские плотники изготавливали колесницы. Жрецы и поэты обращались прежде всего к богу огня Агни, воплощенному в пламени костров:

Агни призываю я – во главе поставленного

Бога жертвы и жреца,

Хотара обильнейшесокровищного.

Агни достоин призываний риши – Как прежних, так и нынешних:

Да привезет он сюда богов!

О Агни, жертва и обряд,

Которые ты охватываешь со всех сторон,

Именно они идут к богам.

Агни-хотар с прозорливостью поэта,

Истинный, с ярчайшей славой, – Бог с богами да придет!

К тебе, о Агни, изо дня в день,

О озаряющий тьму, мы приходим

С молитвой, неся поклонение (I.1.1, 2, 4, 5, 7).

Пробуди тех жаждущих богов,

Когда, о Агни, ты идешь вестником!

С богами сядь на жертвенную солому (I.12.4)!

Ведь если у богов есть прекрасный Агни,

Они дают нам лучший дар.

Мы хотим считать, что у нас есть прекрасный Агни (I.26.8)!

Агни выступал в роли посредника между людьми и богами. Поднимаясь с пламенем и дымом к небу, он передавал небожителям жертву, принесенную людьми, и приглашение явиться на жертвоприношение. Боги внимали просьбам своих почитателей, спускались с неба и усаживались на жертвенную солому. Жрецы угощали их пьянящим напитком сомой, а поэты воспевали их, обращались к ним с молитвами. От имени соплеменников они просили у богов защиты, богатства, долгой жизни, мужского потомства, победы над врагами. Происходил, таким образом, обмен даров: боги получали жертву, а люди – их помощь и поддержку. Отношения между людьми и богами строились, следовательно, на взаимовыгодной основе. Обряд соединял людей и богов, устанавливал между ними единство. Потому поэты и называли жертвоприношение пуповиной, благодаря которой люди оказывались связанными с богами.

Изо дня в день, из года в год, из века в век риши сочиняли гимны для этих церемоний. Этим творчеством занимались целые семьи, в которых это занятие переходило от поколения к поколению. Таким образом, было сочинено огромное количество песнопений. Большая часть их повторяла одни и те же просьбы к богам, воспроизводила в разных вариациях одни и те же события в жизни ариев. Но по мере изменений в этой жизни, по мере продвижения ариев на новые земли в гимны включалось новое содержание, отображались новые события, новые представления о мире, о самих себе, о других народах. Наиболее интенсивным творчество поэтов было накануне походов в Индию и в период ее завоевания. С окончанием этого завоевания подъем поэтического творчества стал снижаться. Индоарии достигли своей цели: они обосновались на новых богатых землях. Теперь перед поэтами и мудрецами вставали новые задачи. Прежнему же творчеству нужно было подвести итог. На рубеже второго – первого тысячелетий до н.э. была осуществлена кодификация гимнов, созданных до этого времени. Из огромного числа этих творений были отобраны 1028 гимнов. Их разделили на десять мандал (циклов, или книг), которые и составили РВ.

Это огромное собрание стихотворных текстов, превосходящее по объему "Илиаду" и "Одиссею" вместе взятых. На русском языке они составляют три больших тома. Огромна заслуга мифолога Т.Я.Елизаренковой, осуществившей полный перевод этой знаменитой книги на русский язык. Она верно называет РВ великим началом индийской литературы и культуры. И в самом деле, это творение представляет собой свод идей и представлений индоариев по многим вопросам их жизнедеятельности. В нем отражены мифология и религия этого народа, его взгляды на происхождение и существование мироздания, правовые и этические нормы, толкование явлений природы, представления о внутреннем мире человека, о смысле жизни, о способах достижения жизненных целей, об отношении к другим народам. Оно стало всеобъемлющим истоком всей последующей духовной жизни индийского народа. Оно бережно хранилось этим народом, из тысячелетия в тысячелетие передававшим его из поколения в поколение, от брахмана к ученику, исключительно в устной форме, сохраняя при этом текст абсолютно точным и неизменным. РВ является богатейшим и самым древним источником сведений о периоде зарождения индийского этноса. Но несмотря на огромное количество исследований этот источник во многом остается темным для современного читателя. Это объясняется эзотеричностью того языка, который использовали риши при создании своих гимнов. До сих пор не получили однозначного и бесспорного толкования главные мифы РВ, составляющие ядро этого собрания.

Это прежде всего миф о демоне Вал\'е. Он повествует о похищении демонами пани коров, которых те угнали и спрятали в скале Вала. Бог Индра пробил скалу своей дубиной грома и освободил коров. Другой знаменитый миф повествует о том, как демон Вритра перекрыл реки, вследствие чего те перестали течь. Образовалось великое море, а поля остались без воды. И здесь снова роль демоноборца сыграл Индра, убивший Вритру своей дубиной – могучей ваджрой. Заметное место в РВ занимает миф об исчезновении Агни, притом в той его ипостаси, в которой он олицетворял огонь солнца. Этот поступок Агни напугал даже богов, и им с трудом удалось разыскать его и снова возродить огонь небесного светила. Важным является миф о разделении богов на два лагеря – асуров и дэвов – и о борьбе между ними.

Если подходить к мифам с точки зрения понимания их как сложного синтеза вымысла и реальности, то в отношении перечисленных мифов встает вопрос: какая реальность, иными словами, какая правда, истина о реальности содержится в этих мифах? Большинство исследователей РВ не ищет элементов реалистического содержания в этих мифах. Они предлагают космогоническую трактовку, утверждая, что названные мифы отражают представления ариев о процессе сотворения мира. Однако такая трактовка вступает в противоречие с целым рядом содержательных элементов данных мифов, которые свидетельствуют в пользу того, что этот мир уже существовал. Я предлагаю иное толкование этих мифов, позволяющее выявить в них сведения о реальных событиях, происходивших не в мифическое время сотворения Вселенной, а во время жизни ариев. Опираясь на эту установку, я попытаюсь осуществить когнитивный подход к анализу мифов, т.е. с помощью ряда специальных методов выявить информацию о реальных событиях и явлениях, отображенных в иносказательной форме. Этот подход, как мне кажется, поможет истолковать ряд темных сюжетов РВ.

С помощью этого подхода удастся прояснить образы ряда богов, остающиеся до сих пор во многом туманными. Это прежде всего образы богини-матери Адити и ее наделенных важными социальными функциями сыновей – Митры и Варуны, образ бога Вишну, который тремя шагами прошагал всю Вселенную. Это относится и к богам-близнецам Ашвинам, которые в течение дня на своей колеснице пересекают все небесное пространство.

Образы других богов – бога солнца Сурьи, богини утренней зари Ушас, божеств бури и грозового дождя Марутов и т.п. более понятны и ясны, поскольку очевидны реальные прототипы, референты, стоящие за этими образами. В случае же ранее названных богов такие референты до сих пор не выявлены, а потому не всегда понятны приписываемые им свойства, характер их поступков, причина наделения их теми или иными социальными функциями. Например, непонятно, почему Митра и Варуна – тысячеглазы, почему им придана функция соглядатаев за поведением людей, всевидящих судей. Выявление реальных денотатов этих богов позволяет дать ответы на эти вопросы. Тогда становится понятной способность Вишну тремя шагами проходить Вселенную. Поиск реального содержания, реальных событий-референтов, стоящих за мифом Вала, мифом о Вритре и т.д., также поможет разгадать истинный подтекст этих мифов, заключающих в себе великие тайны прошлого.

Станет со всей очевидностью понятно, что не в этих мифах изложена космогония РВ. В действительности космогонические воззрения ведийских мудрецов в прямой, не иносказательной форме изложены целиком и полностью в десятке гимнов последней, поздней по времени мандале РВ. Эти воззрения на процесс космогенеза, который, как мы знаем весьма отличен от непосредственно воспринимаемых явлений на Земле, строился индоариями как раз из представлений об этих земных явлениях. Не имея других исходных данных, риши экстраполировали эти представления на космогенез, вследствие чего этот процесс получал несвойственный ему геоморфный, антропоморфный, биоморфный характер. Иными словами, согласно взглядам арийских мудрецов в процессе становления Вселенной происходили явления такого же рода, как и те, которые характерны для земных условий, для рождения живых существ, для манипуляций с телом человека. Такой же характер имеют и вопросы, которые поэты ставили по отношению к Космосу, например: из чего родилась Вселенная, кто породил небесные тела, кто устраивал и упорядочивал мир, что было точкой опоры, на которой стоял творец, когда еще не было Вселенной, что это была за древесина, из которой вытесали Небо и Землю и т.п.

В гимнах РВ помимо глубины мысли присутствует еще одно вызывающее восхищение достоинство, свойственное всей книге. Это изумительная поэтичность гимнов. Она тем более удивительна, что принадлежит творениям, созданным более трех тысяч лет назад и не утратившим до сих пор своего художественного очарования, и к тому же сложенным поэтами из среды пастухов. Многие гимны и сейчас воспринимаются как шедевры словесного творчества, насыщенные не потускневшей до настоящего времени свежестью и яркостью сравнений, эпитетов, метафор, метонимий, аллегорий. Весь этот набор художественных приемов делает содержание гимнов многоплановым, многозначным, эзотеричным, имеющим скрытый и явный пласты, одновременно воздействующим на разные уровни восприятия, понимания, психики. Поражающее современного читателя мастерство древних поэтов проявляется, в частности, в том, что они смогли необычайно оригинально и выразительно использовать в качестве названных поэтических средств, особенно сравнений и метафор, весь мир предметов и явлений обыденной жизни, заставив их играть яркими бриллиантами в словесной ткани стихов. Благодаря этому через сравнения, метафоры и т.д. во внешнем слое текстов РВ оказалась отраженной почти вся повседневная жизнь ариев.

Наряду с напитком сомы гимны были важнейшим средством воздействия на богов в целях получения от них желаемых благ и милостей. Но тогда гимны должны были быть сочиненными так, чтобы они понравились богам. Поэтому риши старались творить их как можно более искусно. По их собственному выражению, они ткали их как драгоценные ткани, вытачивали так же изящно, как плотники изготавливали изукрашенные колесницы.

Итак, целью применяемого мною когнитивного подхода является извлечение из мифов достоверного знания, т.е. информации о реальных событиях, явлениях и персонажах. Миф трактуется как семантическая структура, содержащая два плана – внешний (явный) и внутренний (скрытый), с которыми соответственно соотносятся план вымышленного и план реалистического содержания. Построение такой двойственной структуры возможно благодаря своеобразию языка мифов, единицы которого (содержательные символы) имеют двойную референцию, или прямое и опосредованное значение. Предпосылкой успешного извлечения когнитивной информации является выявление логики мифологического мышления, знание которой позволяет правильно понять и истолковать мифы. Одним из элементов этой логики является парадигмальность мифологического мышления, которая, в частности, реализуется в социальной и субъектной парадигмах, применяемых мифологическим мышлением к природным явлениям. Важным элементом этой логики является также сакрализация этим мышлением социальных действий и событий, а также уподобление разнородных явлений. На основе выявленных мною приемов и правил мифологического мышления формулируются методы интерпретации мифов и обнаружения в них реалистического содержания. Это такие методы, как дедеификация, десубъективизация, деметафоризация и др. С помощью этих методов удается выявить реальные референты основных мифов "Ригведы", в которых, как оказалось, отражены важные события и стороны жизни ее творцов – индоариев. Тем самым показана чрезвычайно высокая информативность этого великого памятника индийской культуры.


 Об авторе

Майданов Анатолий Степанович
Доктор философских наук, ведущий научный сотрудник Института философии РАН. В течение многих лет занимается изучением научного творчества, его методологии и логики, результатом чего явился ряд статей и книг. Особенности мифологического творчества исследованы им, в частности, в работе «Тайны великой Ригведы» (М.: URSS), в которой предложено оригинальное истолкование ряда ведийских мифов, выявлена новая информация о жизни и деяниях древних ариев. Особое внимание А. С. Майданов уделяет социокультурной и эстетической реабилитации незрячих. Этим проблемам посвящены книги «Мир эстетического восприятия незрячих», «Общение незрячих с красотой природы» и др.
 
© URSS 2016.

Информация о Продавце