URSS.ru - Издательская группа URSS. Научная и учебная литература
Об издательстве Интернет-магазин Контакты Оптовикам и библиотекам Вакансии Пишите нам
КНИГИ НА РУССКОМ ЯЗЫКЕ


 
Вернуться в: Каталог  
Обложка Харгиттаи И. Откровенная наука: беседы со ЗНАМЕНИТЫМИ ХИМИКАМИ. Перевод с английского
Id: 201202
 
599 руб.

Откровенная наука: беседы со ЗНАМЕНИТЫМИ ХИМИКАМИ. Перевод с английского. Изд.стереотип.

URSS. 2016. 472 с. Твердый переплет. ISBN 978-5-354-01517-7.

 Аннотация

Книга И.Харгиттаи содержит около сорока бесед с выдающимися химиками XX века, многие из которых были удостоены Нобелевской премии. Среди них создатель теории разветвленных цепных реакций Николай Семенов, творцы квантовой химии Лайнус Полинг, Роальд Хофман, Кенити Фукуи, Майкл Дьюар, Джон Попл, великие синтетики-органики Джон Корнфорд, Джордж Ола, один из лидеров координационной химии Альберт Коттон, создатель спектроскопии ЯМР высокого разрешения Ричард Эрнст, ученые, усилиями которых были выделена и изучена молекула фуллерена C60, основоположник фемтосекундной спектроскопии Ахмед Зевейл и многие другие. Неформальный, живой характер этих бесед дает возможность вникнуть в сущность выдающихся химических достижений второй половины XX века, познакомиться с ними в популярном изложении авторов этих открытий. Из книги И.Харгиттаи широкий круг читателей (научные работники, аспиранты, студенты, занимающиеся или интересующиеся химией) получат много полезной информации о жизни ученых и научного сообщества в США и в Европе.


 Оглавление

Предисловие переводчика
Предисловие автора к русскому изданию
К читателю
Предисловие
1 Лайнус Полинг (Linus Pauling)
2 Великая советская дискуссия о резонансе
3 Эрвин Чаргафф (Erwin Chargaff)
Цитаты из Чаргаффа
4 Фрэнк Вестхеймер (Frank Westheimer)
5 Гертруда Элайон (Gertrude B. Elion)
6 Карл Джерасси (Carl Djerassi)
7 Пауль Шейер (Paul J. Scheuer)
8 Айхан Улубелен (Ayhan Ulubelen)
9 Джон Корнфорт (John W. Cornforth)
Цитаты из Корнфорта
10 Владимир Прелог (Vladimir Prelog)
11 Дерек Бартон (Derek H. R. Barton)
12 Одд Хассель (Odd Hassel)
13 Майкл Дьюар (Michael J. S. Dewar)
14 Джон Попл (John A. Pople)
15 Роальд Хофман (Roald Hoffmann)
16 Кенити Фукуи (Kenichi Fukui)
17 Милтон Орчин (Milton Orchin)
18 Альберт Коттон (F. Albert Cotton)
19 Первые шаги химии кратных связей металл--металл
20 Герберт Браун (Herbert C. Brown)
21 Джордж Ола (George A. Olah)
22 Джон Робертс (John D. Roberts)
23 Рихард Эрнст (Richard R. Ernst)
24 Эйдзи Осава (Eiji Osawa)
25 Елена Гальперн и Иван Вячеславович Станкевич
26 Гарольд Крото (Harold W. Kroto)
27 Фуллер и химия
28 Ричард Смолли (Richard E. Smalley)
29 Роберт Керл (Robert F. Curl)
30 Вольфганг Кречмер (Wolfgang Kratschmer)
31 Роберт Уэттен (Robert L. Whetten)
32 Филип Итон (Philip E. Eaton)
33 Стивен Берри (R. Stephen Berry)
34 Что побудило вас обратиться к химии?
35 Кеннет Питцер (Kenneth S. Pitzer)
36 Шервуд Роуленд (F. Sherwood Rowland)
37 Николай Николаевич Семенов
38 Джордж Портер (George Porter)
39 Ахмед Зевейл (Ahmed H. Zewail)
40 Иштван Харгиттаи (Istvan Hargittai)
Именной указатель

 Предисловие переводчика

Читать (и переводить) эту книгу было очень интересно. Я думаю, что с большим интересом ее прочтут многие российские химики. Пока литература такого рода -- в явном дефиците на наших книжных прилавках. Обращаясь к истории химии, авторы учебников и популярных книг много и часто рассказывали о давних временах, о Менделееве и Бутлерове, затем -- о радиоактивности, о новых элементах, о витаминах и удобрениях. Потом химия стала антигероиней -- виновницей всех экологических бед. А о фундаментальной науке XX века -- особенно второй его половины, особенно о достижениях американских и европейских химиков -- к широкому читателю поступала весьма скупая и неточная информация. Между тем, именно в XX веке и, конечно же, в основном отнюдь не в России была создана большая часть того, что формирует фундамент современной химии.

В книгах Иштвана Харгиттаи, составляющих серию "Candid Science", перед нами предстает великолепная когорта творцов современной химии; в первом томе мы встречаемся с четырьмя десятками выдающихся химиков -- от отца квантовой химии Лайнуса Полинга до создателя фемтохимии Ахмеда Зевейла. Они сами рассказывают о своих достижениях, и это иногда придает рассказу неповторимые оттенки смысла -- такие, которые невозможно извлечь из научных статей, учебников, из научно-популярной литературы. Иштван Харгиттаи общается со своими героями лично, и своеобразие этого личного общения делает достоянием читателя: каждый, кто прочувствовал стиль книги, вовлекается в этот диалог, становится непосредственным участником этих доверительных бесед.

Герои книги неразрывно связаны с окружающей их научной средой (а иногда и с социальными и политическими аспектами жизни), их исследования неотделимы от их биографий, увлечений, культурного фона. Таким образом читатель узнает отнюдь не только о научных достижениях. Перед ним раскрываются многие аспекты жизни ученых и их окружения, а в их биографиях находят яркое отражение исторические события, происходившие в США, Англии, Германии, Австрии, СССР и других странах.

Уникальные особенности книги Харгиттаи ставят исключительно сложную задачу перед переводчиком. И мы отдавали себе отчет в этом, когда принимались за перевод (мы -- это я и сотрудник лаборатории кристаллохимии химфака МГУ А.В.Камчаткин, который много помогал в этой работе). Но в действительности этот труд оказался еще сложнее, чем мы предполагали.

Прежде всего, немало проблем возникало по причине разночтений в терминологии, отсутствия устоявшихся мостов между англоязычными и русскоязычными способами изложения химических, физических, биологических, медицинских вопросов. И это немало осложнялось необходимостью сохранить единообразие в способах выражения, принятых в разнообразных разделах химии и других естественных наук.

Другим труднопреодолимым препятствием было отличие российской системы образования и сложившейся в советские времена системы ученых степеней и званий от систем, принятых в Европе и в США. Здесь мы постоянно сталкивались не только с терминологическими проблемами, но и с невозможностью адекватно и лаконично отобразить в переводе принципиальные различия в положении и возможностях студентов, преподавателей, научных работников в России и за рубежом. Мы пытались преодолеть это препятствие с помощью подстрочных примечаний переводчика.

Еще одна особенность книги Иштвана Харгиттаи заключается в невероятно большом числе действующих лиц, огромном числе упоминаемых имен. Здесь -- отнюдь не только герои книги -- ученые, их учителя, коллеги, ученики, члены их семейств, но и исторические личности, деятели искусства. Именной указатель в оригинале книги включает в себя более 600 имен. В связи с этим перед нами прежде всего стояла иногда отнюдь не простая задача русской транскрипции англоязычных (а также немецких, японских, венгерских и т.д.) имен собственных. Если в русском языке уже сложился способ написания данного имени, то мы его и придерживались, ориентируясь на энциклопедические издания и авторитетные справочники. В противном случае мы старались правильно воспроизвести звучание имени, если оно было нам известно, или следовали, насколько возможно, правилам английской фонетики и принципам русской лексики. Аналогичные проблемы приходилось решать в отношении многочисленных географических названий. Немало трудностей было и в переводе названий организаций и фирм, а также в переводе (или воспроизведении) аббревиатур. Разумеется, нет уверенности в том, что мы успешно справились со всеми этими задачами. Думается, здесь необходим системный подход, который, если и существует, то развит явно недостаточно. Развитие этих аспектов перевода с английского языка на русский (и наоборот), конечно же, составляет самостоятельное и обширное поле деятельности, однако капитальные итоги этой деятельности -- словари, базы данных, концептуальные труды, -- если и существуют, то недостаточно известны.

Другая сторона, связанная с указанными особенностями книги Харгиттаи, заключается в существенном различии круга осведомленности англоязычного читателя, на которого рассчитана книга, и россиян, приобщавшихся к науке и образованию совсем иными путями. Многие имена, названия, события, аббревиатуры, упоминающиеся в тексте, совершенно понятны образованному американцу или европейцу, но вызовут недоумение или даже породят превратное понимание у русского читателя. Поэтому мы сочли полезным вставить в текст некоторые (весьма лаконичные) пояснения и во многих случаях дали соответствующие подстрочные примечания. Это особенно касалось выдающихся ученых и других знаменитостей, которые хорошо известны в научных кругах на Западе, но неизвестны или почти неизвестны в России.

Важнейшая заслуга автора книги заключается, по нашему мнению, в консолидации научного сообщества и его передового отряда -- первооткрывателей, экспертов, лидеров и активных рядовых работников. Нобелевский лауреат профессор Ж.-М.Лен сказал, что книга дает сведения "о многих гранях химии и о некоторых из ее главнейших деятелей в форме впечатляющих и живых разговоров". Перевод этой книги, по-видимому, должен способствовать тому, чтобы к передовому отряду ученых-химиков были приобщены и россияне.

Иштван Харгиттаи широко известен в научном мире своими исследованиями и оригинальными литературными трудами, к числу которых относится и "Откровенная наука"; он вполне достоин того, чтобы занять место в ряду героев книги. Поэтому мы сочли возможным добавить к переводу книги еще одну беседу -- интервью с профессором Харгиттаи.

Март 2003 г.

П.М.Зоркий

 Предисловие автора к русскому изданию

Выход в свет русского перевода первого тома серии "Откровенная наука" -- радостное для меня событие. Оригинальное издание на английском языке было хорошо встречено как читателями, так и критиками. За первым томом последовали книги Candid Science II: Conversations with Famous Biomedical Scientists ("Откровенная наука II: Беседы со знаменитыми учеными, работающими в области биомедицинских наук") и Candid Science III: More Conversations with Famous Chemists ("Откровенная наука III: Новые беседы со знаменитыми химиками"). Готовится к печати следующий том серии: Candid Science IV: Conversations with Famous Physicists ("Откровенная наука IV: Беседы со знаменитыми физиками").

Перевод, выполненный профессором Московского университета Петром Марковичем Зорким, мне понравился. Петру Марковичу удалось передать не только слова и информацию, содержащуюся в предлагаемых беседах, но и особенную атмосферу этих интервью, и столь несхожие между собой философские взгляды моих собеседников. В этом ему помогло не только знание иностранных языков, но и его собственный огромный опыт проведения научных исследований и преподавательской деятельности.

Этот перевод книги на русский язык мне особенно дорог, потому что годы моего становления в науке -- это студенческие годы, проведенные в Московском государственном университете. Возможно, книгу прочтет кто-нибудь из моих бывших учителей, сокурсников и их учеников. Пусть она станет своеобразным приветом от меня и пожеланием всех благ моим многочисленным русским друзьям.

Будапешт, март 2003 года

Иштван Харгиттаи

 К читателю

Собрание интервью профессора Харгиттаи -- своевременная дань недавно завершившемуся замечательному столетию химической истории. Интервьюируемые -- это около сорока химиков, которым посчастливилось участвовать в важнейшем этапе развития химии, каким были последние десятилетия прошедшего века.

В грядущие века эти исторические события будут пересказаны с большим пониманием и более точной оценкой, чем это возможно сегодня. Но в одном отношении написанное здесь никогда не будет воспроизведено: это личный взгляд химиков, каждый из которых представляет собой неповторимую индивидуальность.

Ученые иногда кажутся автоматами, лишенными человеческих чувств (в отличие от артистов, например). Но сами ученые и те, кто живет рядом с ними, понимают, насколько неправилен такой взгляд. К сожалению, большинство людей очень мало знают о науке и о частной жизни ученых и часто думают, что они живут в ином мире -- не в том, в котором живут обычные люди.

Я надеюсь, что интервью, собранные здесь, будут способствовать опровержению этого мнения, неверного, но укрепляющегося в общественном сознании. Эти беседы говорят о том, как современные химики живут и работают, почему они выбрали химию в качестве своей профессии и как они пришли к открытиям, которые принесли им всеобщую известность. Неформальность этих бесед создает впечатление, что читатель скорее участвует в разговоре, чем слушает автобиографическую лекцию.

Дети рождаются исследователями, но, чтобы они могли сохранить свою любовь к познанию, им нужны вдохновляющие примеры людей, преуспевших на этом поприще, примеры, которым они могли бы следовать. Эта книга понравится всем, кто интересуется наукой. Она будет особо ценной для молодых людей, которых она может побудить пойти за теми, о ком здесь рассказано.

ЛондонДжордж Портер


 Предисловие

На заре двадцать первого столетия и нового тысячелетия хочется подытожить успехи химии, достигнутые в последние десятилетия XX века и сыгравшие выдающуюся роль в научном прогрессе. Представляет интерес узнать и о том, что стоит за этими достижениями непосредственно от некоторых из главнейших участников этих событий. Содержание предлагаемого вниманию читателей сборника интервью покрывает широкую область химии с акцентом на следующие произвольно выбранные разделы: структурную химию, медицинскую химию, химию природных веществ, стереохимию, теоретическую и компьютерную химию, неорганическую химию, физическую органическую химию, спектроскопию ЯМР, фуллерены, кинетику и механизмы реакций, химию атмосферы. Конечно, эти разделы существенно перекрываются между собой и даже более того: есть тесные соприкосновения между исследованиями многих представленных в книге ученых. Есть, конечно, и существенные пробелы. Следующее собрание интервью, которое уже готовится, будет значительно шире настоящего издания.

Эта книга представляет собой первую выборку моих бесед со знаменитыми учеными, она содержит также некоторые добавления. Среди них -- краткая глава об Одде Хасселе, которому я никогда не задавал вопросов в такой форме, как остальным, но мое общение с ним тоже представлялось мне одним из интервью. Я подготовил два раздела с цитатами из Эрвина Чаргаффа и Джона Корнфорта, дополняющие их интервью. Я сделал это потому, что хотел поделиться интеллектуальным удовольствием, которое получил от их текстов. Другое дополнение расширяет короткое интервью с Лайнусом Полингом. Оно касается дискуссии о резонансной теории в Советском Союзе в начале 1950Нх гг. Я присутствовал на посвященном памяти Полинга заседании Американского химического общества в 1994 г. в Анахайме и был поражен тем, как мало знают об этой истории коллеги, интересующиеся жизнью и работами Лайнуса Полинга. Еще одно дополнение касается начала исследования кратных связей металл--металл. Системы с такими связями были созданы и изучены московскими учеными, однако многократные связи в них были выявлены лишь в результате работ Альберта Коттона. Я добавил краткий отрывок о Бакминстере Фуллере, в связи с его примечательной, хотя и косвенной, ролью в истории фуллеренов. В этом мне очень помогла запись беседы с Эдом Эплуайтом, помогавшим Фуллеру в создании "Синергетики" -- его главного труда. Наконец, в книге есть краткий раздел о Поле де Крайфе, поскольку его книга "Охотники за микробами" в свое время была не менее важна для привлечения к химии любознательных детей, чем набор химических реактивов (для поколений, столь ярко представленных некоторыми из моих собеседников).

Моя первая беседа со знаменитым химиком -- Николаем Семеновым -- была записана еще в 1965 г., но лишь учреждение ежеквартального журнала "Химический собеседник" ("The Chemical Intelligencer"), с 1995 г. выпускавшегося издательством "Шпрингер-Ферлаг" в Нью-Йорке, существенно стимулировало такие интервью. Я благодарен издательству "Шпрингер-Ферлаг" за любезное разрешение воспроизвести здесь материалы из "Химического собеседника". Некоторые интервью приведены полностью, другие -- с небольшими изменениями или расширением описания обстоятельств данного интервью. Многие интервью представлены в этом томе впервые. В каждом разделе приведены необходимые библиографические данные.

Обычная процедура подготовки интервью была такой. Я устанавливал контакт с интервьюируемым, мы назначали дату встречи и имели беседу, которая записывалась на магнитофон. Затем я готовил и слегка редактировал рукопись и посылал ее интервьюируемому для правки, сокращений и добавлений. Это процедура повторялась до тех пор, пока интервью не становилось вполне удовлетворительным. Иллюстрациями к беседам служат фотографии, сделанные во время разговора, и фотографии, предоставленные интервьюируемыми. В некоторых случаях интервью проводилось по почте.

Я стремился включить во все беседы обсуждение важных аспектов химии и, вместе с тем, хотел получить сведения о жизни и мыслях интервьюируемого ученого. Поскольку я в большей степени научный работник, чем репортер, я старался не касаться личных проблем, которые могли быть неприятны интервьюируемому. Приступая к разговору, я просил собеседника не отвечать на любой из моих вопросов, если с его точки зрения вопрос не заслуживал обсуждения. Поэтому в некоторых местах моих интервью читателю может показаться, что мне следовало "нажать" на собеседника, чтобы выудить побольше ответов и подробностей, но читатель никогда не узнает о вопросах, не принятых собеседниками. В этом сказывается ограниченность моего подхода. С другой стороны, я вижу в нем ценное преимущество: интервьюируемый больше расскажет доброжелательному коллеге, чем пытливому репортеру. Во всяком случае, цель интервью заключалась в том, чтобы узнать нечто новое о химии и установить тесную человеческую близость с великими учеными. Из этих разговоров я извлек очень многое как в отношении химии, так и в отношении особенностей человеческого поведения и личной философии. Я благодарен всем своим собеседникам за пожертвованное ими время, за их вклад в мою книгу, за интерес и поддержку моего проекта.

Редактором этой книги является Магдолна Харгиттаи, доктор химических наук, руководитель исследовательской группы; она -- неизменный партнер в моих начинаниях в химии (иногда рискованных) и во всех других аспектах моей жизни; она часто чувствует мои желания и предпочтения раньше, чем я сумею их выразить.

При выполнении докторской работы у меня не было руководителя, даже формального. Я никогда не преклонялся перед авторитетами, однако неизменно испытывал восторг, когда встречал хорошего учителя, и так или иначе он всегда был у меня в нужный момент -- необязательно в непосредственной близости. Иметь хороших учителей -- это самое важное, что может способствовать научному продвижению. Хороший учитель необязательно должен быть назначен вашим учителем. Хороший учитель -- это хороший пример, и он может подействовать множеством разных способов. Мои интервью еще раз дали мне почувствовать преимущества хорошего обучения, и моя самая большая надежда состоит в том, что эти беседы будут так же восприняты моими читателями. Именно в этом смысле я посвящаю эту книгу грядущим поколениям студентов, для которых большая часть представленного здесь материала будет уже историей науки.

Будапешт, осень 1998 г.

Иштван Харгиттаи
 
© URSS 2016.

Информация о Продавце