URSS.ru - Издательская группа URSS. Научная и учебная литература
Об издательстве Интернет-магазин Контакты Оптовикам и библиотекам Вакансии Пишите нам
КНИГИ НА РУССКОМ ЯЗЫКЕ


 
Вернуться в: Каталог  
Обложка Шмерлина И.А. Биологические грани социальности: Очерки о природных предпосылках социального поведения человека
Id: 160394
 
299 руб.

Биологические грани социальности: Очерки о природных предпосылках социального поведения человека

URSS. 2013. 200 с. Мягкая обложка. ISBN 978-5-397-03265-0.

 Аннотация

Настоящая книга посвящена осмыслению социального поведения человека как явления, имеющего отчетливые биологические предпосылки. В ней рассматриваются естественно-природные основания социальности человеческого вида (включая такие проявления последней, как мораль) и общие формы, в которых реализуется социальность людей и животных (семья, дружба, иерархии и пр.), а также обсуждается проблема эволюционного смысла социальной организации жизни.

Признание биологических оснований социального поведения человека должно, по мнению автора, способствовать "натурализации" естественно-научного подхода в социологическом дискурсе. Данная работа служит прежде всего феноменологическому обоснованию этой задачи и отчасти --- ее концептуальному решению. В книге предпринята попытка выработать полидисциплинарное определение социальности, интегрирующее социологическое и биологическое понимание данного феномена на базе категории «смысл», в интерпретации которого преодолеваются рамки классического для социальной науки веберианского подхода.

Отдельного упоминания заслуживает содержащийся к книге "Словарь параллельных терминов естественно-научного и социогуманитарного тезаурусов". Он показывает терминологическую близость научного аппарата социологии и биологии и предлагает синтетические определения, отражающие те аспекты определяемых феноменов, которые присутствуют в поведении как человека, так и животных.

Книга адресована в первую очередь социологам, а также всем, кто интересуется вопросами сравнительного анализа поведения человека и животных.


 Оглавление

...Быть может, прежде губ уже родился шепот,
И в бездревесности кружилися листы,
И те, кому мы посвящаем опыт,
До опыта приобрели черты.

О. Мандельштам
Введение
Очерк 1. Культура versus природа: «Природа как культура, культура как природа»
 1.1.Разметка проблемы: пространство оппозиций
 1.2.Культура и язык как природные феномены
 1.3.Генезис человеческого языка
 1.4.Самосознание и мораль: гипотезы эволюционного становления
Очерк 2. Природные предпосылки социального поведения человека
 2.1.Избирательное реагирование на сигнальные стимулы
 2.2.Реакции «генетического распознавания»
 2.3.Филогенетические основы невербальной коммуникации
 2.4.Тема пространства в этологическом прочтении
 2.5.Социализация и импринтинг
Очерк 3. «Физика» социальности. Формы ближайшего взаимодействия в природе и человеческом обществе
 3.1.Социальность и эпистемическая позиция наблюдателя. Этологическое переопределение социальности
 3.2.Современные этологические представления об элементарных формах социальной жизни
 3.3.Биологические парадоксы социальности
Очерк 4. «Метафизика» социальности
 4.1.Проблема неадаптивного поведения в эволюционной теории
 4.2.Номогенетический подход к проблеме неадаптивного поведения
 4.3.Компромиссное решение
 4.4.Динамика системно-средового взаимодействия
Очерк 5. Социальность: от концепта к термину
 5.1.Исходные интуиции
 5.2.Смысл в обыденной и научной интерпретации
 5.3.Социальность и проблема смысла: к выработке междисциплинарного термина
Словарь параллельных терминов естественно-научного и социoгуманитарного тезаурусов*
Литература

*Задача данного словаря -— показать терминологическую близость научного аппарата социологии и биологии. Автор стремился дать типичные определения, принятые сегодня в регионах социологического и биологического знания, безотносительно того, считаем ли мы их правильными и инструментально полезными, или нет. Что касается синтетических определений, то они выбирались или формулировались автором таким образом, чтобы представить своего рода междисциплинарный «сухой остаток» -— то есть отразить те аспекты определяемого феномена, которые присутствуют в поведении как человека, так и животных. При этом мы, разумеется, исходили из того, что данные аспекты имеют отношение к сущностным, а не периферийным сторонам определяемого феномена. Столь же несомненно, что некоторые термины далее могут и должны быть специфицированы с учетом той области, в которой они будут применяться, и тех исследовательских задач, которым послужат.

 Введение

Эта книга писалась для социологов. Что вовсе не значит, что прочтут ее именно социологи. Скорее наоборот — социологи прочтут ее в последнюю очередь, а если и прочтут, то не как социологи, а как обычные люди, которые любят смотреть передачи о животных и время от времени изумляются — «ну прямо как мы!..». Или мы — как они...

Как бы то ни было, изначально работа писалась с вполне определенными, сугубо дисциплинарными целями — показать естественно-биоло-гические основания социального поведения человека. Изложенные в ней факты давно и  надежно установлены в общей этологии, этологии человека и генетике поведения, и они требуют весьма радикального пересмотря традиционных социологических моделей. На фоне этих фактов  малоубедительно выглядят популярные в социальной науке «конструктивистские» и «интерпретативистские» схемы, не говоря уже о постмодернистских играх уставших от определенности интеллектуалов.

В самом деле, трудно всерьез воспринимать работы, в которых, например, исследуются особенности социального конструирования половой идентичности и при этом совершенно не принимаются во внимание биологические аспекты пола. Имея в виду подобные исследования, М. Ридли, автор бестселлера «Геном», пишет об убогости социально-детерминистс-ких объяснений, лежащих в основе «классических примеров влияния социума на человека, как например: криминальная среда порождает преступников; матери-одиночки своим влиянием подготавливают дочерей к разводу; асоциальное поведение родителей ведет к конфликтности детей; тучные родители закармливают своих отпрысков и т.д. Все эти примеры были темами многих диссертаций и вошли в учебники по психологии и социологии. Несколько лет назад Джудит Рич Хариис ...решила перепроверить эти данные. Оказалось, что в многочисленных исследованиях социологов вопрос наследования всех этих признаков просто не рассматривался. Обнаруженная взаимосвязь немедленно принималась как доказательство влияния социальных факторов на развитие личности, хотя исследования в области генетики поведения и наблюдения за близнецами убедительно доказывали, что, например, семейная неуживчивость и склонность к разводам наполовину предопределяется генетически. Наблюдения за усыновленными и удочеренными детьми ...показали, что склонность к правонарушениям корреляционно связана с преступностью биологических родителей, тогда как криминальные поступки новых родителей очень слабо влияли на будущую жизнь подростков...» [Ридли, 2008: 406-407].

В социологии существует канон — объяснять «социальное через социальное». Было бы неправильно оспаривать значение этого канона как дисциплинообразующего условия. Социология — как и любая наука — должна располагать своими специфическими объяснениями, не редуцируемыми к научным моделям других наук, будь то физика, биология или психология. Однако без нормальной междисциплинарной проекции социологические объяснения мало чего стоят и воспринимаются как научный результат лишь внутри самой социологии.

Кроме того, в социальной науке до сих пор не сформулирован внятный ответ на вопрос, что есть «социальное». Понимание социального как не-природного, принятое социологией в качестве аксиоматического допущения, явилось барьером для развития целого ряда плодотворных интуиций полидисциплинарного характера. Дело не просто в нежелании увидеть очевидное — например, сходство конфигураций и особенностей функционирования культурных и природных сообществ. Проблема состоит в отсутствии теоретической базы, которая позволила бы осмыслить и проблематизировать подобные феномены.

Между тем, еще Дюркгейм видел в социальных параллелизмах корректную социологическую задачу, полагая, что «вполне правомерно исследовать …, не содержат ли …<условия социальной организации> частичные сходства с условиями организации животного мира в том виде, как определяет их со своей стороны биолог. Можно даже предположить, что любая организация должна иметь общие черты, которые небесполезно выявить» [Дюркгейм, 1995: 208]. Однако предпосылочные установки современного социологического  теоретизирования скорее отвечает кредо, сформулированному в «библии» социального конструктивизма: «социальный порядок — это человеческий продукт или, точнее, непрерывное человеческое производство. …Социальный порядок не является частью “природы вещей” и не возникает по “законам природы”... Он существует лишь как продукт человеческой деятельности. ...И в своем генезисе…, и в своем настоящем…— это человеческий продукт» [Бергер, Лукман, 1995: 31].

Этологи, со своей стороны, всерьез говорят: «Социальность — это биология, и ничего другого!». Это, чудовищно звучащее для уха социолога заявление имеет весьма убедительные эмпирические обоснования: в этологии показано, что те формы взаимодействия, которые считаются «истинно человеческими», структурируют и организуют жизнь животных, причем далеко не только приматов, но и гораздо более примитивных видов. Это заставляет предположить, что социальность является не видоспецифически человеческим, а универсальным феноменом жизни, и именно в таком качестве она должна быть осмыслена. Прежде всего — в пространстве науки, предметом которой выступает «социальное».

Таково то, весьма напряженное проблемное поле, которое индуцировало появление этой книги. В ней изложены натуралистические основания социальной онтологии.

Книга состоит из нескольких очерков, связанных общей интенцией обоснования единства природной и социокультурной жизни. В первом очерке «Культура versus природа: “Природа как культура, культура как природа”» показана некорректность общепринятых противопоставлений природы и культуры. Преодоление дилеммы Nature – Nurture может идти по двум линиям. Первая состоит в демонстрации культурной насыщенности природной жизни. Вторая — в выявлении естественно-биологических истоков тех феноменов, которые принято трактовать как сугубо антропологические. Особое внимание в данном очерке уделяется проблемам языка, самосознания и морали.

Второй очерк — «Природные предпосылки социального поведения человека» — посвящен тем биологическим аспектам социальности, которые укоренены в индивидуальной природе человека. В нем рассмотрены филогенетические основы невербальной коммуникации, естественно-природные предпосылки социализации человека, пространственные детерминанты его поведения и показано, что повседневнее взаимодействие людей имеет сильное биологическое управление.

Биологическое естество человека является тем предположением, которое не может отрицать социология и которое, с потерей некоторой доли консистентности социологического дискурса, может быть включено в него. Между тем, природны не только многие индивидуальные коммуникационные реакции человека, но и его групповое социальное поведение, формирующееся в пространстве ближайшего взаимодействия. В очерке третьем «Физика социальности» рассматриваются те общие формы,  в которых реализуется социальность человека и животных. По сути, здесь можно  говорить о  биологии социальности, или о  социологической  биологии.

Этологические исследования социальной организации природной жизни выявили проблемы, которые не получают исчерпывающего объяснения в рамках эволюционной парадигмы. Речь идет об отсутствии филогенетической последовательности и неадаптивности многих форм социального поведения. Данные проблемы, имеющие полидисциплинарное звучание, составляют предмет анализа четвертого очерка — «Метафизика социальности». Проблема дисфункций рассматривается здесь в широком контексте, включающем неадаптивные поведенческие стратегии человека. В очерке изложены три принципиальных подхода к проблеме поведенческих дисфункций, базирующиеся на (1) методологии СТЭ (синтетической теории эволюции), (2) теории номогенеза и (3) компромиссной системно-номогенетической концепции, методологически восходящей к идеям С.В. Мейена и Ю.А. Урманцева.

Можно по-разному интерпретировать роль биологического в поведении человека (заметим, что и среди биологов нет полного согласия по этим вопросам), однако сами по себе эти представления должны, на наш взгляд, входить в круг того фактического материала, который принимает во внимание социология при построении своих теоретических моделей. Признание биологических оснований социального поведения человека будет способствовать “натурализации” естественно-научного подхода в социологическом дискурсе. Данная книга служит прежде всего феноменологическому обоснованию этой задачи и отчасти — ее концептуальному осмыслению. Последнему посвящен очерк пятый «Социальность: от концепта к термину». В нем предпринята попытка выработать полидисциплинарное определение социальности, интегрирующее социологическое и биологическое понимание данного феномена. Ключевой категорией при этом выступает «смысл», в интерпретации которого преодолеваются рамки классического для социальной науки веберианского подхода. 

Книга содержит «Словарь параллельных терминов естественно-науч-ного и социогуманитарного тезаурусов», в котором показана терминологическая близость научного аппарата социологии и биологии и предложены «синтетические» понятия, позволяющие корректно описать схожие поведенческие феномены.

* * *

Предлагаемые в настоящей работе теоретические подходы, равно как и рассматриваемые в ней конкретные сюжеты и проблемы во многом нарушают конвенции социологического дискурса. Однако пространство науки шире, чем возделанное поле легитимированных проблематизаций. Хорошо известно, что именно в периферийных, плохо обработанных и невнятно артикулированных зонах научного поиска часто и зарождается новое знание. Я глубоко признательна людям, которые помогли мне в освоении подобной периферийной зоны, предметом которой выступают биологические координации социального поведения.

Моими первыми читателями были доцент Нижегородского университета к.б.н. С.Б. Парин и д.филос.н. Г.С. Батыгин. Они поддержали меня на самых первых, робких подступах к теме междисциплинарных сравнений. Сергей Борисович Парин «благословил» эту работу со стороны биологии — без его компетентного и доброжелательного отзыва она, скорее всего, завершилась бы в самом начале. Геннадий Семенович Батыгин ввел «запретные» биологические сюжеты в тематику одного из самых уважаемых социологических журналов страны. Его научное и человеческое участие в «биологической затее», которая балансировала тогда на грани паранауки, оказалось решающим.

Я благодарна своим друзьям и коллегам — Ю.Л. Гришкину, И.А. Климову, Л.А. Козловой, О.А. Оберемко, которые терпеливо и вдумчиво встречали зачастую плохо пропеченные плоды моих измышлений. Многие сюжеты этой работы возникли благодаря критике и плодотворным идеям, родившимся в ходе наших долгих дискуссий.

Я признательна А.Б. Гофману, читавшему мои тексты на разных стадиях их зрелости и высказавшему много содержательных замечаний. Его оценки, комментарии, советы служили ориентирами, корректировавшими мои научные поиски.

Я благодарна М. В. Каневской и С.Ю. Корольковой за помощь в подготовке работы к зданию.


 Об авторе

Ирина Анатольевна ШМЕРЛИНА

Кандидат философских наук, старший научный сотрудник Института социологии РАН. Специалист в области теоретической социологии, а также в сфере конкретно-социологического изучения массовых процессов. В последние десять лет в фокусе исследовательского внимания автора -- междисциплинарный анализ социальности, генезис социальных институтов, семиотический подход к изучению социальных феноменов. И. А. Шмерлиной опубликовано около 60 научных работ по теоретической и прикладной социологии.

Настоящая монография представляет собой первую часть работы, посвященной исследованию онтологии социального. Выход второй части под рабочим названием "Семиотические грани социальности" ожидается в 2013 г.

 
© URSS 2016.

Информация о Продавце