URSS.ru - Издательская группа URSS. Научная и учебная литература
Об издательстве Интернет-магазин Контакты Оптовикам и библиотекам Вакансии Пишите нам
КНИГИ НА РУССКОМ ЯЗЫКЕ


 
Вернуться в: Каталог  
Обложка Ришар-Фавр Э. // Richard-Favre H. Истории ниоткуда: Билингва французско-русский  // Nouvelles de nulle part: Bilingue français-russe
Id: 166765
 
285 руб. Бестселлер!

Истории ниоткуда: Билингва французско-русский // Nouvelles de nulle part: Bilingue français-russe

URSS. 2013. 176 с. Мягкая обложка. ISBN 978-5-354-01445-3.

 Аннотация

Название этого сборника новелл вписывается в продолжение двух предыдущих --- "Истории ни о ком" (4-е изд. М.: URSS, 2012) и "Истории ни о чем" (2-е изд. М.: URSS, 2011). Ничто, никто, ниоткуда --- отсылают к понятиям, чьим существованием вроде бы можно пренебречь. Но именно это придает полный смысл данным новеллам. Волею тех или иных людей, силою обстоятельств судьбы действующих лиц сплетаются и получают импульс двигаться в каком-то направлении, достигая его различными способами. Мечты одних рассеиваются, других же бред увлекает в зоны необычные и враждебные. Наблюдая за собой и другими, герои этих историй сталкиваются с силами, которые им не всегда подвластны, а иногда --- фатальны.

Richard-Favre Hélène. Nouvelles de nulle part: Bilingue français-russe.

Le titre de ce recueil de nouvelles s’inscrit dans la continuité des deux précédents, "Nouvelles de personne" (4e éd. М.: URSS, 2012) et "Nouvelles de rien" (2e éd. M.: URSS, 2011). Personne, rien, nulle part, renvoient à des entités dont l’existence semble être négligeable. Or c’est précisément de ce fait que ces nouvelles prennent tout leur sens. Par la volonté des uns ou celle des autres ou encore par les circonstances, les destins des personnages se nouent et les projettent vers des horizons qu’ils rejoignent de manière diverse. Pour les uns, des rêves s’évanouissent, pour d’autres, le délire les emporte vers des espaces insolites et hostiles. Observateurs d’eux-mêmes ou d’autrui, les personnages de ces histoires composent avec des forces qu’ils ne maîtrisent pas toujours et qui leur sont parfois fatales.


Поздравляем швейцарскую писательницу Элен Ришар-Фавр с третьей премией в международном конкурсе «Читающий Петербург 2013: выбираем лучшего зарубежного писателя» в номинации «Лучший зарубежный писатель, произведения которого изданы в переводе на русский язык»!

Конкурс проводился при поддержке Комитета по культуре Санкт-Петербурга. Итоги конкурса были объявлены 5 марта 2014 г.


 Оглавление

Ничего личного (предисловие переводчика)
Театр
Бычий брод
Скрябин
Недуг
Убийца
Большой салон
Концерт
Счастье
Улыбка
Тюрьмы
Авария
Гостиница
15:30
Купе
Фабрис
Ави
Лицеистка
Джеф
Капюсин
Вокзальный буфет
Такие, как она
Сон
Крик голубки
Богач
Магда
Лепестки
Признания
Номер 100
Без заглавия
Чайный салон

 Ничего личного (предисловие переводчика)

Перед Вами двуязычное издание третьего сборника новелл швейцарской писательницы Элен Ришар-Фавр, выходящего в России. Его выпало переводить мне, и я хотела бы поделиться несколькими идеями, возникшими у меня при работе с этими текстами.

Истории -- ни о ком -- ни о чем -- ниоткуда... Перед нами (короткие) тексты, описывающие ситуации и коллизии, часто тревожные и драматические, с героями, которые оказываются жертвами или актерами своих или чужих умственных аберраций. Казалось бы, это можно сказать о любом литературном произведении -- от "Красной шапочки" до "Откровения Св.Иоанна Богослова"! Попробуем определить какие-то особенности, уловить секрет странного обаяния этих маленьких рассказов.

Разгадку названия, я думаю, следует вести от основополагающего мифа об Улиссе и Полифеме, к тому же упоминаемого в этом сборнике. Улисс называется "Никем", чтобы обмануть циклопа, который затем на расспросы собратьев о том, кто же лишил его единственного глаза, отвечает: "Никто", -- и тем самым лишается их помощи и сочувствия. Значит, "Никто" в случае Элен Фавр -- это собирательный Улисс, давно ставший притчей, символом Человека вообще, проходящего свой путь, как вереницу испытаний. Экстраполируя -- рассказы Элен Фавр написаны обо всех, обо всем и происходят везде. Косвенно это подтверждается еще и тем, что их герои часто имеют имена, но не имеют фамилий, не имеют четких социальных характеристик. Их профессии или места работы, пребывания, "места изгнания" никогда не являются целью самореализации. Они -- переменная форма. Не случайно первый рассказ этого сборника называется "Театр". Однако это не плотный психологический театр Станиславского -- это театр теней, это зал зеркальных отражений. Наряду с героями в тестах присутствуют, казалось бы, реальные исторические личности, но кто они? Шатобриан с его "Замогильными записками", Скрябин с "Поэмой экстаза", это не нуждающийся в представлениях Фрейд, Мопассан ("Орля"!), Уайлд с его "Портретом Дориана Грея" и Достоевский с "Двойником" и "Бесами"? В этой компании безумцев и провидцев, в мире цитат или личин герой кажется такой же абстрактной фигурой -- то ли сумасшедшим, равным Достоевскому, например, в страдании, но не в умении рассказать о нем, то ли его потенциальным героем. В этом зале зеркальных отражений герой-жертва может легко оказаться активным носителем зла, но и само зло это -- в соответствии с многозначностью французского слова, давшего название одному из рассказов, -- не абсолютно, а чаще всего предстает в виде болезни и даже недуга, глубинно присутствующего в каждом из нас, равномерно разлитого по миру. В таком мире нет места авторскому всезнанию, нет места моральной оценке. Да и сам автор -- мнимость, которой оборачивается и первое лицо, повествовательная фигура, от которой ведется рассказ. Мы ни на что не можем положиться, ничего не знаем наверняка, даже женщина это или мужчина. Это опять Никто, это опять Улисс, это опять каждый из нас.

Для тех, кто сможет воспользоваться любопытной игрой, предложенной издательством, -- сопоставлением двух текстов -- откроется тонкая авторская юстировка чуть сдвигающихся смыслов слов во внешне простом тексте -- простом по прозрачности синтаксиса и кажущейся прямоте немногочисленных эпитетов -- простом настолько, что переводчику негде спрятаться в том случае, если ключевое слово по многозначности не совпадает со своим русским аналогом или если согласования глагольных форм не позволяют ввести двусмысленность по женскому/мужскому роду. Чуть сдвинутые по смыслу, как бы не совсем точно расставленные слова исподволь готовят читателя к тому, что с героями тоже что-то может оказаться не так, что мир героев, их истории (наш мир! наши истории!) могут из банальных оказаться странными -- непонятными -- страшными, но и страхи эти могут быть надуманными! Получается, что даже язык нам не порука в познании и описании этого мира. "Мысль изреченная есть ложь"? Но критерии правды сняты в современном литературном дискурсе. Скажу вам еще одну -- последнюю -- и страшную новость. Мнимость в этой игре и переводчик. Им может стать каждый из вас, взглянув на страницу, параллельную русской.

Так что же остается? Удовольствие от текста. Ощущение многогранности жизни. Неутомимое желание заглянуть за первую видимость. Стремление быть честным. Таинственные глубины психики, мозга, чьим порождением является и литература, и перевод ее, и любовь к ней. Вера в то, что Улиссу удастся обмануть циклопа и вырваться из пещеры собственных фобий.

Пожалуй, это все, что нам оставила Элен Ришар-Фавр. Но ведь и этого немало?

А.Беляк

 Об авторе

Фавр-Ришар Элен
Современная швейцарская писательница. По образованию — славист и лингвист; преподавала французский язык и занималась научно-исследовательской работой в Женевском университете.

Первый ее сборник рассказов "Истории ни о ком" вышел в издательстве URSS в 2004 году (билингва французско-русский; неоднократно переиздавался). Книга сразу привлекла внимание читателей и литературных критиков, отметивших оригинальность сюжетов и блистательные стилистические новшества автора.

Среди своих "учителей" Элен Ришар-Фавр называет, прежде всего, Достоевского; произведения таких русских писателей, как Толстой, Чехов и Пастернак, также оказали значительное влияние на ее литературное творчество.

Элен Ришар-Фавр хорошо владеет русским языком и часто посещает Россию. В одном из своих интервью она призналась: «Честно говоря, только увидев русский перевод моей книги, я в полной мере ощутила себя писательницей».

Hélène RICHARD-FAVRE

Ecrivain suisse contemporain. Slaviste et linguiste de formation, elle a enseigné le français et travaillé dans la recherche en linguistique à l‘Université de Genève.

Son premier recueil de nouvelles «Istorii ni o kom/Nouvelles de Personne» est paru en édition bilingue français-russe chez URSS Editorial en 2004. Lecteurs et critiques littéraires ont immédiatement relevé le talent original d’Hélène Richard-Favre et l’audace novatrice de son style.

Au rang des écrivains qui l’ont le plus marquée, elle cite en premier lieu Dostoïevski. Mais d’autres écrivains russes dont Tolstoi, Tchekhov et Pasternak ont aussi influencé sa création littéraire.

Hélène Richard-Favre maîtrise bien le russe et s’est déjà souvent rendue en Russie. Dans une interview, elle avoue que la traduction russe de son premier recueil de nouvelles a été un moment déterminant de son travail d’écrivain.


 Страницы

 
© URSS 2016.

Информация о Продавце