URSS.ru - Издательская группа URSS. Научная и учебная литература
Об издательстве Интернет-магазин Контакты Оптовикам и библиотекам Вакансии Пишите нам
КНИГИ НА РУССКОМ ЯЗЫКЕ


 
Вернуться в: Каталог  
Обложка Соболевский А.И. Опыт русской диалектологии: Наречия великорусское и белорусское
Id: 198103
 
209 руб.

Опыт русской диалектологии: Наречия великорусское и белорусское. Изд.стереотип.

URSS. 2015. 112 с. Мягкая обложка. ISBN 978-5-9710-2025-7.
Книга напечатана по дореволюционным правилам орфографии русского языка (репринтное воспроизведение издания 1897 г.)

 Аннотация

Предлагаемая читателю книга выдающегося русского филолога-слависта А.И.Соболевского (1856--1929) представляет собой очерк русской диалектологии, в котором на основании главным образом печатных материалов исследуются особенности русских говоров в их звуках и формах. Автор рассматривает великорусское наречие, в составе которого описывает южно-великорусское, или акающее, и северно-великорусское, или окающее поднаречия, а также белорусское наречие, в котором выделяет цокающие и не цокающие говоры.

Книга рекомендуется лингвистам, историкам языка, этнографам, а также всем заинтересованным читателям.


 Оглавление

Введенiе
I.  Великорусское наречiе
 А. Южно-великорусское, или акающее поднаречiе
 Б. Северно-великорусское. или окающее поднаречiе
  1. Группа не цокающая
  2. Группа цокающая
II.  Белорусское наречiе
 I. Цокающiе говоры
 II. Не цокающiе говоры
Дополненiя
 Указатель губернiй и областей

 Введенiе

Русская дiалектологiя имеетъ много правъ на вниманiе.

1) Каждый изъ насъ, какъ Русскiй, обязанъ обладать хотя бы самыми общими сведенiями о томъ, что такое русскiй языкъ, какъ говорить подъ Новгородомъ, подъ Тулою, около Вильны, Полтавы.

2) Занимающiеся исторiею русскаго языка имеютъ особенную потребность въ знакомстве съ дiалектологiею. Интересуются ли они исторiею звуковъ и формъ, или следятъ за судьбами синтаксическихъ явленiй, словарнаго матерiала, все равно.-они могутъ найти въ современныхъ русскихъ народныхъ говорахъ то, что давно исчезло изъ говора образованная общества, и такимъ образомъ получить ясное представленiе о прошломъ нашего языка. Напримеръ, мы не имеемъ теперь въ своемъ говоре мягкаго ц, которое было (какъ показываютъ памятники) въ древнерусскомъ языке; обращаясь къ народнымъ говорамъ, въ некоторыхъ изъ нихъ мы встречаемся съ этимъ и такимъ образомъ составляемъ себе понятiе о качестве древняго звука.

3) Те, которые изучаютъ древнiе памятники нашей письменности (какъ литературные, такъ и историческiе, юридическiе), чрезъ изученiе дiалектологiи почерпаютъ средства къ пониманiю текста памятниковъ. Значительное чцсло словъ, прежде употреблявшихся во всемъ русскомъ языке и нашедшихъ себе место въ памятникахъ, теперь у насъ, въ нашемъ говоре, неизвестно, но остается въ употребленiи въ другихъ говорахъ. Такимъ образомъ знакомство съ говорами даетъ намъ возможность определить значенiе этихъ словъ. Напримеръ, въ Русской Правде мы находимъ слово олекъ: "аже бчелы выдереть, то 3 гривне продаже, а за медь,-оже будуть бчелы не лажены, то 10 кунъ, будеть ли олекъ, то 5 кунъ". Костромской и шуйскiй говоры объясняютъ намъ это слово. Въ нихъ олекъ-починъ сотовъ. Следовательно, Русская Правда противупоставляетъ улью полному меда, не подрезанному, "не лаженому",- улей съ небольшимъ количествомъ меда, оставленнымъ для пчелъ на зиму. Или, въ Слове Данiила Заточника мы читаемъ: "дивья за буяномъ кони паствити, а за добрымъ княземъ воевати". Слово буянъ въ говорахъ значить: гора, холмъ. И такъ, фразу Слова мы можемъ перевести: хорошо за горою коней пасти (т.е. въ укромномъ, прикрытомъ отъ ветра месте). Конечно, не все слова нашихъ памятниковъ сохраняются въ говорахъ; такъ, слово т ы л е с н ь Русской Правды пока еще ни въ одномъ говоре не нашлось. Но за то и значенiе этихъ словъ останется неизвестнымъ, если лучшая разработка дiалектологiи не дастъ ключа къ ихъ пониманiю.

4) Дiалектологiя имеетъ некоторое значенiе, какъ вспомогательная наука, при изученiи исторiи. Историкъ безпрестанно сталкивается съ такими вопросами, на которые нетъ ответовъ въ летописяхъ и документахъ, но которые могутъ быть разрешены современными говорами. Наиримеръ, существуетъ вопросъ о населенiи верхняго Поволжья, нынешней Ярославской и Костромской губернiй, какого оно происхожденiя, откуда пришло и къ какому большому городу первоначально тянуло. Обыкновенно отвечаютъ на этотъ вопросъ такъ, что-де Поволжье было заселено выходцами изъ новгородской области и первоначально должно было тянуть къ Новгороду. Но большая часть говоровъ названныхъ губернiй довольно ясно отличается отъ говоровъ древней новгородской земли и новгородскихъ колонiй (въ нихъ нетъ мены ц и ч) напротивъ того, они близки къ говорамъ средней Руси (Московской, Тульской и соседнихъ съ ними губернiй). Следовательно, вопросъ о происхожденiи поволжскаго населенiя долженъ быть разрешенъ иначе: Поволжье заселилось съ юга и его жители никогда не тянули къ Новгороду, а составляли одну область съ Моеквою, Муромомъ, Рязанью.

Мы не хотимъ приписывать знакомству съ дiалектологiею какого-либо значенiя для нашего литературнаго языка и не думаемъ, чтобы дiалектическiй матерiалъ могъ пригодиться для обогащенiя и вместе сохраненiя чистоты литературнаго языка. Нетъ сомненiя, вместо того, чтобы заимствовать новыя слова изъ иностранныхъ языковъ,-было бы для насъ несравненно полезнее брать подходящiя по значенiю слова изъ своихъ дiалектовъ. Но мы сомневаемся, чтобы такое пользованiе было часто возможно. Дело въ томъ, что то русское, чего нетъ въ нашемъ говоре и что есть въ соседнемъ, обыкновенно кажется намъ смешнымъ или даже достойнымъ насмешки. Мы не удерживаемся отъ улыбки, когда герой "Жениха изъ ножевой линiи" (Чернышева) говорить хотите; намъ немножко смешно, когда герой "Бешеныхъ денегъ" употребляетъ слово ш а б ё р ъ. Что касается до простаго народа, то онъ почти всегда насмехается надъ своимъ соседомъ, имеющимъ какiя-нибудь, хотя бы незначительныя особенности речи, "дразнить", преследуетъ его особыми поговорками съ этими особенностями (въ роде: курила на уличе яйцо снесла), даетъ ему насмешливыя прозвища (въ роде: ягунъ, отъ формы родительнаго падежа ягс=его, съ г, вместо яво, съ в), вообще обнаруживаетъ къ дiалектическому матерiалу полную нетерпимость.

Наша задача -- указать главныя особенности русскихъ говоровъ въ звукахъ и формахъ, на основанiи почти исключительно печатнаго матерiала. Последнiй такъ скуденъ и отрывоченъ, а часто и старъ, что нашъ очеркъ русской дiалектологiи не имеетъ притязанья на полноту ни въ какихъ отношенiяхъ. Мы убеждены, что намъ не пришлось воспользоваться даже всемъ темъ, чемъ можно бы воспользоваться, но что зарыто въ разныхъ провинцiальныхъ "памятныхъ книжкахъ", календаряхъ, газетахъ. Изданiе въ светъ настоящаго очерка должно показать, какiе говоры до сихъ поръ остаются науке неизвестными и для какихъ она владеетъ данными неполными и неверными.


 Об авторе

Алексей Иванович Соболевский (1856--1929)

Выдающийся русский филолог-славист. Выпускник историко-филологического факультета Московского университета (1878). Действительный член Академии наук по отделению русского языка и словесности (с 1900 года). Его научные интересы касались самых разных проблем и областей: это развитие славянской письменности и история книгопечатания, особенности языка древнейших памятников, развитие звукового и грамматического строя старославянского языка, сравнительная грамматика славянских языков, историческая и описательная диалектология, русская и славянская историческая лексикология, ономастика, топонимика, история литературы, а также этнография и археология. В общей сложности им опубликовано более 450 научных трудов, среди которых "Исследования в области русской грамматики" (1882), "Статьи по славянорусскому языку" (1883), "Общеславянские изменения звуков" (1889), "Древний церковнославянский язык. Фонетика" (1891), "Опыт русской диалектологии" (1897), "Славяно-русская палеография" (1901--1902; 7-е изд. URSS, 2011), а также знаменитые "Лекции по истории русского языка" (первое издание вышло в свет в 1888 году, четвертое -- в 1907 году; 6-е изд. URSS, 2007).

Занимаясь палеографией, Соболевский впервые перенес акцент с описания отдельных рукописей на анализ особенностей графики в их историческом движении. Этот анализ, в свою очередь, требовал не ограничиваться рассмотрением только рукописей XI--XIV веков: Соболевский был первым, кто привлек в свои исследования материал рукописей более позднего времени и даже старопечатных книг. Результатом этого стала возможность дать описание и характеристику крупных школ письменности, определить и проследить признаки южнославянского и западнославянского влияния на восточнославянскую письменность.

 
© URSS 2016.

Информация о Продавце