URSS.ru - Издательская группа URSS. Научная и учебная литература
Об издательстве Интернет-магазин Контакты Оптовикам и библиотекам Вакансии Пишите нам
КНИГИ НА РУССКОМ ЯЗЫКЕ


 
Вернуться в: Каталог  
Обложка Дерябин В.С. Чувства, влечения, эмоции: О психологии, психопатологии и физиологии эмоций. Опыт изложения с психофизиологической точки зрения
Id: 198629
 
315 руб.

Чувства, влечения, эмоции: О психологии, психопатологии и физиологии эмоций. Опыт изложения с психофизиологической точки зрения. Изд.стереотип.

URSS. 2015. 222 с. Мягкая обложка. ISBN 978-5-382-01612-2.

 Аннотация

В настоящей книге синтезирован собственный материал автора и литературный материал, касающийся физиологических, психологических и психопатологических аспектов эмоциональной жизни человека; описываются оттенки человеческих чувств и варианты психических реакций на эмоциогенные факторы, прослеживается развитие учения об эмоциях и влечениях человека. Книга содержит ряд положений, высказанных впервые, в частности развитие представлений Э.Блейлера об аффективности --- чувствах, влечениях и эмоциях в психофизиологическом аспекте на основе их генетической связи и общих функций в организме по удовлетворению его потребностей, а также положение о единой психофизиологической доминанте при влечениях (мотивациях).

Монография написана доступным языком, не перегружена специальной терминологией и, помимо рассмотрения научных вопросов, призвана, по мысли автора, уберечь человека от многих ошибок, связанных с незнанием закономерностей своей психической жизни.

Книга представляет интерес для физиологов, психиатров, психологов, в частности для специалистов в области социальной и возрастной психологии, для педагогов и широкой читательской аудитории.


 Оглавление

Предисловие ко второму изданию
Введение
Глава I. Чувства
 Слияние чувств
 Установление временных связей в области чувств (перенос чувств)
 Притупление чувств (адаптация в сфере чувств)
 Контраст чувств (индукция в сфере чувств)
 Значение подкорковых образований для чувственных реакций
Глава II. Влечения
 Дыхание
 Голод
  Субъективные ощущения при голоде
  Психические переживания при голоде
 Аппетит
 Доминанта
 Жажда
 Половое влечение
  Либидо
  Взаимоотношения коры мозга и подкорковых центров при половых реакциях
 Психология периода созревания
 Период зрелости
 Теория Фрейда
 Половое влечение и влечение к размножению
 Общая схема действия влечений
Глава III. Эмоции
 Теория Джемса-Ланге
 Анатомический механизм выразительных движений
 Отвращение
 Выражение веселья и радости
 Боль
 Страх
 Гнев
 Радость и веселье
 Анатомо-физиологическая основа эмоциональных реакций
 Экстаз
 Эмоции, порождаемые социальной средой
  О гордости
  О тщеславии
  О лести
  Обида
 Теория А. Адлера
  Критические замечания к теории Адлера
 Локализация эмоциональных процессов в головном мозгу
 Иррадиация чувств
 Память эмоций и чувств
 Суммация чувств
 Слияние эмоций
 Смешанные чувства
 Исход эмоций
  Отреагирование
  Переключение
  Вытеснение
 Влияние эмоций на интеллект
 Динамогенное действие эмоций
 Медицинское значение условнорефлекторных влияний на внутренние органы
 Внутренняя секреция и психика
 Роль аффективности в психике и ее эволюция
 Аффективность и влияние условий материальной жизни
 Соотношение аффективности и интеллекта в схеме их развития
Заключение
Литература
Список научных трудов В. С. Дерябина

 Предисловие ко второму изданию


К истории создания В. С. Дерябиным и опубликования монографии "Чувства, влечения и эмоции"

Викторин Сергеевич Дерябин (1875--1955) -- ученик и продолжатель дела И. П. Павлова (Квасов Д. Г., Федорова-Грот А. К., 1967; Забродин О. Н., Дерябин Л. Н., 1998). Еще юношей-гимназистом он стал задумываться над тем, что является движущей силой мыслей и поступков человека. По этому поводу он в "Письме внуку" писал следующее: "Когда-то я думал, что человек -- существо разумное, одаренное свободной волею, но вот перед моими глазами прошла жизнь многих людей, и я понял, что все не так просто, как прежде казалось, что я, в сущности, не знаю, что такое человек.... Человек знает себя со стороны чувств, желаний, надежд, опасений, симпатий и антипатий, мыслей и намерений, но не знает, как и почему они возникают, не знает их материальной, физиологической и социальной обусловленности. Из этого незнания вытекает масса самообманов, иллюзий, заблуждений, о которых человек не подозревает. Он очень часто не сознает, что чувства, желания, эгоизм, честолюбие и т. д. управляют его разумом. Когда я разглядел все это, передо мною встал вопрос: что такое человек с его "свободной волей" и его поступками? Тогда-то я и стал психиатром, изучал психологию и физиологию центральной нервной системы, и это определило направление всей моей работы, стало делом жизни" (Дерябин В. С., 1994, с. 248).

В. С. Дерябин учился на естественном отделении физико-математического факультета Московского университета. За участие в студенческих волнениях трижды исключался из университетов России: в 1897 г. -- из Московского и в 1899 и 1902 гг. -- из Юрьевского (ныне -- Тартуского) университетов. Медицинское образование заканчивал в Германии, где в 1906--1908 гг. учился на медицинском факультете Мюнхенского университета. Здесь он с большим интересом слушал лекции известного немецкого психиатра Эмиля Крепелина, что способствовало избранию им медицинской специальности -- психиатрии. В 1908 г. В. С. Дерябин заканчивает университет, защитив диссертацию на степень доктора медицины (Derjabin V., 1908).

Работу в качестве психиатра он начал в 1911 г. в психиатрической клинике Московского университета, руководимой профессором В. П. Сербским. Интерес к познанию закономерностей психической деятельности человека побудил В. С. Дерябина обратиться к И. П. Павлову с просьбой о работе у него в качестве практиканта (Забродин О. Н., 1994). С декабря 1912 по июнь 1914 г. В. С. Дерябин работает в Санкт-Петербурге в руководимых И. П. Павловым лабораториях при Императорском Институте экспериментальной медицины и Военно-медицинской академии (ВМА). По выполненной работе В. С. Дерябин в марте 1917 г. в ВМА защитил диссертацию на степень доктора медицины: "Дальнейшие материалы к физиологии времени как условного возбудителя слюнных желез" (Дерябин В. С., 1916).

С 1920 по 1927 г. В. С. Дерябин работает в качестве ординатора, зам. главного врача и главного врача Сибирской областной психиатрической лечебницы, а также старшего ассистента кафедры нервных и душевных болезней Томского государственного университета (Красик Е. Д. и соавт., 1980). Поворотным пунктом в научной деятельности В. С. Дерябина явилось изучение исходных состояний у больных эпидемическим энцефалитом. Поражение глубоких структур головного мозга, с которыми впоследствии связали формирование эмоций, у таких больных характеризовалось "эмоциональной тупостью" при относительной сохранности интеллекта (Дерябин В. С., 1928). Эти исследования обострили интерес ученого к проблеме корково-подкорковых взаимоотношений и к проблеме аффективности (чувств, влечений и эмоций).

В работе "О закономерности психических явлений" (1927, 2006) В. С. Дерябин излагает методологические подходы к изучению психики на основе достижений физиологических школ И. П. Павлова и А. А. Ухтомского. В частности, он впервые применяет принцип доминанты А. А. Ухтомского для объяснения механизма действия влечений (мотиваций), выдвигая положение о единой психофизиологической доминанте.

В 1928--1929 гг. он пишет первый вариант монографии "Чувства, влечения и эмоции", которая в случае опубликования могла бы стать первой у нас в стране книгой на эту тему. В ней он развивает свои представления о связи чувств, влечений и эмоций, их общей роли в жизни организма и обосновывает учение о физиологических основах аффективности. Эта монография явилась поистине трудом жизни автора: над ней он работал с небольшими перерывами вплоть до кончины.

В 1927 г. В. С. Дерябин переезжает в Иркутск и организует там первую в Сибири самостоятельную кафедру психиатрии медицинского факультета Иркутского государственного университета. Большая организационная и учебно-педагогическая работа (в это время он являлся деканом лечебно-профилактического факультета и одним из организаторов Восточно-Сибирского краевого научно-медицинского общества) не давала В. С. Дерябину возможности осуществления его научных идей. Вместе с тем состояние психиатрии того времени глубоко не удовлетворяло В. С. Дерябина. В "Автобиографической записке" он так писал об этом: "Работая по психиатрии, пришел к заключению, что, руководясь клинико-психологическим методом исследования, психиатрия после установления основных нозологических единиц зашла в тупик, что выяснение патологической сущности психических заболеваний может дать лишь материалистическое исследование, и в первую очередь физиология и патофизиология нервной системы" (Квасов Д. Г., Федорова-Грот А. К., 1967, с. 98).

Такая убежденность заставила его в 1933 г. вернуться к работе в области физиологии. После переезда в Ленинград он по рекомендации И. П. Павлова поступает в руководимый Л. А. Орбели отдел специальной и эволюционной физиологии ВИЭМ. Научная работа в предвоенный период была посвящена экспериментальному изучению проблемы корково-подкорковых взаимоотношений в нервной деятельности.

С 1941 по 1944 г. В. С. Дерябин работал в клинике нервных болезней Свердловского медицинского института, отдавая богатый опыт невропатолога и психиатра лечению раненых с повреждениями спинного и головного мозга, а также являлся главным консультантом-психиатром Свердловского военного округа. Несмотря набольшую загруженность лечебной работой и развившуюся алиментарную дистрофию, В. С. Дерябин не оставляет научной деятельности. В 1944 году в журнале "Наука и жизнь" выходит статья "Эмоции как источник силы" (Дерябин В. С., 1944), в которой он подчеркивает, что в основе так называемого "динамогенного действия" эмоций лежит усиление адаптационно-трофической функции симпатической нервной системы, учение о которой было создано Л. А. Орбели и его школой. Эта статья представляется ярким примером психофизиологического подхода к рассмотрению не только простых эмоций (страх, гнев), но и высших социальных (чувство патриотизма). При этом В. С. Дерябин избегает дуализма, рассматривая "динамогенное действие эмоций" как проявление, согласно И. П. Павлову (1930), положительного влияния подкорковых узлов на кору больших полушарий головного мозга в качестве источника их силы.

В 1944 г. В. С. Дерябин возвращается в Ленинград и продолжает работу по физиологии в Институте физиологии им. И. П. Павлова АН СССР, а с 1948 г. -- в физиологическом отделе Естественно-научного института им. П. Ф. Лесгафта Академии педагогических наук СССР, и, наконец, в Индивидуальной группе академика Л. А. Орбели АН СССР. В этот период его работы посвящены изучению феномена повышения чувствительности денервированных структур у собак к биологически активным веществам.

Одновременно с экспериментальными исследованиями В. С. Дерябин занимался написанием работ, посвященных психофизиологическому подходу к изучению кардинальных проблем психологии, -- "Чувства, влечения и эмоции", "Об эмоциях, связанных со становлением в социальной среде", "О сознании", "О Я", "О счастье". Последние три работы вошли в состав монографии, опубликованной под редакторским названием "Психология личности и высшая нервная деятельность" в 1980 г. в издательстве "Наука" (Дерябин В. С., 1980). Ограниченное число данных, посвященных анализу психологических феноменов (сознание, самосознание, переживание счастья), заставляло В. С. Дерябина при изучении последних широко обращаться к данным невропатологии и психиатрии, что в дальнейшем получило развитие в создании науки нейропсихологии. По этому поводу в рецензии на книгу В. С. Дерябина "Психология личности и высшая нервная деятельность" известный нейропсихолог Д. В. Ольшанский (1983) писал: "В. С. Дерябин начал решать доступными ему средствами задачу, которая четко сформулирована была почти полвека спустя. Речь идет об изучении физиологических основ психической деятельности человека, построении физиологии ее целостных форм, попытке ответа на вопрос о физиологических механизмах наиболее сложных видов сознательного, целенаправленного саморегулирующегося поведения, т. е. о задаче создания "психологически ориентированной физиологии", "психологической физиологии"" (с. 618). В. С. Дерябин был одним из первых в изучении социальной психологии, о чем свидетельствуют его работы, написанные в 1950-х гг.: "О потребностях и классовой психологии" (Забродин О. Н., 2003) и "Об эмоциях, связанных со становлением в социальной среде" (Забродин О. Н., 2004).

В 1949 г. в связи со 100-летием со дня рождения И. П. Павлова В. С. Дерябин пишет воспоминания об учителе, в которых осуществляет комплексный анализ личности И. П. Павлова-ученого с учетом его психофизиологических особенностей (Забродин О. Н., 1994). Тогда же им были подготовлены две статьи, которые, как и воспоминания об И. П. Павлове, в ту пору остались неопубликованными. В одной из них -- "Психофизиологическая проблема и учение И. П. Павлова о "слитии" субъективного с объективным" В. С. Дерябин (2008) с философских позиций материалистического монизма дает обзор становления и развития взглядов И. П. Павлова на психофизиологическую проблему. Во второй статье -- "Замечания по поводу брошюры академика И. С. Беритова "Об основных формах нервной и психонервной деятельности"", методологической по содержанию, В. С. Дерябин (2006) выдвигает положение о том, что движущей силой поведения животных и человека являются потребности, точнее -- чувства, влечения и эмоции, которые сигнализируют о потребностях и побуждают психику и поведение к их удовлетворению.

Подготовленная автором к печати в 1949 г. монография "Чувства, влечения и эмоции" получила положительные отзывы известных физиологов и клиницистов -- Л. А. Орбели, Л. Н. Федорова, Ф. П. Майорова, В. В. Строганова, П. А. Останкова, но отзыв влиятельного рецензента закрыл книге путь к изданию. Причиной, по-видимому, явились идеологические установки того времени, согласно которым советский человек должен был руководствоваться в своих действиях не эмоциями, а сознанием, мышлением. Несмотря на это В. С. Дерябин продолжал отстаивать свою концепцию об определяющей роли потребностей и сигнализирующей о них аффективности в организации поведения. В 1951 г. в ведущих физиологических журналах появляются две его статьи: "Аффективность и закономерности высшей нервной деятельности" и "О путях развития учения И. П. Павлова о высшей нервной деятельности". В них он, опираясь на представления И. П. Павлова о высшей нервной деятельности (1930), привлекает внимание физиологов к изучению чувств, влечений и эмоций, их субстрата -- глубоких структур головного мозга и их активирующего влияния на кору головного мозга (Дерябин В. С., 1951 а, б). Такой подход контрастировал с принятой "Павловской сессией" установкой на изучение доминирующей роли коры головного мозга в регуляции всех жизненно важных функций организма.

После выхода на пенсию в 1951 г. В. С. Дерябин основное внимание уделяет работе над монографией "Чувства, влечения и эмоции" и написанию статей методологического содержания: "Об эмоциях, связанных со становлением в социальной среде", "О потребностях и классовой психологии", "О некоторых законах диалектического материализма в психологии".

Работу над монографией "Чувства, влечения и эмоции" оборвала скоропостижная смерть В. С. Дерябина, наступившая в январе 1955 г. В выступлении на Гражданской панихиде в связи с кончиной В. С. Дерябина академик Л. А. Орбели выразил стремление способствовать опубликованию его работ и в первую очередь монографии "Чувства, влечения и эмоции". Этому помешала смерть Л. А. Орбели, наступившая в декабре 1958 г.

С целью найти пути к опубликованию "Чувств, влечений и эмоций" авторы этого предисловия в июле 1969 г. обратились к тогдашнему ведущему исследователю эмоций у нас в стране профессору Павлу Васильевичу Симонову, которому выслали авторский текст монографии В. С. Дерябина. В октябре того же года в ответном письме П. В. Симонов дал ее оценку. При этом он писал следующее. "Я внимательно ознакомился с рукописью В. С. Дерябина. В свое время работа, несомненно, представляла большой интерес и способствовала материалистическому пониманию физиологических механизмов эмоций. Она и сейчас интересна для историков науки. Что касается сколько-нибудь широкого круга читателей, физиологов и психологов, то на их внимание рассчитывать трудно... Издание рукописи представляется мне малоцелесообразным, оно вызовет недоумение у читателей. Разумеется, это мое мнение может быть и ошибочным. Не следует ли поговорить с товарищами из Научного совета по физиологии в Ленинграде (В. Н. Черниговский, К. А. Ланге и др.)?" (Семейный архив В. С. Дерябина). Следует особо отметить роль Кирилла Александровича Ланге, который сразу высоко оценил значение "Чувств, влечений и эмоций" В. С. Дерябина и в дальнейшем -- его психофизиологических очерков "О сознании", "О Я" и "О счастье" и способствовал их быстрому изданию.

Книга "Чувства, влечения, эмоции" в значительно сокращенном варианте была опубликована в 1974 г. в издательстве "Наука" (Дерябин В. С., 1974) и вызвала широкий читательский интерес, а также отклики физиологов (Лапина И. А., Забродин О. Н., 1975) и психиатров (Лебедев Б. А., Коган С. И., 1976). Оригинальный авторский текст, насчитывающий 508 страниц машинописи и носящий название "Чувства, влечения и эмоции", был сокращен более чем на треть. Был опущен подзаголовок монографии "Опыт изложения с психофизиологической точки зрения". Отчасти это было связано с ограниченным объемом издания. Значительное место (44 страницы) заняло редакторское предисловие, которое "потеснило" авторский текст.

Редакторы книги "Чувства, влечения, эмоции" В. М. Смирнов и А. И. Трохачев в кратком предисловии "Об авторе" писали: "Книга эта -- своеобразная энциклопедия человеческих чувств, систематизированное научное описание внутренних состояний и внешнего поведения людей, переживающих горе и счастье и испытывающих ненависть, гнев, страх, материнскую любовь. Главное в книге В. С. Дерябина -- семиология физиологических и патологических эмоций, чувств и влечений" (Смирнов В. М., Трохачев А. И., 1974, с. 6).

Таким образом, редакторы в оценке монографии В. С. Дерябина делали упор на внешнюю, описательную сторону его работы, с чем трудно согласиться. В связи с таким подходом в принятый к опубликованию текст не вошли разделы, которым сам автор придавал принципиальное значение. К ним относятся: "Чувствительность внутренних органов", "Роль симпатической нервной системы при боли", раздел, посвященный социальной психологии, и некоторые другие. Кроме того, нередко и сохраненные разделы были существенно сокращены.

Вместе с тем книга содержит ряд положений, высказанных впервые. К ним в первую очередь следует отнести развитие представлений Э. Блейлера (1929) об аффективности -- чувствах, влечениях и эмоциях в психофизиологическом аспекте на основе их генетической связи и общих функций в организме по удовлетворению его потребностей. Об этом В. С. Дерябин (1974, с. 247) писал, завершая монографию: "Изложенные факты дают основание трактовать чувства, влечения и эмоции как психофизиологические процессы, понимание которых может быть достигнуто при рассмотрении их с эволюционной точки зрения". Далее следует отметить выдвинутое им положение о единой психофизиологической доминанте при влечениях (мотивациях).

В различных классификациях потребностей человека выделяют биологические, органические -- так называемые базовые потребности: потребность в пище, питье, поддержании температуры тела, самосохранении, воспроизведении потомства и т. п. Заслугой В. С. Дерябина представляется то, что указанные потребности человека он видел в единстве с лежащими в их основе потребностями организма в поддержании постоянства внутренней среды -- гомеостаза, в частности физико-химического и биохимического состава крови. По этому поводу он писал в монографии следующее: "органическими влечениями (голод, жажда и т. п. -- О. З.) называются психофизиологические реакции, служащие для сохранения физико-химического постоянства тела и сохранения рода... " (Дерябин В. С., 1974, с. 78). При этом В. С. Дерябин неоднократно подчеркивал, что зависимость "жизненных чувств" (голод, жажда) и связанного с ними эмоционального тона ощущений от отклонений показателей гомеостаза (например, зависимость чувства голода от снижения уровня глюкозы в крови ниже нормы) остается, как правило, за пределами сознания индивида. Это создает у человека иллюзию свободы воли по удовлетворению этих насущных потребностей.

Исследования В. С. Дерябина помогают избавиться и от другой иллюзии -- того, что двигателем человеческого поведения в конечном счете является мышление: "... движущей силой являются эмоции... интеллект сам по себе бесплоден. Ум, освобожденный от влияний эмоций, похож на механизм, из которого вынута пружина, приводящая его в действие. Разум -- только рабочий аппарат" (Дерябин В. С., 2006, с. 1318). По этому же поводу он писал в "Чувствах, влечениях и эмоциях": "Пружиной, приводящей в движение высший сложный психический аппарат, остается аффективность, подвергающаяся также усложнению и развитию в связи с усложнением и развитием всей психики. Влечения, чувства и эмоции, процессы интеллектуальные и воля находятся в неразрывном единстве" (Дерябин В. С., 1974, с. 233). По В. С. Дерябину, аффективность интегрирует психические процессы (внимание, мышление, активность) с целью избавиться от негативных ощущений и эмоций, связанных с неудовлетворенной актуализированной потребностью: подхлестывая страданием и маня наслаждением, организм добивается удовлетворения своих насущных потребностей. Представления В. С. Дерябина о роли потребностей (для животных -- в первую очередь -- в поддержании физико-химического состава тела и сохранении рода) и сигнализирующей о них аффективности (чувств, влечений и эмоций) в организации мышления и поведения по удовлетворению актуализированной потребности нашли успешное развитие в исследованиях П. В. Симонова (1981, 1987) и К. В. Судакова (1971).

Свои исследования Викторин Сергеевич рассматривал как своеобразные начатки человекознания. По этому поводу он писал следующее. "От меня останутся рукописи ("Чувства, влечения и эмоции", "О гордости" ("Об эмоциях, связанных со становлением в социальной среде". -- О. З.), "О Я", "О сознании", "О счастье"). Если хочешь познакомиться с кусочком "Человекознания" -- прочти... Главная часть ("Чувства, влечения и эмоции") написана 20 лет назад (в 1928--1929 гг.). За двадцать лет они не устарели.. Думаю, что в основном они не устареют и в ближайшие 10--15 лет. Там сделана попытка изложить начатки "человекознания" с психофизиологичееской точки зрения" (Дерябин В. С., 2005, с. 75.).

В последние годы в журнале "Психофармакология и биологическая наркология" появилось несколько публикаций из научного наследия В. С. Дерябина -- "О закономерности психических явлений. Публичная вступительная лекция" (стереотипное издание в разделе "История науки", 2006), "Замечания по поводу брошюры И. С. Беритова "Об основных формах нервной и психонервной деятельности"" (2006), "Психофизиологическая проблема и учение И. П. Павлова о "слитии" субъективного с объективным" (2007).

Учитывая широкое внимание к проблеме чувств, влечений и эмоций, монография В. С. Дерябина представляет несомненный интерес для физиологов, психиатров, психологов, в частности для специалистов в области социальной и возрастной психологии, для педагогов и широкой читательской аудитории. Монография доступна пониманию широкого читателя, не перегружена специальной терминологией и, кроме рассмотрения научных вопросов, призвана, по мысли автора, уберечь человека от многих ошибок, связанных с незнанием закономерностей своей психической жизни.

О. Н. Забродин, Л. Н. Дерябин

 Введение

Первым отделом психологии, в который вошло естествознание со своими методами исследования, была физиология органов чувств. Возник отдел психологии, получивший название психофизиологии.

Мюллер, Гельмгольц, Вебер и другие исследователи в свое время внесли огромный вклад в изучение этой области. Естественно-научный подход к этой проблеме позволил четко определить существующую связь между анатомическим строением органов чувств и их функцией; уже Г. Гельмгольц (1929) открыл механизм аккомодации глаза, изобрел офтальмоскоп и тем самым сделал возможным исследование глазного дна, имеющее и посейчас столь важное значение в клинике; возникли физиологические теории цветоощущения и слуха. В первой четверти XX в. были изучены не только нервные окончания в органах чувств, но и пути, по которым идут афферентные импульсы, и отделы мозга, воспринимающие эти импульсы, и соотношение в их работе.

Изучение материальных физиологических процессов, связанных с ощущениями, достигло огромных успехов. Истинное знание дает человеку власть над природой, и это ярко проявилось в тех величайшей важности практических применениях результатов естественно-научного исследования материальных процессов, с которыми связаны ощущения. Психофизиология внесла богатый вклад в учение о глазных и ушных болезнях, в невропатологию, нейрохирургию и некоторые другие разделы медицины.

Телефон, радио, кино тоже теснейшим образом связаны по своей сути с естественно-научными исследованиями в области физиологии органов чувств. Но ограничение понятия "психофизиология" областью физиологии органов чувств является исторически преходящим. Все психические процессы суть в то же время процессы физиологические, другими словами, в изучении психофизиологических явлений должен господствовать принцип психофизиологического единства. Рамки психофизиологии расширялись и будут расширяться по мере успехов изучения материальных процессов, с которыми связаны процессы психические. Для расширения области психофизиологии чрезвычайно много сделал И. П. Павлов. Его учение о высшей нервной деятельности положило начало новой эпохе в изучении материальной стороны психических процессов. По соображениям методического порядка он ограничивался изучением физиологических процессов в больших полушариях коры головного мозга и собрал огромный материал по динамике высшей нервной деятельности. Но его цель изучения шла дальше границ одной только физиологии. Он писал, что с изучением высшей нервной деятельности по методу условных рефлексов "... постепенно открывалась все большая и большая возможность накладывать явления нашего субъективного мира на физиологические нервные отношения, иначе сказать, сливать те и другие" (Павлов И. П., 1951 б, с. 151).

Вслед за физиологией органов чувств следующим разделом психологии, в котором психофизиологическое исследование сделало за последние годы большие успехи, является раздел чувств, влечений и эмоций. Накопился значительный материал, делающий возможным рассмотрение этого раздела психологии с материалистически-монистической точки зрения. Учение об условных рефлексах, выяснение роли вегетативной нервной системы и желез внутренней секреции в этой области, а также установление ряда клинических фактов делают возможными первые шаги в психофизиологическом понимании элементарных психических явлений при влечениях и эмоциях, уясняют общие закономерности во взаимоотношениях коры и подкорковых образований, а также во взаимоотношении мозговых центров и периферии при этих процессах. Назрела необходимость разрозненный экспериментальный и клинический материал подвергнуть синтезу с единой точки зрения. Мы сделали опыт такого систематического изложения фактов в трактуемой области.

Учение о чувствах, влечениях и эмоциях затрагивает интересы физиолога, психолога, врача, в особенности -- врача-психиатра, педагога и каждого, интересующегося вопросами психологии.

Ощущения, возникающие вследствие действия экзогенных раздражений на органы чувств, составляют тот материал, на базе которого возникают процессы интеллектуальные: представления, понятия и проч. Ощущения, возникающие под влиянием раздражений эндогенных, как мы увидим дальше, вызывают такие переживания, как голод, жажда, половые влечения; с ними связано то, что называется самочувствием (например, самочувствие больного, здорового, ребенка, старика), а также эмоции, которые, по мнению некоторых, в своей физиологической основе есть не что иное, как висцеральные и проприоцептивные ощущения. Таким образом, ощущения, связанные с внутренними органами (органические ощущения), получили в настоящее время для психологии столь же важное значение, как и ощущения, возникающие при посредстве органов чувств, воспринимающих внешние раздражения. Поэтому в книге даются краткие сведения о чувствительности внутренних органов. Никто никогда не сомневался, что у человека для восприятия внешних раздражителей есть ощущения зрения, слуха, вкуса, обоняния и осязания. Были известны органы чувств для их восприятия. К этим "штатным" пяти органам чувств наука сравнительно давно прибавила "шестое чувство" -- мышечно-суставные ощущения и рецепторы для соответствующих раздражений (не путать с общераспространенным пониманием "шестого чувства" как интуиции!).

Чувствительность внутренних органов еще в начале двадцатого века подвергалась сомнению. Противоречивые факты не давали возможности составить определенное представление. Наблюдения хирургов при операциях под местной анестезией установили, что большинство органов, в частности вещество головного мозга, легкие, печень, желчный пузырь, кишечник, не чувствительны к прикосновению, разрезанию, разминанию, прижиганию термокаутером, действию различных веществ, но чувствительны оболочки мозга, пристеночная и диафрагмальная плевра и париетальная брюшина. Этим наблюдениям противостояли факты, говорящие против мнения о нечувствительности внутренних органов. В норме мы не различаем ощущений, идущих от отдельных органов тела, но как только вследствие усиленной функции или по причинам патологическим состояние органа более-менее значительно уклоняется от обычного, раздражение переходит порог восприятия и мы начинаем выделять связанные с ним ощущения. Мы ощущаем сердцебиение, страдающие неврозом сердца -- "электросокращения" при экстрасистоле, "трепетание", сжимание в сердце и прочее; при спазмах и вздутии кишечника возникают боли. Внутренние ощущения могут быть источником жесточайших болей. Таковы боли при почечной и печеночной коликах.

Сосредоточение внимания на ощущениях, идущих из внутренних органов, и особенно жалобы больных, страдающих неврозами, показывают, что ощущения от внутренних органов могут быть очень многочисленны. Противоречивость фактов, установленных наблюдениями разных авторов, не давала возможности иметь точное, научно обоснованное представление по данному вопросу из-за отсутствия плодотворного метода исследования. Такой метод исследования дала отечественная физиология. Еще в 1863 г. И. М. Сеченов писал в "Рефлексах головного мозга": "... мышечное ощущение... само по себе до чрезвычайной степени неопределенно и слабо; по выразительности оно уступает даже любому обонятельному и вкусовому... В акте дыхания, т. е. в расширении и сжимании грудной полости, участвуют очень многие мышцы, анатомически совершенно отдельные друг от друга; и до сознания доходит конкретное ощущение сокращающихся дыхательных мышц, но нет человека, который мог бы из этого общего ощущения выделить то, которое соответствует каждой из сокращающихся мышц отдельно" (Сеченов И. М., 1952, с. 72).

Ощущения, исходящие из органов грудной и брюшной полостей, он назвал "темными". "К разряду же явлений самосознания относятся те неопределенные темные ощущения, которые сопровождают акты, совершающиеся в полостных органах груди и живота. Кто не знает, например, ощущения голода, сытости и переполнения желудка? Незначительное расстройство деятельности сердца ведет уже за собой изменение характера человека... К сожалению, относящиеся сюда вопросы чрезвычайно трудны для разработки, и поэтому удовлетворительное решение их принадлежит будущему" (там же, с. 75). Это будущее стало настоящим благодаря другому великому физиологу -- И. П. Павлову.

Еще в 1894 г., когда сведения о морфологической основе чувствительности внутренних органов были крайне недостаточны, И. П. Павлов сказал на V Съезде врачей в память Н. И. Пирогова, что периферическими окончаниями центростремительных нервов пронизаны все органы, все их ткани, что эти окончания необходимо представлять как крайне разнообразные, специфические, подобно окончаниям нервов органов чувств, приспособленные каждое к своему своеобразному раздражителю -- механическому, физическому или химическому (Павлов И. П., 1951 а, с. 527). Применение изобретенного им гениального метода условных рефлексов разрешило запутанный вопрос о "чувствительности" внутренних органов. Объективное экспериментальное исследование дало твердое основание ему выдвинуть в 1930 г. положение о том, что весь организм со всеми его составными частями может давать себя знать большим полушариям (Павлов И. П., 1951 в). Морфологические исследования (Лаврентьев Б. И., 1947) подтвердили более раннее высказывание И. П. Павлова (1951 а, с. 527) о том, что периферические окончания центростремительных нервов пронизывают все органы и ткани.

Результаты исследований Б. И. Лаврентьева (1947) вкратце таковы. Во внутренних органах им установлено три вида рецепторов: 1) механорецепторы; 2) мышечные рецепторы и 3) хеморецепторы. Сюда следует добавить термо- и осморецепторы. Каждый орган имеет комплексную рецепцию. Например, в сердце эндокард, эпикард, частью миокард снабжены большим числом механорецепторов, сигнализирующих о разных степенях растяжения сердечной стенки. Вместе с тем в миокарде находятся специальные мышечные рецепторы, сигнализирующие о различных степенях сокращения мышечных волокон миокарда. Коронарные сосуды снабжены рецепторами, сигнализирующими о степени расширения артерий, вен и даже капилляров. В области впадения крупных сосудов в предсердие находятся хеморецептивные зоны. Таким образом, и расширение, и сужение сердечных камер, и сокращение волокон миокарда, и состав протекающей через сердце крови находятся под контролем центральной нервной системы. Все три слоя стенок артерий насыщены нервными окончаниями. Во внутренней и наружной оболочке артерий находятся многочисленные механорецепторы, в средней оболочке расположены мышечные рецепторы, стенки крупных сосудов снабжены также хеморецепторными аппаратами.

В лаборатории Б. И. Лаврентьева были установлены во внутренних органах "поливалентные рецепторы". Одно и то же нервное волокно контактирует с несколькими рецепторами, например на сосуде и гладкой мускулатуре, на мышечных волокнах миокарда и коронарных сосудах. Предполагается, что они образуют короткие дуги аксон-рефлексов, при помощи которых, например, в последнем случае могла бы координироваться работа миокарда и коронарных сосудов.

Решающее значение для разработки проблемы чувствительности внутренних органов имело применение в этой области метода условных рефлексов. Открывшаяся возможность исследования функциональных связей коры головного мозга с внутренними органами при помощи условных рефлексов была широко использована К. М. Быковым (1947) и его сотрудниками (Быков К. М., Курцин И. Т., 1960). Было показано, что установленному морфологическим исследованием обилию рецепторов соответствует их физиологическая реактивность на раздражения внутренних органов, что афферентные импульсы, возникающие при раздражении во внутренних органах и тканях, поступают к коре головного мозга, возбуждают соответствующие центры. Таким образом, эти импульсы могут сделаться сигналами, вызывающими по закону временной связи различные деятельности организма.

На основании исследования морфологии и физиологии рецепторных функций внутренних органов получила твердое основание общая схема структуры взаимоотношений коры головного мозга с внешним миром и внутренним миром организма, начертанная И. П. Павловым. Согласно этой схеме, в коре головного мозга вместе с грандиозным представительством внешнего мира через афферентные волокна имеется также и широкое представительство внутреннего мира организма, т. е. состояний, работы массы органов и тканей, массы органических процессов. Структура анализаторов внутренних, как и внешних, слагается из рецепторов, проводящих путей к коре головного мозга и мозгового конца анализатора. Причем деятельность внутренних анализаторов, подчиняясь тем же законам корковой деятельности, имеет и некоторые особенности. Подобно тому как регуляция корой мозга моторики возможна лишь благодаря наличию проприоцептивных афферентных импульсов и расстраивается при нарушении проприоцепции, так и регулирующая и распределительная роль коры головного мозга в отношении внутренних органов, тканей и гуморальных реакций возможна благодаря афферентным импульсам, идущим от внутренних органов.

Как уже отмечалось, в субъективном восприятии мышечные ощущения и ощущения, сопровождающие акты, совершающиеся в полостных органах груди и живота, носят характер "темных" неопределенных ощущений и очень часто остаются вне нашего сознания. И. П. Павлов (1951 б, с. 160) указывал: "Если бы центростремительные импульсы... от всех движений, которые мы исполняем, действительно текли в достаточной степени в большие полушария, то при их массе они являлись бы огромной помехой для сношений коры с внешним миром, почти исключали бы эту их главнейшую роль. Разве, когда мы говорим, читаем, пишем и вообще думаем, наши движения, которые при этом непременно происходят, сколько-нибудь мешают нам?"

В такой же мере эти слова относятся к чувствительности внутренних органов. При их нормальном функционировании мы в большинстве случаев не получаем отчетливых ощущений, а при повышении функции и при заболевании органов до сознания доходят разнообразные ощущения: мы чувствуем удушье, сердцебиение, ощущения в животе, боль, которая может стать в высокой степени мучительной. Необходимо отметить ту особенность чувствительности внутренних органов, что проекция ощущений, вызываемая их раздражением, носит неопределенный характер, ощущения проецируются без точной локализации и проявляют наклонность к ирродиации. У не знающих анатомию лиц отсутствует всякое представление о локализации органов брюшной полости. Даже знакомый с их топографией при болях в животе затрудняется сказать, какой орган заболел. Желчекаменные колики при этом часто называются "спазмами желудка". Если заболевший даже врач, то и тогда при болях под ложечкой он с трудом может решить -- исходят ли они из толстой кишки, желчных путей, желудка или двенадцатиперстной кишки.

Мощное развитие во всех внутренних органах, тканях, сосудах рецепторных аппаратов говорит о чрезвычайных и несравненно больших, чем прежде предполагалось, возможностях висцеральной чувствительности. Но ощущения, исходящие из внутренних органов, как упоминалось, очень разнообразны, причем вследствие сильно выраженной тенденции к их ирродиации и слиянию они точно не дифференцируются и субъективно невозможно судить обо всем их разнообразии. Метод объективного исследования, созданный гением И. П. Павлова, открыл путь к исследованию этой темной области.


 Об авторе

Викторин Сергеевич ДЕРЯБИН (1875--1955)

Видный физиолог и психиатр, ученик и продолжатель дела И. П. Павлова. Родился в селе Соровское Пермской губернии, в семье священника. Учился на физико-математическом факультете Московского университета и на медицинском факультете Мюнхенского университета, где слушал лекции всемирно известного психиатра Э. Крепелина. В 1912-–1914 гг. работал под руководством И. П. Павлова. Защитил в 1917 г. диссертацию на степень доктора медицины. С 1923 г. --- старший ассистент кафедры нервных и душевных болезней Томского университета. В 1927 г. организовал первую в Сибири самостоятельную кафедру психиатрии на медицинском факультете Иркутского государственного университета (с 1930 г. --- Восточно-Сибирский медицинский институт). В 1930-е гг. работал в Ленинграде, в Институте эволюционной физиологии и патологии высшей нервной деятельности. В 1941-–1944 гг. — врач-невропатолог клиники нервных болезней Свердловского медицинского института. С 1944 г. продолжил работу по физиологии в Институте физиологии им. И. П. Павлова и Естественно-научном институте им. П. Ф. Лесгафта

В. С. Дерябин интенсивно занимался вопросами психофизиологии чувств, влечений и эмоций как в клиническом, так и в экспериментальном плане, став одним из первых исследователей эмоций в СССР. В его деятельности отразилось ценное слияние опыта врача-клинициста и ученого физиолога павловской школы. Его монографии "Чувства, влечения, эмоции" и "Психология личности и высшая нервная деятельность", вышедшие через много лет после смерти автора, впитали в себя лучшие достижения мировой физиологии и психологии первой половины XX века, и в то же время многие высказанные в них положения не потеряли актуальности и в настоящее время.

 
© URSS 2016.

Информация о Продавце