URSS.ru - Издательская группа URSS. Научная и учебная литература
Об издательстве Интернет-магазин Контакты Оптовикам и библиотекам Вакансии Пишите нам
КНИГИ НА РУССКОМ ЯЗЫКЕ


 
Вернуться в: Каталог  
Обложка Славин Б.Ф. Социализм и Россия
Id: 166772
 
329 руб.

Социализм и Россия. Изд.2

URSS. 2013. 432 с. Мягкая обложка. ISBN 978-5-397-03427-2.

 Аннотация

Что такое социализм? Почему он потерпел крушение в СССР? В чем различие "старого" и "нового" социализма? Есть ли у "нового" социализма будущее? Что происходит в России на социал-демократическом направлении? Каково сегодня отношение левых сил к марксистскому наследию? Чего не понимают и в чем ошибаются критики и противники социалистической идеи? На эти и другие актуальные вопросы теории и истории социализма читатель найдет ответ в данной книге. Ее автор, Борис Славин --- известный политолог и публицист, пишущий на острые темы политической и духовной жизни современной России.

Книга носит полемический характер, написана живым и ясным языком. Она рассчитана на всех интересующихся политикой, теорией и историей социализма.


 Оглавление

Введение
1 О природе социализма
 Философия идеи
 От социалистической идеи -- к реальности
 Перестройка: преодоление тоталитаризма
 О "белых пятнах" теории социализма
 Идеи самоуправления и собственности в теории и истории социализма
 О "новом" и "старом" социализме
2 На социал-демократическом направлении
 "Третий путь" российской социал-демократии
 "Новый социализм" для "новой социал-демократии"
 Какой видится социал-демократическая программа
 Российская социал-демократия: критерии идентичности
 Еще раз о социализме и социал-демократии
 "Правое" и "левое" в России и социал-демократии
 Станет ли Россия социал-демократической страной?
3 Россия как она есть: взгляд слева
 Октябрь с высоты XXI века
 Кто же определяет ход истории?
 О социальной структуре общества и политическом плюрализме
 Политическая элита: прошлое, настоящее, будущее
 Что показала модернизация советского и российского общества?
 Откуда и куда идет Россия Путина? (О стратегии развития страны)
 Какая идеология нужна России?
4 Россия и будущее человечества
 О глобализации
 Какой миропорядок лучше?
 О проблеме войны и мира и "новом мышлении"
 О диалоге цивилизаций
 Контуры грядущего: параллели сходятся
5 Марксизм: что наследуем и что отвергаем?
 О социальном идеале Маркса
 Замечательный учитель рабочего класса
 Человек, повернувший историю
 Последний бой революционера
 Социализм или сталинизм?
 Об идеях Троцкого в контексте современности
6 Оскорбление идеи: полемические заметки
 О нищете какого марксизма говорим?
 Идея, оскорбленная невежеством
 Отказ от марксизма погубит компартию
 Самоуправление нужно, но какое?
 Бегство от реальности, или Новая теория социализма Вадима Межуева
 Почему советское общество не было буржуазным?
Заключение
Приложение
 1. Исторические судьбы социализма: ответ критикам
 2. Манифест новых социалистов

 Из введения

"Конкретное понимание социализма, точно так же как и он сам, является продуктом борьбы, которая ведется за него".
Д.Лукач

В начале третьего тысячелетия призрак социализма вновь появился на горизонте капиталистической действительности как возможная и реальная альтернатива решения существующих проблем человечества.

Факты прошлой и современной истории упрямо свидетельствуют, что действительность буржуазного общества за столетия своего существования так и не сумела снять ключевое противоречие между трудом и капиталом: максимум, что ей удалось, -- это смягчить и модифицировать его в развитых странах мира. Одновременно современный капитализм породил новые проблемы, связанные с острыми противоречиями процесса глобализации, международным терроризмом, экологической безопасностью населения земли, растущим антагонизмом между Севером и Югом, социальной беззащитностью эмигрантов в развитых странах, трагедией народов Югославии и Ирака, двукратным падением жизненного уровня народов России. Нет никакой уверенности, что капитал в принципе может решить эти или подобные проблемы. Там, где есть корыстные интересы наживы, страдания простых людей будут продолжаться.

Вместе с тем продолжается и нарастает борьба против власти капитала. В последнее время в Америке и Европе все большую силу набирают акции, направленные против политики капиталистической глобализации, проводимой МВФ и другими международными финансовыми и политическими организациями. Достаточно вспомнить в этой связи мощное выступление аргентинского народа против неолиберальной политики властей, многочисленные демонстрации антиглобалистов, прошедшие под антикапиталистическими лозунгами в Генуе, Сиэтле, Праге, Порто-Алегро, Флоренции и других городах мира.

Как и прежде, забастовки рабочих, фермеров, транспортников продолжают потрясать страны развитого капитализма.

Аналогичные процессы происходят и в новой буржуазной России, где постоянно требуют улучшения условий труда шахтеры, повышения зарплаты авиадиспетчеры, а горожане солидарно выступают против попыток правительства переложить на плечи населения тяготы коммунальной реформы. О желании взять предприятия в собственность все чаще высказываются трудовые коллективы. Антикапиталистические акции энергично проводит российская молодежь. Ее внушительные демонстрации в Москве в последние два года стали для властей полной неожиданностью. Одним словом, современная история подтверждает старую истину: пока жив капитализм, будет жить и социализм как его порождение и отрицание.

Опыт и логика истории показывает, что только строй, опирающийся на власть человека труда, на бескорыстные интересы народных масс, может решить острейшие проблемы эксплуатации одной частью общества другой, ликвидировать разрыв между уровнем жизни народов Севера и Юга, создать нормальную среду обитания, прекратить террор и насилие, установить мир на земле. Таким общественным строем и является социализм, призванный историей преодолеть на практике отчуждение трудящихся от собственности, власти и культуры, решить, казалось, неразрешимые социально-экономические, национальные и духовные противоречия современного буржуазного общества.

Особенно нуждается в социализме современная Россия, переживающая второе пришествие капитала. Чем глубже буржуазные отношения входят в плоть российской действительности с ее атрибутами поклонения "золотому тельцу", общественного неравенства, непрекращающихся национальных и социальных конфликтов, безработицы и низкопробной массовой культуры, тем больше людей поворачиваются к социализму с его идеалами свободы, справедливости, солидарности, равенства и интернационализма.

По мере становления и укрепления капитализма в России усиливается его неприятие трудящимися. По данным социологов, более половины россиян сегодня негативно оценивают "плоды" радикальных неолиберальных реформ. При этом некоторые из них требуют невозможного: вернуться в прежний, сугубо бюрократический советский социализм, лишь бы были осуществлены государственные гарантии трудовой занятости, регулярной выдачи зарплаты и социальной защищенности.

Наука видит в социализме такое общество, в котором власть принадлежит трудящимся и служит удовлетворению их интересов. К сожалению, бывшая советская власть на практике не всегда выражала и удовлетворяла эти интересы. Мало того, она нередко направлялась против них: незаконные массовые репрессии в сталинские времена, нарушение социальной справедливости и двойная мораль в брежневскую эпоху, неумение вовремя "оседлать" научно-техническую революцию и поднять жизненный уровень народа в 1980Не годы подтверждают это. Именно эти негативные явления послужили, в конечном счете, причиной ее крушения в начале 1990Нх годов.

Тем не менее нельзя сбрасывать со счетов те завоевания трудящихся, которые были рождены Октябрьской революцией и наглядно проявились в ликвидации остатков средневековья и социально-экономического неравенства, в решении проблемы трудовой занятости и удовлетворении основных потребностей населения, индустриализации и создании стабильной системы социальной защиты, в массовом образовании, передовой науке и культуре. Эти завоевания трудящихся до сих пор во многом продолжают стабилизировать политическую обстановку в России, во второй раз переживающей первоначальное накопление капитала со всеми вытекающими отсюда негативными, а иногда и трагическими последствиями.

Умение видеть противоречивость реального капитализма и социализма, их сильные и слабые стороны дает возможность правильно наметить линию в спорах о прогрессивности социалистической идеи.

В начале 90Нх годов прошлого века сторонники буржуазных преобразований в России утверждали, что "социализм умер" и "никакого второго дыхания" у него не будет. Сегодня мы видим, что "слухи о его смерти" были большим преувеличением. Подтверждением этому служат не только миллионы людей, отдающих свои голоса за левые партии в странах капитала, не только успехи социалистического строительства в Китае, но и признания самих представителей правящей элиты в России, вынужденных говорить о преимуществах "социал-демократической идеи" и "социал-демократической сущности российского общества".

Несмотря на подобные высказывания и декларированные в Конституции идеологический плюрализм и свободу слова, неприятие левых взглядов в официозных средствах массовой информации является характерной чертой политической жизни современной России. Это во многом затрудняет распространение социалистической идеологии, приобщение к ней широких слоев общества. Однако это обстоятельство не должно мешать ее современному критическому осмыслению, обновлению и развитию. Напротив, только такой подход к истории и теории социализма может привлечь новые поколения россиян к левым ценностям и идеалам.

Прежде всего, нельзя понять исторический оптимизм сторонников левой идеологии, не разобравшись в сути социалистической идеи. Что же собой представляет идея социализма в ее философской и научной аутентичности? Каковы ее характерные признаки? Как ее следует понимать после крушения реального социализма в СССР и странах Восточной Европы? Какие изменения происходят с ней в современную эпоху глобализации и информатизации общества? Наконец, на каких теоретических и методологических основах базируется ее современная критика? На эти и другие вопросы я пытаюсь ответить настоящей книгой, куда включены мои статьи разных лет.

Содержание данной книги пронизано одним стремлением -- не дать совершиться исторической несправедливости, когда идейное невежество, опирающееся на политическую конъюнктуру и мнимые истины, пытается бросить тень на истины и идеалы, выработанными лучшими представителями человечества.

Надо прямо сказать, что на рубеже 80Нх и 90Нх годов XX столетия было непросто отстаивать в России историческую правоту социалистических идеалов, ибо действительность сошедшего с исторической арены советского социализма явно проигрывала реальности развитых капиталистических стран по многим параметрам качества и уровня жизни простых людей. А то, что было хорошего в нем, либо не замечалось, либо считалось само собой разумеющимся. Тогда считали (а некоторые считают и сегодня), что утверждение капитализма в России породит чудо и все мы в одночасье окажемся в обществе благоденствия и стабильности. И так думали не только простые люди, но и ученые, и политики вроде Бориса Ельцина, раскаявшегося в этом публично лишь в конце своей политической карьеры.

В этой связи вспоминаются гимны капитализму, пропетые такими экономистами, как В.Селюнин, Л.Пияшева, Е.Гайдар и др. Вздорность и ангажированность этих гимнов была очевидна уже тогда многим трезвомыслящим обществоведам. Исключение составляли лишь те доморощенные "неистовые ревнители" либерализма из бывших идеологов КПСС, которые до сих пор не хотят понять, что "цивилизованный капитализм" не может появиться в России в одночасье. Да и "цивилизованность" его во многом не выдерживает объективной критики. Чтобы лишний раз убедиться в этом, достаточно посмотреть на последствия цивилизаторской миссии данного капитализма в Аргентине или Венесуэле. Попытка же насадить его в стране, которая когда-то от этого исторического пути отказалась, приводит на практике только к хроническому всеобщему кризису, если не к катастрофе.

Характерны в этом отношении слова одного известного экономиста из плеяды новоиспеченных ревнителей неолиберальных реформ в России, который утверждал, что в ходе этих реформ возможен и "летальный исход" общества. Во многом подобный исход сегодня переживает российский народ, продолжающий сокращаться с каждым годом на сотни тысяч человек. Сделав в начале 1990Нх годов ложный выбор между "идеалами" и "интересами", он в итоге растерял не только социалистические, но и общечеловеческие идеалы, и до сих пор не может удовлетворить свои насущные жизненные интересы.

Конечно, большинство людей уже не помнит тех, кто первыми ратовал за проведение радикальных реформ, принесших так много горя и слез. Где сегодня те экономисты и идеологи, которые с пеной у рта доказывали, например, прелести всеобщей "либерализации цен" и необходимость повальной "ваучерной приватизации"? Где те политики, которые во имя "светлого капиталистического завтра" применили к народу метод "шоковой терапии", который используется в практике лечения душевнобольных? Где они все? Иных уж нет, а те далече... продолжают доказывать, что их неправильно поняли. Характерны в этом отношении покаянные письма одного из ведущих олигархов, признавшего воровской характер приватизации в России и призвавшего своих коллег по бизнесу "поделиться с народом" своими неправедно нажитыми богатствами. Вместе с тем не следует думать, что подобные откровения отдельных олигархов, как и столкновение россиян с реальностью варварского капитализма может окончательно выбить почву из под ног тех, кто идейно обосновывал его приход в Россию. Все это лишь ослабляет их влияние, но не меняет объективной социально-политической и идейной ситуации в стране: пока жив капитализм, его идейные защитники будут иметь работу.

С концом эпохи Ельцина и приходом к власти второго российского президента многие идеологи неолиберализма быстро сменили свой мягкий демократический костюм на жесткий мундир сторонников авторитарных и даже тоталитарных форм управления страной. В последнее время все чаще в официозных СМИ звучат ностальгические воспоминания по временам Пиночета и даже Сталина, являющиеся, по-видимому, отголосками того, что думают за кремлевскими стенами различные политические технологи о так называемом "порядке" и "управляемой демократии" в обществе. Сохраняются, к сожалению, и массовые иллюзии на этот счет.

Тем не менее думать, что продолжающийся неолиберальный курс, оплодотворенный политикой державного авторитаризма, приведет нас к цивилизованному демократическому обществу, -- значит ничего не понимать ни в экономике, ни в политике. Российский авторитаризм в форме "либеральной империи" или прямого усиления власти президента может лишь более "эффективно" защитить награбленные за предшествующие десять лет капиталы новой буржуазии (не потому ли и вызван к жизни?), но он никогда не приведет к социальной стабильности и демократии. Уже сегодня он порождает и оживляет старые страхи тоталитарного прошлого, ведет ко всеобщей подозрительности, а иногда и доносительству.

Если авторитарный режим станет господствующей тенденцией в России, безусловно, усилится идейная борьба и нетерпимость, возродится ушедший на время в тень воинствующий антисоциализм и антимарксизм. Нечто подобное уже имело место в телевизионных передачах и на страницах некоторых праворадикальных газет в ходе последних парламентских и президентских выборов. В частности, снова зазвучали призывы к "раскаянию коммунистов" и запрету социалистической и коммунистической идеологии. Подобные призывы время от времени возникают и в стенах Государственной думы. Новым подтверждением этому стало голосование думцев, фактически запрещающее демонстрации и митинги около административных зданий. Лишь под давлением общественности инициаторы данного закона вынуждены были отступить. Все это напоминает мне атмосферу начала 90Нх годов XX века. Цель создания подобной атмосферы очевидна: канализировать и направить недовольство людей ходом неолиберальных реформ против оппозиционных сил, критически настроенных к власти.

Пойдет ли по этому пути нынешняя президентская власть покажет время, однако, в любом случае, нельзя думать, что при авторитарном правлении будет больше политической и духовной свободы. Напротив, ее станет намного меньше. Это уже проявилось в запрете на проведение референдума, в выстраивании послушной властям партийной системы, в появившейся практике уничтожения "ненужных" и "вредных" книг и т.д. Есть также все основания говорить, что господствующая неолиберальная идеология в России постепенно трансформируется в консервативно-державную и праворадикальную идеологию. Все более модным идейным течением становится "либеральный" или "социальный консерватизм". Наиболее характерные проявления этого можно найти в фактах проникновения религии в школу, в возрождении символов царской России, в соответствующих публикациях "Известий", "Литературной газеты", "Гражданина" и других газет. Знаменательно, что после провала правых на последних парламентских выборах правящая партия "Единая Россия" стала называть себя правоцентристской организацией, несмотря на то что еще недавно она выражала желание вступить в Социнтерн. Такая идейная трансформация политических сил в стране может привести к усилению антисоциалистической направленности господствующего режима власти. Продолжает оставаться в силе и социальный заказ капитала -- идейно оправдывать его "неизменно прогрессивную" миссию в человеческом обществе.

В стремлении доказать непреходящий характер капиталистических отношений и соответствующих им либеральных ценностей во многом проявляется идейный пафос многих критиков социалистической идеи, включая модных ныне в России Карла Поппера, Раймона Арона и Френсиса Фукуямы. К сожалению, некоторые "друзья" этой идеи из современного коммунистического движения, исповедуя догматические взгляды сталинской школы фальсификации марксизма, постоянно дают повод профессиональным антимарксистам для враждебной и примитивной трактовки теории и истории социализма. Здесь классовая ангажированность одних дополняется невежеством других. Одной из целей настоящей книги является критика как той, так и другой стороны.

Формат введения не позволяет разобрать все аргументы, направленные против актуальности идеи социализма, провести четкую грань между мнимыми и подлинными взглядами на нее. Это задача всей книги, и не только ее одной. Ниже я ограничусь лишь критикой наиболее существенных методологических подходов, которые взяты на вооружение современной антимарксистской мыслью, пытающейся дискредитировать идею социализма.

В этой связи целесообразно сначала прояснить такие важнейшие понятия и категории обществоведения как "идея" и "идеал". Без них трудно понять, в чем заключается суть социализма, его историческая возможность и осуществимость.

На первый взгляд такая постановка вопроса кажется абстрактной, т.е. слишком общей, но это только на первый взгляд. На самом деле нет ничего более конкретного, чем общие понятия в их содержательной, материалистической интерпретации. Дело в том, что многие исследователи и философы считают "идею" и "идеал" понятиями сугубо психологическими и формальными. Так, в ныне модном, кантовском понимании идеал считается недосягаемой нормой, находящейся только в сознании человека, но никак не в реальности. Реальность может приближаться или отдалятся от этой нормы, но никогда с ней не совпадает. Отсюда делается непосредственный вывод о недосягаемости социалистических идеалов, которые похожи на воображаемую линию горизонта, которая, сколь бы к ней ни пытались приблизиться, все время удаляется. Именно так в свое время трактовали социалистический идеал русские критики марксизма неокантианцы П.Новгородцев и Б.Вышеславцев (см.: Новгородцев П. Об общественном идеале. Вып. 1. М.: 1917; Вышеславцев Б.П. Философская нищета марксизма. Франкфурт-на-Майне, 1957). В том же духе его трактуют сторонники современного этического социализма на Западе (см.: Айхлер В. Этический реализм и социальная демократия. М.: Антал, 1996 и др.).

С материалистической точки зрения в понятии "идеал" фиксируется сугубо реальное, земное содержание. Идеал, по сути дела, есть образ, или отражение в человеческом сознании того или иного явления природы или общества, находящегося в развитом (совершенном) состоянии. Идеал есть образ (образец), созданный природой, обществом или человеческой деятельностью, имеющей всеобщее значение. Признак всеобщности -- характерный признак любого идеала. Всеобщей природой обладает и цветок, и животное, и человек, и общество.

Что касается понятия "идея", то оно означает синтез идеальной цели (идеала) и различных путей ее осуществления в жизни. Так социалистическая идея есть не только образ будущего социалистического общества, но и указание конкретных способов его осуществления на практике.

Идеал, оторванный от жизни, есть иллюзия жизни. Идея без понимания конкретных путей ее практической реализации есть утопия. Я называю социальным идеалом разумное или совершенное устройство общества, отвечающее интересам различных социальных групп или всего человечества в целом. Социальный идеал -- это форма общества на высшей стадии его развития. В нем в определенной степени сняты исторически существующие общественные противоречия.

Говоря о социалистическом идеале, я имею в виду, прежде всего, образ такого общества, где труд властвует над капиталом в отличие от классического буржуазного общества, где капитал господствует над трудом. Что касается социалистической идеи, то я включаю в ее содержание и устройство нового общества, и ее социальных носителей -- трудящихся, и методы ее практического осуществления: эволюционные или революционные, мирные или насильственные. В литературе понятие "социализм" часто связывают только с господством общественной собственности на средства производства. Такое узкое понимание будущего общества явно недостаточно. Оно носит сугубо экономический характер. Маркс, напротив, отождествлял социализм с переходом к гуманистическому обществу, где экономика становится не целью, а средством социального развития. В нем начинает исчезать всякое отчуждение, свойственное прошлой истории, и человек возвращается к себе как человеку общественному. Здесь люди постепенно перестают противостоять друг другу как враждебные классовые индивиды. Они начинают дополнять и творить друг друга как свободные существа, наделенные разумом и сердцем. В этом обществе прошлое перестает господствовать над настоящем, и люди начинают сознательно творить свою историю, подчиняя себе вещи и общественные отношения.

Могут спросить, образ какой же реальности содержится, например, в социалистическом идеале, если социализм -- это общество будущего? Ответ может быть только один: социализм подготавливается всей предшествующей историей. В форме конкретного зародыша он появляется при капитализме в многочисленных фактах автоматизации производства, в попытках сознательного планирования и управления экономикой, в конкретных процессах ликвидации наемничества (в частности, на предприятиях с собственностью работников), в различных акционерных обществах и самоуправляющихся кооперативах, которые, по мысли Маркса и Энгельса, делают "лишними" буржуа и являются своеобразным "отрицанием капитализма в рамках капитализма", наконец, -- в нарастании и повышении роли творческих и информационных процессов в жизни общества. Наряду с этим для понимания будущего также нельзя сбрасывать со счетов тот положительный опыт социалистического строительства, который накоплен в странах реального социализма, как бывших, так и ныне существующих.

Может быть, наиболее популярным доказательством несостоятельности социалистической идеи является стремление буржуазных идеологов убедить людей в том, что социализм есть явление, противоречащее естественной природе человека, а капитализм, напротив, ее прямое следствие. Обосновывается это следующим образом. Поскольку природа человека сугубо индивидуальна, постольку частная собственность как основа капитализма ей полностью соответствует, а общественная собственность, составляющая основу социализма, полностью противоречит. Частная собственность, писал в свое время идеолог белого движения Иван Ильин, "вложена в человека и подсказана ему самою природою, подобно тому как от природы человеку даны индивидуальное тело и индивидуальный инстинкт". Отсюда вывод: "Бессмысленно вводить социалистической строй, обреченный на гибель своею противоестественностью; и нелепо воображать, что естество человека можно переплавить в социалистическом духе..." (см.: Ильин И.А. О частной собственности // Русский мир. 2000. N1. C.44, 48).

На самом деле все не так просто, как казалось Ивану Ильину. Частная собственность не является индивидуальным свойством человека. Как говорил еще Маркс, полемизируя со Штирнером, "я владею частной собственностью лишь постольку, поскольку я имею что-нибудь такое, что можно продать, между тем как свойственные мне особенности отнюдь не могут быть предметом купли-продажи" (Маркс К., Энгельс Ф. Сочинения. М.: Политиздат. Изд. 2Не. Т. 3. С.218. Далее цитаты из работ Маркса и Энгельса приводятся по данному изданию). Отождествление частной собственности с индивидуальными или естественными свойствами человека есть прямое следствие того, что сугубо общественные отношения купли-продажи в буржуазном обществе стали основой всех других отношений.

В тоже время общественные отношения не сводятся к естественным индивидуальным свойствам человека. Мало того, все "естественное" в человеческом обществе модифицируются и "переплавляется", приобретая новое "социальное качество". Это относится и к телу человека (например, прямохождение), и к его инстинктам (которые осознаны), и к его мозгу (который развит под влиянием трудовой практики). Что же касается категории "собственность" (включая все ее формы), то она выражает, прежде всего, отношение людей друг к другу по поводу средств производства и обращения товаров, и уже поэтому не может быть сугубо естественным (природным) началом.

Общность людей, их постоянное взаимодействие в процессе производства порождают потребность людей в общественной собственности, которая, между прочим, гораздо древнее частной. В этом смысле, общественная собственность более "естественна", чем частная, а социализм более соответствует природе человека, чем капитализм. Попытки приписать частной собственности статус "естественного" начала, а общественной собственности -- статус "противоестественного", противоречат истине и лишь выдают классовую заинтересованность таких идеологов.

Нечто похожее происходит и с такими понятиями, как "равенство" и "неравенство". Например, доказывается, что рассуждения социалистов о возможности равенства людей полностью противоречат тому факту, что люди от природы неравны. В итоге следует заключение: неравенство богатых и бедных вечно, ибо обусловлено самой природой. Данный предрассудок настолько прочно вошел в сознание современных обывателей из класса "новых буржуа", что полностью вытеснил из их сознания некогда популярную русскую поговорку "бедность не порок".

Следует отметить, что подобные суждения свойственны как радикальным демократам, так и их противникам консерваторам. Например, рассуждения о "естественности" частной собственности и "противоестественности" общественной я неоднократно слышал из уст покойного депутата Г.Старовойтовой, а пассажи о якобы принципиальной невозможности социального равенства можно найти в многочисленных статьях и книгах (в том числе по социализму) известного математика и постоянного автора газеты "Завтра" академика И.Шафаревича.

На самом деле апелляция различных идеологов к "естественной природе" человека ничего не дает для понимания социально-исторической специфики общества, социального равенства людей, или их умственных способностей. Мало того, подобную апелляцию можно повернуть совершенно в обратную сторону и с не меньшим пылом доказывать, что общественное бытие человека более естественно, чем его частное или индивидуальное начало. Вспомним известное выражение Аристотеля "человек -- животное политическое". Нечто подобное говорил и Маркс, утверждая, что "Павел смотрится в Петра как в свое зеркало". Нельзя забывать, что человеческий род не имел бы продолжения, если бы у людей не было "естественного" чувства общности и общения. Даже такое, казалось бы, индивидуальное и естественное чувство, как любовь, во многом социально.

Что же касается равенства людей, то они от природы столь же равны, сколь и неравны. Они в равной степени обладают руками, ногами, головой, которые, конечно, у разных людей имеют различные размеры, форму и привлекательность. Рассказывают, что в начале XIX века некоторые активистки женского движения пытались обосновывать эмансипацию женщин ссылками на "естественное чувство" влечения мужчин и женщин друг к другу, их равную принадлежность к человеческому роду. Что касается противников женской эмансипации, то они с не меньшим пылом доказывали преимущество мужчин перед женщинами, ссылаясь на "естественное различие" полов и явное преимущество мужчин перед женщинами в физической силе. Около двух веков прошло с тех пор, и каково же было мое удивление, когда в беседе с одним из новых русских я услышал рассуждение о "неполноценности" женщин, в точности воспроизводящее "доказательства" противников эмансипации прошлого века. Поистине, время и пространство не властны над глупостью.

Любому вдумчивому человеку должно быть понятно, что социализм невозможно вывести из сугубо естественных, или природных, закономерностей, ибо здесь мы имеем дело с социально-историческим, а не природным явлением. Он закономерно вырастает из противоречий позднего капитализма как необходимый способ разрешения этих противоречий. Главным из них, безусловно, является противоречие между трудом и капиталом, или между наемными работниками, лишенными собственности на средства производства и буржуазией, владеющей и распоряжающейся этими средствами.

* * *

Данная книга состоит из отдельных опубликованных и неопубликованных работ и выступлений автора, сделанных в основном за последние годы. При таком характере книги не удалось избежать некоторых повторов отдельных тем: "о свободе", "о тоталитаризме", "о собственности", "о нэпе" и др. Однако поскольку эти темы каждый раз освещались в ином контексте, автор не счел нужным их сокращать.

В первой главе книги дано философско-историческое прочтение "природы" социализма, его "старого" и "нового" видения, связи социализма с собственностью и самоуправлением. Вторая глава посвящена, в основном проблемам становления современной российской социал-демократии. В третьей главе воспроизведена социально-политическая картина прошлой и современной России, как она представляется человеку левых взглядов. Четвертая глава раскрывает проблему глобализации и будущего развития человечества. В пятой главе автор размышляет о марксистском наследии. Здесь читатель познакомится с социальным идеалом Маркса, вкладом Ленина в теорию и практику социализма, узнает о соотношении социализма и сталинизма, а также об основных идеях Троцкого, которые до сих пор мало известны российской общественности. Шестая глава книги носит сугубо полемический характер. В ней автор дискутирует с различными учеными и политиками по актуальным вопросам современной теории и практики социализма. В качестве приложения к книге включены тезисы Института теории и истории социализма ЦК КПСС "Исторические судьбы социализма: ответ критикам" и Манифест новых социалистов, в написании которых автор принимал непосредственное участие и публикация которых была прервана Августовским путчем 1991 года.

Автор выражает признательность и благодарность всем, кто способствовал выходу данной книги в свет.


 Заключение

Перевернуты последние страницы книги. В заключение хотелось бы сделать ряд замечаний, относящихся к некоторым аспектам современной теории социализма.

Наиболее сложным моментом при создании книги явилось отражение в ней актуальных проблем современности. "Сова Минервы вылетает в сумерки", -- говорили древние греки, имея в виду, что для глубоких теоретических обобщений нужно длительное время. Этой возможности автор не имел, создавая статьи, вошедшие в книгу, по горячим следам основных политических событий последнего времени. В этой связи он не может претендовать на безошибочность своих суждений и оценок современности. Отметим только одно: решение актуальных вопросов автор пытался искать на путях творческого применения марксизма к новейшим явлениям социальной действительности.

Очевидна трудность разговора о теоретических проблемах социализма в стране, где одна из его моделей, просуществовав десятки лет, потерпела поражение. Вместе с тем такой разговор необходим, чтобы лучше понять, какие причины привели к такому негативному финалу. Автор пытался определить эти причины, исходя из следующих простых истин. Во-первых, с исчезновением в истории одной из национальных моделей социализма не может исчезнуть идея, имеющая интернациональный характер. Во-вторых, остаются жить и развиваться другие модели реального социализма. Наконец, в-третьих, история человечества не заканчивается. Я уверен, она еще породит много новых форм и моделей осуществления социалистической идеи.

Писать о социализме непросто еще и потому, что это понятие во многом дискредитировано той вульгарной его трактовкой, которая десятилетиями внедрялась в головы людей ушедшей в прошлое советской пропагандой. Такая, по сути своей далекая от науки трактовка социализма и привела к тому, что из него было полностью выхолощено его первоначальное демократическое и гуманистическое содержание, которое, в свою очередь, было подменено субъективистскими, в основном казарменными представлениями о новом общественном строе. Тем не менее необходимо строго различать научное содержание идеи социализма и ее исторические извращения на практике. Как современное христианство не отождествляет себя с деятельностью некогда "святой инквизиции", так и научно понятый социализм не должен и не может отождествлять себя с практикой сталинщины, осуществлявшей антизаконные репрессии над советским народом от имени социалистической идеи.

В рамках одной книги было невозможно дать всестороннее и полное представление о современной теории социализма. Среди наиболее спорных и дискуссионных ее проблем отмечу, прежде всего, проблему возникновения и теоретического обоснования самой идеи социализма, сложнейших и пока еще мало разработанных вопросов соотношения социализма и рынка, общественной и частной собственности, эффективности и справедливости, свободы и власти, диктатуры и демократии, государства и самоуправления.

Разумеется, в работе по теории социализма нельзя было обойти классические взгляды, обосновывавшие социалистическую идею, как они отражены в трудах Маркса, Энгельса, Ленина. Это было необходимо сделать, по меньшей мере, по двум причинам. Во-первых, потому что многое из того, что писали о социализме классики, до сих пор сохраняет свою актуальность вопреки мнению тех, кто хочет видеть в них лишь людей давно прошедшего времени. Особенно это относится к историко-философскому обоснованию идеи социализма и ее гуманистической сущности. Во-вторых, это надо было сделать в связи с усиливающимися нападками на марксизм со стороны тех псевдодемократов и национал-патриотов, которые пытаются выводить трагедию советского народа во времена тоталитарного сталинского режима непосредственно из социалистической доктрины Маркса, Энгельса, Ленина. Уверен, подобные нечистоплотные попытки дискредитации классиков марксизма, всегда придерживающихся последовательно демократических взглядов, идейно дискредитируют лишь самих авторов подобных рассуждений.

Говоря о новом видении социализма, следует хорошо понимать недостатки прежней социалистической теории, утвердившейся в общественном сознании после смерти Ленина. По меньшей мере, существует три ее характерных недостатка: во-первых, оторванность этой теории от жизни; во-вторых, последовательный антигуманизм, присущий тоталитарной интерпретации идеи социализма; в-третьих, замкнутость и сознательное дистанцирование от мировой демократической и социалистической мысли.

Наиболее характерным проявлением недееспособности прежней теории социализма были ее ошибки в определении различных этапов и сроков социалистического строительства, его обусловленности международными условиями и интернациональным характером борьбы мирового рабочего и социалистического движения. Как показала современная история, многие выводы и оценки этой теории оказались ложными. Достаточно сказать о таких выводах, как "полная" и "окончательная" победа социализма в одной стране, положениях о "развернутом строительстве коммунизма", о "наступлении периода "развитого" социализма", оценке характера социалистических и демократических революций и их движущих сил в различных странах мира, непонимании реальности фашистской угрозы накануне войны и многое другое.

Не надо много говорить о том, что господствующее в прошлом "казарменное" видение социализма приводило на практике к нарушению элементарных прав человека, сдерживанию процесса развития демократии, гласности, свободного доступа к ценностям мировой культуры. Все это отталкивало от реального социализма не только советских людей, но и широкие народные массы за рубежом, затрудняло их общение с представителями международного социал-демократического и социалистического движения. В итоге прежней теорией социализма были проигнорированы достижения мировой социалистической мысли, положительный опыт в проведении экономической и социальной политики, которую осуществляли правящие партии социалистов и социал-демократов капиталистических стран.

Сегодня полностью сохраняют актуальность многие ленинские идеи, высказанные им в последние годы жизни: здесь и комплекс идей, связанных с нэпом, развитием кооперации, социалистической демократией, преодолением бюрократизма, взяточничества, и многое другое. Одним словом, мыслить современную концепцию социализма без новаторских идей Ленина, высказанных в его последних работах, невозможно. Не случайно, многие из его идей сегодня широко используются в Китае, Вьетнаме, на Кубе и в других странах. Конечно, это не означает, что современное понимание социализма можно свести только к этим идеям. Такое заключение было бы полной противоположностью творческому марксизму, живую душу которого всегда составлял диалектико-материалистический анализ современности.

К сожалению, после смерти Ленина его понимание социализма как "живого творчества масс", как сложного и противоречивого процесса создания нового общества было утеряно. Особенно пострадала та его часть, которая рассматривала социализм как открытое посткапиталистическое общество, критически освоившее и переработавшее лучшие достижения мировой культуры и цивилизации. К сожалению, после смерти Ленина в общественной науке на долгие годы возобладало сталинское видение социализма как сугубо антикапиталистического общественного строя. Вышедшее из недр Гражданской войны и политики военного коммунизма, оно несло на себе печать конфронтационности и примитивизма, надолго задержавшее развитие творческой социалистической мысли.

Хочется отметить еще один важный вопрос. Теоретическую основу сотрудничества Советской России с Западом в свое время составляла ленинская концепция мирного сосуществования двух классово противоположных систем. Думаю, она полностью сохраняет свою актуальность и сегодня. Однако эту концепцию не следует трактовать с абстрактно-гуманистических позиций. Как показывает опыт истории, включая падение СССР, мирное сосуществование -- это постоянное соревнование и борьба нового строя со старым, исход которой вовсе не предопределен в пользу реального социализма.

Как бы ни были важны сами по себе вопросы истории социализма, они не могут собой заменить понимание того общества, в котором мы живем сегодня. И здесь на первый план выходит ключевая проблема: как случилось так, что мы, уйдя от реального социализма как более высокой стадии исторического развития, вновь переживаем период капиталистического становления? Научное решение этой проблемы, по мнению автора, можно найти только рассматривая социализм как переходное общество, по-своему решающее известный вопрос "кто кого?" в технологической, экономической и других сферах социального развития.

Вдумчивый читатель, конечно, заметил, что автор данной книги является сторонником идеи "третьего пути" в развитии современного общества. Именно такой путь, по его мнению, может привести к становлению демократии и подлинного социализма. Для него идея социализма есть идея свободы и самоуправления трудящихся. О воплощении ее в жизнь мечтали лучшие умы человечества, многие поколения социалистов. Однако эту идею невозможно осуществить без органического соединения труда и капитала, а точнее, подчинения капитала труду. По сути дела, социализм и есть господство труда над капиталом в различных областях общественной жизни.

Нетрудно понять, что данное понимание социализма привело автора к противоречию с идеологией современных коммунистов-державников и с господствующей ныне идеологией радикального либерализма. В свою очередь, с такой же неизбежностью оно обусловило его многолетнее сотрудничество с известным врачом и общественно-политическим деятелем Святославом Федоровым, сблизило с такими социалистами-диссидентами, как Петр Абовин-Егидес, Вадим Белоцерковский, другими сторонниками самоуправленческого социализма. Оно же привело автора к тесному сотрудничеству с исследовательским коллективом "Горбачев-фонда" и современными социал-демократами.

По нашему твердому убеждению, научная разработка идей самоуправления на базе обобщения деятельности предприятий с собственностью работников и современного "протестного" движения трудовых коллективов в России и за рубежом дает возможность современной теории социализма выйти из того затянувшегося идейного кризиса, в котором она находится уже много лет.

Как показывает практика проведения экономических реформ в Китае и других странах реального социализма, новое видение социализма предполагает открытость социалистических стран внешнему миру: усвоение ими лучших мировых достижений современной постиндустриальной и информационной эпохи, непосредственное сотрудничество с капиталистическими странами в области науки, техники, информации и культуры, взаимный поиск эффективных путей решения международных и глобальных проблем.

Параллельное развитие социалистического и капиталистического мира породило ряд новых явлений, которые не охватывались прежней классической теорией социализма. Так, достижение военного паритета двух мировых систем поставило в свое время границы применению насилия в межгосударственных отношениях: возможная ядерная война как абсолютное зло перестала быть разумной альтернативой мирному сосуществованию государств, цивилизаций и народов. Не может быть она и разумным средством разрешения политических, в том числе классовых противоречий. Признание этого факта, а также факта резкого усиления в начале XXI века акций международного терроризма требует от теории социализма пересмотра многих ее традиционных вопросов, включая соотношение общечеловеческого и классовых начал в жизни отдельных государств и мира в целом, перспективы отношений между различными цивилизациями, мировыми конфессиями, капитализмом и социализмом.

Уже в годы нэпа и перестройки стало ясно, что такие категории и явления капиталистического мира, как многообразие форм собственности, демонополизация, рынок, деньги, биржа и т.п. могут быть использованы и в условиях социализма. Правда, в этой связи продолжает оставаться открытым вопрос о возможных пределах их использования. В частности, не совсем ясно, что необходимо сделать в теории и на практике, чтобы эти явления и категории "работали" на социализм, а не против него? На наш взгляд, нет каких-либо научных оснований отказываться как от идеи приоритета общечеловеческих ценностей над классовыми, так и от классового подхода и оценки различных явлений социальной действительности. Пока существуют классы, классовый подход не может исчезнуть. В то же время следует учитывать, что есть определенные пределы его применения. Он не может, например, успешно работать в сфере так называемых глобальных проблем, в области экологии, освоения космоса, естественных и технических наук. Однако на эти и другие вопросы в теории социализма пока нет однозначных ответов. В то же время практический опыт Китая показывает, что нельзя достигнуть ощутимых успехов в экономическом развитии, если продолжать придерживаться таких догм прежней теории, как несовместимость рынка и социализма, частной и общественной собственности, макро- и микроэкономики и др.

На наш взгляд, жизнь в который раз оказалась хитрее любой теории, порождая и соединяя самые немыслимые противоположности. Как в Феврале 1917 года она сделала возможным существование двоевластия в России, а после Октября -- сосуществование двух классово противоположных мировых систем, точно так же она сегодня ставит в практику дня, казалось бы, нелепые вопросы о развитии и обновлении социализма с помощью капиталистических методов и совершенствования капитализма с помощью методов социализма. Впервые апробированная еще при Ленине, идея конвергенции капитализма и социализма (нэп) сегодня продолжает вызывать дискуссии. Правда, при этом речь уже не идет о нужности или ненужности в будущем такой конвергенции (этот вопрос для многих теоретиков очевиден), вопрос в другом -- как и на какой экономической, политической и идейной основе может произойти подобная конвергенция?

Решение проблемы взаимоотношения общечеловеческих и классовых ценностей оказывает свое влияние и на становление образа социализма будущего. В литературе существуют три характерные гипотезы в интерпретации этого образа: первая -- делающая упор на строго классовые характеристики социализма; вторая -- связанная с общечеловеческими моментами, с определенной конвергенцией социализма и капитализма; и третья -- пытающаяся соединить приоритет общечеловеческих и общецивилизационных ценностей с классовой спецификой общества. Разделяя последнюю трактовку социализма будущего, автор в то же время оставляет открытым вопрос о его конкретных чертах и формах: гадания на этот счет не имеют научного значения.

Ясно одно: история еще не решила, но уже начала решать вековую проблему человечества -- "свобода или рабство". Идея социализма -- это не чудесное осуществление "царства свободы", как думают некоторые коммунисты, это не фатальное движение по "дороге к рабству", как думают многие неолибералы. Идея социализма -- это долгий и трудный путь от рабства к свободе, по которому, несмотря ни на что, идет человечество.


 Об авторе

Борис Федорович Славин

Известный политолог и публицист, доктор философских наук, профессор МПГУ, главный редактор газеты "Новая жизнь". Автор работ по проблемам социальной философии, современной политики, теории социализма и самоуправления, переведенных на разные языки мира. Его книги "После социализма:" (М., 1997), "Неоконченная история. Беседы М. Горбачева с политологом Б. Славиным" (М., 2001), "Диалоги о социализме" (М., 2001) получили положительный отклик в обществе. Борис Славин работал заведующим кафедрой общественных наук ЦИУУ, заместителем директора Института теории и истории социализма ЦК КПСС, политическим обозревателем и членом редколлегии газеты "Правда". По своему мировоззрению и политическим взглядам он принадлежит к школе критического марксизма и левому крылу современной социал-демократии.

 
© URSS 2016.

Информация о Продавце