URSS.ru - Издательская группа URSS. Научная и учебная литература
Об издательстве Интернет-магазин Контакты Оптовикам и библиотекам Вакансии Пишите нам
КНИГИ НА РУССКОМ ЯЗЫКЕ


 
Вернуться в: Каталог  
Обложка Ванейгем Р. Письмо моим детям и детям грядущего мира. Пер. с франц
Id: 195935
 
303 руб.

Письмо моим детям и детям грядущего мира. Пер. с франц

2015. 116 с. Мягкая обложка. ISBN 978-5-87987-095-4.

 Аннотация

Новая книга бельгийского философа, бывшего участника Ситуационистского интернационала, известного своими работами "Революция повседневной жизни", "Сопротивление христианству" и "Бесцеремонная история сюрреализма". Издание представляет собой цикл коротких эссе, посвященных критике современной цивилизации и идеям свободного и праздничного общества.


 Прочитать главу из книги: "Чтобы распрощаться с бесчеловечным прошлым"

Дабы ясно и со знанием дела говорить о некоторых вещах, позвольте мне вернуться к этому настоящему колдовскому котлу, каким предстаёт наш сегодняшний день. В нём и вправду кипят, бултыхаясь, худшие ингредиенты прошлого и невероятно сильные приворотные снадобья.

Мне думается, будущее находит свои компоненты в некоей неугасимой воле к жизни, той самой воле, благодаря которой люди, несмотря ни на что, всегда встают на ноги, как бы сильно войны, истязания, эпидемии, голод и стихийные бедствия ни прогибали и ни унижали их.

Крах экономики, по сути своей основанной на эксплуатации земной и человеческой природы, пробуждает и разжигает безудержную силу, свойственную нашему телу и ощутимую во всём живом.

То, что живёт внутри и вокруг нас, способно заложить фундамент человеческого общества, не прибегая к обычному сопротивлению, выходя за пределы яростного неповиновения, в котором так долго простаивала человеческая творческая способность.

Помогать рождению цивилизации, с большим трудом отделяющейся от разорённого мира, — задача не из лёгких. Создание таких условий, которые бы не дали нам сделать ни шагу назад, требует неусыпного внимания.

Что следует понимать под «шагом назад»? Наверное, проще всего ответить на этот вопрос, если вспомнить те условия, в которых вело борьбу моё поколение.

Я вовсе не собираюсь рассказывать о том, как вам повезло, что вы не застали тягот прошлого. Я всего лишь хочу предостеречь вас от того отлива, который могут вызвать волны отчаяния, внезапно поднявшиеся из сомнений и тяжкого бремени ответственности за воссоздание мира.

Сколько раз история впадала в коллективное безумство, а цивилизованное поведение превращалось в непредсказуемую дикость? Вспомните, как немецкая демократия тридцатых годов утонула в нацистском ужасе!Научитесь же истреблять ab ovo всякую попытку упрочить или восстановить какую бы то ни было форму бесчеловечности!

Сознание жизни может порой задремать, но оно никогда не угасает. Оккупационное движение мая 1968 года повсюду развеяло зёрна радикального мышления, и оно непременно принесёт миру весну, какими бы суровыми ни были зимы.

В 1968 году было покончено с патриархатом, этой системой, где главенство отца семейства над женой и детьми служило образцом для власти, которой обладали Государство и иерархия господ, каскадом сходящая с высших до низших ступеней социальной лестницы. И даже те режимы, где преобладает ещё сельский строй, будут уничтожены в ходе восстаний каких-нибудь магрибских стран, вновь охваченных духом Французской революции.

Вас не коснётся это жуткое главенство армии или чудовищная всеобщая воинская служба, что обучает людей убийству, насилию, ненависти, презрению и ксенофобии. И хотя полиция по-прежнему выполняет карательную функцию, порученную ей Государством, намного меньше вероятность того, что очередной легавый будет в четыре часа утра выламывать вам дверь прикладом.

Христианство долго царствовало, пытало, истребляло всех с криками «любите друг друга», теперь же оно превратилось лишь в некий устаревший фольклорный обряд. Демократия супермаркетов выставила Библию на одну полку с фаллоимитаторами. Ислам, популярность которого наводит на мысль о религиозном рецидиве, ждёт та же участь. В сопротивлении исламизму, служащему прикрытием для аферистских криминальных сообществ, мусульманскую демократизацию поглотит, точно гигантский лист промокательной бумаги, общественная борьба, которую повсюду порождает тоталитаризм финансовых держав.

Вам не придётся больше видеть яростную ненависть в отношении женщины, ребёнка или природы, поводом которой служит мужское хищническое тщеславие. В пятидесятых годах женщина, избитая и униженная главой семьи, или ребёнок, с которым плохо обращались и к которому подчас применяли насилие, вызывали в качестве реакции скорее скабрёзные шутки, нежели возмущение.

Прошло несколько веков, прежде чем была отменена смертная казнь, посредством которой лицемерное общество изгоняло своё неизбывное чувство вины. Сейчас остаётся лишь обновить юридические основы, чтобы покончить с тюремной системой и стереть с лица земли позорные пятна темниц.

Возведение труда в культ становится отныне частью циничного шутовства банкиров и их государственных холуев. Обвиняя в паразитизме безработных и пенсионеров, капитализм-паразит сам закрывает предприятия, превращая их в биржевые ставки. Он устраняет полезный труд в приоритетных отраслях (в металлургии, текстильной промышленности, образовании, здравоохранении, транспорте, сфере почтовых услуг), выдвигая на первый план иной труд, выполняемый единственно ради зарплаты, заработанной и тотчас же потраченной на товары потребления.

Вас не затронут идеологические распри, поглотившие предыдущие поколения, эти столкновения абстрактных слов — вроде древних библейских толкований и переложений туманных догм — в которых марксизм, ленинизм, фашизм, фрейдизм и всевозможные виды ярого уклонизма выбивали почву из-под ног лидеров движений и заливали траншеи кровью активистов.

Я всегда с осторожностью относился к активизму. Я не отрицаю эффективности «мобилизации» общественного сознания. Я признаю, что количество предрассудков и несправедливостей убавилось перед лицом массового негодования и доблестного сопротивления гнёту. Но активизм изначально пахнет гнильцой: как можно построить настоящее единство личного и общественного счастья на жертвенности и самоотречении?

То, что отдаёшь, нельзя сберечь. Целесообразность и решимость человеческого поведения обладают иными свойствами. Дыхание жизни неожиданно толкает индивида на отказ от невыносимых вещей (таковыми стали притеснения со стороны Государства для Дэвида Торо, апартеид для Розы Паркс). Активисты принимают эстафету, они становятся рупором общественного мнения. Но если бунтарь создаёт зону турбулентности и резонирующих звуков, которые нарушают оцепенение, пробуждают сознание и сокрушают стену смирения, то активист отдаёт радость творчества в жертву пропаганде. Самый смысл освобождения теряется, выливаясь в обязательство, в моральный долг.

Публикуется по изд.: Ванейгем Р. Письмо моим детям и детям грядущего мира / Пер. с франц. М. Лепиловой. М.: Гилея, 2015 (серия "Планы на Будущее").

 
© URSS 2016.

Информация о Продавце