URSS.ru - Издательская группа URSS. Научная и учебная литература
Об издательстве Интернет-магазин Контакты Оптовикам и библиотекам Вакансии Пишите нам
КНИГИ НА РУССКОМ ЯЗЫКЕ


 
Вернуться в: Каталог  
Обложка Франц К. Общие начала физиологии государства. Пер. с нем.
Id: 197130
 
339 руб.

Общие начала физиологии государства. Пер. с нем. Изд.стереотип.

URSS. 2015. 312 с. Мягкая обложка. ISBN 978-5-397-04948-1.
Книга напечатана по дореволюционным правилам орфографии русского языка (репринтное воспроизведение издания 1870 г.)

 Аннотация

Вниманию читателей предлагается книга немецкого философа и публициста Константина Франца (1817--1891), в которой изложены основные понятия природы государств. Рассматривая государство как живой организм, автор исследует физиологические законы государственной жизни. Описываются составные части и основные свойства государственного тела, рассматриваются функции государственных тел, освещаются вопросы о происхождении государств и об отношении государства к национальности. Исследуются главные виды государственной власти --- власть правительственная, законодательная, судебная и военная, а также взаимное положение государственных властей. Затронута в работе и проблема свободы в государстве, рассматриваются различные принципы политической свободы.

Книга рекомендуется политологам, социологам, философам, всем заинтересованным читателям.


 Оглавление

Предисловие к первому изданию
ГЛАВА I. Составныя части государственнаго тела
 1. О государственной территорiи
 2. О государственномъ обществе
 3. Отличiе государственнаго общества отъ гражданскаго
 4. О суверенитете государственной власти
ГЛАВА II. О происхожденiи государствъ
ГЛАВА III. Объ отношенiи государства къ национальности
ГЛАВА IV. Объ основныхъ свойствахъ государственнаго тела
ГЛАВА V. О природе государственнаго тела
ГЛАВА VI. О целяхъ государства
ГЛАВА VII. О функцiяхъ государственныхъ телъ
ГЛАВА VIII. О государственныхъ властяхъ
 1. О власти правительственной
 2. О власти законодательной
 3. О военной власти
 4. О судебной власти
 5. Общiя замечанiя о взаимномъ положенiи государственныхъ властей
 6. Качества, требующiяся для господства ихъ въ государстве
ГЛАВА IX. О свободе въ государстве
ГЛАВА X. О различныхъ принципахъ политической свободы
ГЛАВА XI. О задаче и методе политической физiологiи

 Предисловие к первому изданию

Авторъ предлагаемаго сочиненiя принадлежите къ числу самыхъ смелыхъ и сильныхъ порицателей современнаго политическаго устройства европейскихъ государствъ и техъ системъ, которыя послужили основанiемъ для современныхъ конституцiй. Указывая на политическiя волненiя и политическiя катастрофы, возобновлявшiяся впродолженiи двухъ последнихъ поколенiй, онъ признаетъ настоящее положенiе болезненнымъ и видитъ главнейшую причину недуга въ хаотическомъ состоянiи государственныхъ отправленiй. По мненiю Франца, войско и судъ, образующiе въ современныхъ государствахъ центръ тяжести, привели къ тому противоестественному состоянiю, что правительство повсюду сделалось военнымъ, а законодательство -- юридическимъ. Последовавшее затемъ чрезмерное развитiе военной силы подавило государства тяжестью налоговъ, а военный характеръ правительствъ устранилъ изъ правительственнаго искусства пониманiе глубокихъ задачъ государственной жизни, ограничивъ правительственное искусство простымъ командыванiемъ, внешней дрессировкой и употребленiемъ однихъ матерiальныхъ средствъ, безъ всякаго воздействiя на умы. Преобладанiе юридическаго элемента въ законодательстве, въ особенности -- въ такъ называемыхъ органическихъ законахъ и, более всего, въ основныхъ государственныхъ законахъ, сводитъ государственную задачу на чисто-юридическую. Приписать гражданами также какъ и властямъ государства, известныя права, распределивъ на главы и параграфы, безъ всякаго вниманiя къ тому, имеютъ-ли подобныя права свою внутреннюю жизнь, -- сделались ныне принадлежностью всехъ континентальныхъ конституцiй. Представительство, при существующемъ стремленiи къ централизацiи, также сделалось подражанiемъ военвой организацiи, основанной на числовыхъ отношеншхъ, такъ что избирательные законы, по словамъ Франца, суть законы о рекрутчине для палатъ.

Въ своихъ резкихъ отзывахъ о господствующихъ воззренiяхъ на явленiя государственной жизни, Францъ опирается, и не безъ основанiя, на свой индуктивный способъ изследованiя предмета, на изученiе действительности. Этого нельзя не оценить въ сочиненiи Франца, темъ более, что вообще господствующий методъ въ политическихъ наукахъ все еще остается метафизическiй, отвлеченный, и предвзятая теорiи, всегда более или менее одностороннiя и ошибочныя, къ несчастно, не перестали еще руководить государственной жизнiю народовъ, нередко расплачивающихся за ошибки философовъ-публицистовъ своей кровью.

Въ этой книге Францъ изложилъ общiя начала физiологiи государства, въ самой ясной и общедоступной форме. Физiологическiй методъ изследованiя о государстве былъ къ большомъ пренебреженiи у ученыхъ, занимающихся наукой о государстве, и потому нельзя не признать особенной заслугой со стороны Франца то, что формулируя въ научной форме свои теоретически изследованiя физiологическихъ законовъ государственной жизни, онъ возводитъ такимъ образомъ физiологiю государства на степень положительной науки.

Помимо всякихъ споровъ о приложимости индуктивнаго или метафизическаго метода къ политическимъ наукамъ, следуетъ заметить, что индуктивный методъ наиболее соответствуетъ вообще духу нашего времени, чемъ методъ метаФизическiй.

Францъ, оканчивая настоящее сочиненiе, обещалъ продолженiе своихъ изследованiй по части политической физiологiи, и одно изъ последующихъ его сочиненiй, именно физiологiя государства, кат основанiе политическихъ наукъ, уже издано въ русскомъ переводе; но не ознакомившись съ "Общими началами физiологiи государства", читатель можетъ встретитъ затрудненiе въ уясненiи себе воззренiй Франца, изложенныхъ въ его последующихъ сочиненiяхъ.

Приведемъ здесь несколько словъ изъ плана, начертаннаго авторомъ для его изследованiй, которыя будутъ обнимать: организацiю государственныхъ телъ, развитiе ихъ и элементарное физiологическое ученiе, разсматривающее государственныя тела какъ самобытное целое; но такъ какъ съ природою государствъ сопряжены многiя существенныя жизненныя условiя, стоящiя вне ихъ, то эти условiя и взаимодействiе техъ и другихъ, по плану автора, должны быть также изследованы физiологически. "Государства, говоритъ Францъ, связаны съ землею, какъ съ основанiемъ своимъ. Составныя части, которыя образуютъ ихъ, принадлежать гражданскому обществу. Исторiя составляете среду, въ которой оне живутъ. Наконецъ, солнцемъ, согревающимъ и освещающимъ ихъ, являются художества, науки ирелигiя". Это также послужитъ матерiаломъ для' изследованiя отношенiя государствъ къ земле, къ гражданскому обществу, къ исторiи и къ царству духа.

По мысли Франца, цель его труда преимущественно состоитъ въ томъ, чтобы хоть сколько-нибудь содействовать къ разрушенiю фантастическихъ представленiй и схоластическихъ формъ, затемняющихъ правильность общественнаго сужденiя и препятствующихъ правильному взгляду на действительное положенiе политическихъ делъ. "И если многiя политическiя сочиненiя, -- говорить авторъ,- имеютъ целью пропагандировать мненiя или интересы партiй, то моя цель состоитъ въ томъ, чтобы дать читателю возможность судить самому".

Прочтя сочиненiе Франца, читатель невольно задастъ себе вопросъ: къ какимъ же выводамъ приводить теорiя автора, какой же политически идеалъ создалъ онъ себе, какую политическую систему предпочитаетъ онъ ныне существующей и отвергаемой имъ?

Чтобы удовлетворить этому естественному вопросу, мы резюмируемъ идеи Франца, имея въ виду также способствовать темъ полноте впечатленiя, производимаго настоящимъ его сочиненiемъ:

Признавая ложнымъ существующее ныне въ конституцiонныхъ государствахъ отделенiе правительственной или исполнительной власти отъ законодательной, Францъ полагаетъ, что первая гарантiя политической свободы заключается въ томъ, чтобы законодательный учрежденiя имели известную долю и власти правительственной, или исполнительной. Вообще Францъ, нападая на принятое въ современныхъ государствахъ строгое разделенiе властей, видитъ изцеленiе современнаго недуга въ такомъ распределенiи властей, чтобы власть была неразлучна съ силой. Въ существующемъ же порядке, где сила составляетъ почти исключительную принадлежность исполнительной власти, Францъ видитъ зародышъ военнаго деспотизма, къ которому въ непродолжительное время должна придти Европа, и безпрерывныхъ войнъ.

"Если хотите основать или обезпечить народную свободу, какъ это и имеютъ въ виду новейшiя конституцiи,-говорить Францъ,-то прежде всего следовало бы действовать въ томъ направленiи, чтобы народу дано было участiе въ правительственной власти, и соответственно этому строить новыя учрежденiя, вместо того, чтобы обезпечивать народу участiе въ законодательстве, и на этомъ только основывать конституцiи".

Францъ стремится доказать, что всеобщая федерацiя должна быть признана целью европейской политики; осуществленiе же этого должно быть достигнуто темъ, чтобы постепенно и мало по малу придавать политическому развитiю федеративное направленiе, руководствуясь истиннымъ историческимъ пониманiемъ государственнаго развитiя и самой сущности федерацiи, а не внешностью федеративной формы.

Достойно замечанiя, что авторъ, не смотря на то, что онъ немецъ и пруссакъ, оплакиваетъ то "тупоумное равнодушiе, съ какимъ допустили разложенiе стараго Германскаго Союза, на который между темъ следовало бы смотреть, какъ на существенную основу европейской Федерацiи".

Вообще же, -- говорить Францъ, -- федерацiя безъ федеративная духа есть пустая скорлупа, и она не можетъ существовать, если онъ не проникаетъ всехъ ея элементовъ. Если централизуютъ государство внутри и потомъ хотятъ сделать его членомъ федерацiи, то тутъ одно другому противоречитъ.

Относительно представительства, авторъ разделяетъ то мненiе, что воля не можетъ быть переносима отъ одного лица на другое; переносить свою волю на другихъ -- значить лишиться своей воли и, следовательно, попасть въ рабство. Поэтому, если хотятъ, чтобы въ государстве господствовала воля народная и чтобы въ особенности законодательство было выраженiемъ народной воли, то народъ долженъ самъ давать законы, и это не должно делаться чрезъ депутатовъ. Допуская разъ, что народъ долженъ давать законы, какъ этого требуетъ современная демократiя, необходимо допустить и вышеизложенное заключенiе,-говорить Францъ.

"Настоящая система представительства, по мненiю Франца, уничтожаетъ самое себя; но темъ не менее представительство не только возможно, но и необходимо. Оно есть потребность и можетъ иметь действительное место, но только не на фиктивномъ основанiи передачи воли чрезъ избранiе.

"Воля не передаваема, но легко можетъ произойти некоторая общая воля, вследствiе постояннаго сожительства людей въ известномъ ограниченномъ кругу. Такъ какъ воля не есть отдельная вещь, а связана со всею человеческою жизнью, сообщiя убежденiя, нравы и привычки, съ другой стороны-общiя потребности и интересы, могутъ такъ тесно связывать людей, что они въ известномъ отношенiи составятъ одно тело или одну корпорацiю, состоящую изъ главы и членовъ, общая воля которыхъ всего проще выражается главою. Не следуетъ это разуметь такъ, что будто отдельные члены перенесли на главу свою частную волю, но такъ, что воля целаго концентрируется въ главе такой корпорацiи вследствiе реальнаго жизненнаго общенiя. Далее, представимъ себе, что множество такихъ обществъ существуютъ рядомъ, который связаны общею нацiональностью или исторiею, а также многими другими общими потребностями, выходящими за пределы деятельности отдельныхъ корпорацiй, и поэтому самому соединились въ одно большое целое-которое именно и есть государство. Если примемъ это, то не будетъ никакого внутренняго противоречiя, если все эти частныя тела изберутъ депутатовъ для совещанiя и решенiя делъ, касающихся всехъ. Эти депутаты составляютъ собранiе, где дела решаются большинствомъ голосовъ, которому естественно должны подчиняться отдельные члены, какъ услонiю неизбежному для пользованiя благодеянiями государственной связи.

"Это было бы тоже представительство, но совершенно другаго характера, чемъ представительство по ходячей теорiи. Главные пункты здесь следующiе. Само собою разумеется, что такiе депутаты могутъ выходить только изъ корпорацiй, которыя ими представляются. Это есть основное условiе, безъ котораго всякое представительство есть внутренняя неправда. Конечно, обществами избирающимъ депутатовъ, при этомъ было бы желательно связать ихъ инструкцiями, но это ослабило бы государственное общенiе и парализировало бы совещанiя. При всемъ томъ, депутаты остаются ответственными предъ своими корпорацiями и могутъ быть отозваны ими во всякое время. Но въ такомъ случае они должны мириться съ темъ, что совещанiя будутъ продолжаться и безъ ихъ представителей. Но самое собранiе-мы назовемъ его сеймомъ -- можетъ решать только те дела, которыя выходятъ за пределы компетентности отдельныхъ корпорацiй и прямо признаны за государственныя дела, -- во внутреннее же устройство отдельныхъ корпорацiй оно не должно вмешиваться. Еслибы при всемъ томъ потребовались измененiя въ этомъ отношенiи, то они совершаются не законодательнымъ путемъ, а путемъ сделки. Это прямо следуетъ изъ такой системы, ибо здесь представительство основывается не на индивидуумахъ, а на корпорацiяхъ, которыя должны поэтому иметь прочное существованiе. Точно такъ, какъ, даже по господствующей теорiи, законодательство не можетъ располагать частными правами индивидуумовъ, такъ и здесь оно не располагаетъ правами корпорацiй, которыя составляютъ основу государства. При этомъ могутъ существовать многiя другiя корпорация, которыя не имеютъ такого фундаментальнаго характера и которыя потому подчиняются общему законодательству. Но каковы должны быть эти фундаментальный корпорацiи, этого сказать вообще нельзя. Это могутъ быть общины, округа или провинцiи, или сословныя корпорацiи. Где-нибудь должна быть твердая точка опоры, поставляющая границы даже самому законодательству, иначе опять можно придти къ индивидуализму. А къ чему ведетъ всемогущество законодательства, это достаточно показало последнее время. Все корпорация, особенно общины, стали тенью. Какъ же имъ ожить снова, пока надъ ними виситъ Дамокловъ мечъ всемогущаго законодательства, пока ихъ внутреннее устройство можетъ быть во всякую минуту изменено свыше? Такъ, напр., это случилось въ Пруссiи съ городскимъ уставомъ, существовавшимъ до конституцiи. Города не желали никакихъ измененiй, но ихъ навязала имъ высокая мудрость палатъ, и мы видимъ теперь последствiя этого.

Съ техъ поръ вмешательство правительства все более и более расширяется, и городская вольность становится пустымъ звукомъ.

"Едва ли нужно прибавлять, что по какой системе депутаты представляютъ только соответствующiя корпорацiи; при этомъ не создается фикцiи, будто они представляютъ целый народъ. Но когда они соединяются въ собранiе, тогда, конечно, это собранiе представляетъ народъ, именно потому, что народъ состоитъ изъ всехъ техъ элементовъ, изъ которыхъ каждый имеетъ здесь своихъ отдельныхъ представителей. Поэтому, посредствующимъ образомъ компетентность отдельнаго депутата простирается и на всю страну, но не непосредственно. Уже изъ предъидущаго ясно видно, что это не просто Формальное различiе. Последствiя его для практики неисчислимы. Ибо именно та фикцiя, что всякiй депутатъ непосредственно представляетъ народъ, подкопала всякую корпоративную самостоятельность, такъ какъ вследствiе этого исходнымъ пунктомъ совещанiй была не самостоятельность отдельныхъ корпорацiй, а нацiональное единство, которое до сихъ поръ носится призракомъ во всехъ современныхъ конституцiяхъ. Этому Молоху единственно приносится въ жертву вся свобода членовъ.

"Такимъ образомъ, всякое истинное представительство должно опираться на федеральныя основы; безъ нихъ оно будетъ заключать въ себе внутреннюю неправду, изъ чего въ практике можетъ произойти только система миражей, если не открытый обманъ. Поэтому, желать представительнаго государственнаго устройства-значить или желать федеративныхъ отношенiй, или ничего не значить. Централизацiовныя тенденцiи делаютъ неустройства-значить или желать федеративныхъ отношенiй, или ничего не значить. Централизацiовныя тенденцiи делаютъ невозможнымъ всякое представительное государственное устройство. Это доказываетъ примеръ Францiи".

Таковы идеи и система Франца, краткимъ изложенiемъ которыхъ, заимствованнымъ изъ последующихъ его сочиненiй, мы признали нужнымъ дополнить его "Общiя начала Физiологiи Государства".

1 августа 1870 г.


 Об авторе

Константин ФРАНЦ (1817--1891)

Немецкий философ, публицист и общественный деятель. Родился в городе Бёрнэке (Саксония), в семье пастора. В 1836--1840 гг. учился в университетах Галле и Берлина; изучал математику и философию. С 1844 г. состоял на государственной службе в Пруссии. В 1852--1856 гг. занимал пост канцлера Генерального консульства в Барселоне (Испания). В 1862 г. вышел в отставку и целиком посвятил себя исследованиям в области государственных и общественных наук и публицистике; при этом он продолжил свое образование, а также совершил несколько поездок, в том числе по Восточной Европе.

В своих трудах Константин Франц предлагал создать на территории Центральной Европы обширное федеративное государство. Будучи убежденным противником первого канцлера Германии О.фон Бисмарка и в то же время экспансионистом, он полагал, что сами немцы настолько перемешаны со славянами, что не должны создавать собственного национального государства; вместо этого нужно работать над строительством интегрированной в экономическом и культурном отношении Срединной Европы. Это государство должно было ограничить влияние на европейские дела "мировой тетрархии" (куда Франц включил Англию, Францию, США и Россию). При этом Срединная Европа должна была находиться под германским руководством, что, однако, не означало бы гегемонии немцев, а лишь гарантировало защиту будущего Европы со стороны Германии. Выход Австрии из Германского союза в 1866 г. Франц считал большим шагом назад, надолго отдаляющим решение основных задач европейской политики. Известность получили его работы: "Исследования по европейскому равновесию" (1859), "Новая Германия" (1871), "Закат старых партий и политика будущего" (1878), "Мировая политика" (1882) и другие.

 
© URSS 2016.

Информация о Продавце