URSS.ru - Издательская группа URSS. Научная и учебная литература
Об издательстве Интернет-магазин Контакты Оптовикам и библиотекам Вакансии Пишите нам
КНИГИ НА РУССКОМ ЯЗЫКЕ


 
Вернуться в: Каталог  
Обложка Гастев А.К. Как надо работать: Практическое введение в науку организации труда// СОВЕТСКИЙ ПРОИЗВОДСТВЕННЫЙ МЕНЕДЖМЕНТ
Id: 122545
 

Как надо работать: Практическое введение в науку организации труда// СОВЕТСКИЙ ПРОИЗВОДСТВЕННЫЙ МЕНЕДЖМЕНТ. Изд.3

URSS. 2011. 480 с. Мягкая обложка. ISBN 978-5-397-01984-2.
Обращаем Ваше внимание, что книги с пометкой "Предварительный заказ!" невозможно купить сразу. Если такие книги содержатся в Вашем заказе, их цена и стоимость доставки не учитываются в общей стоимости заказа. В течение 1-3 дней по электронной почте или СМС мы уточним наличие этих книг или отсутствие возможности их приобретения и сообщим окончательную стоимость заказа.

 Аннотация

Предлагаемая читателю книга выдающегося советского специалиста в области рационализации труда, крупного государственного и общественного деятеля А.К.Гастева (1882--1939) содержит его классические работы по вопросам научной организации труда, производства и управления. Книга состоит из введения и трех основных частей. Во введении помимо некоторых теоретических вопросов организации производства представлена разработанная А.К.Гастевым памятка "Как надо работать"; в ней сформулированы 16 правил, которыми необходимо руководствоваться во время любой работы. В основу первой части книги положены статьи, посвященные главным образом общим вопросам трудовой культуры. Автор описывает как технические, так и психологические принципы организации труда. В второй части подробно изложена и обоснована концепция научной организации труда (НОТ); освещены вопросы нормирования труда, исследованы проблемы науки об организации производства. Наконец, третья часть посвящена практическим вопросам НОТ; в ней рассматриваются пути приложения усилий в организации труда и производства.

Книга будет полезна экономистам, психологам, специалистам по организации и охране труда, рабочим, инженерам, научным работникам, преподавателям и студентам экономических вузов, а также широкому кругу заинтересованных читателей.


 Содержание

 Алексей Капитонович Гастев и его "последнее художественное произведение"
 Пpедисловие ко второму изданию
НАШИ ЗАДАЧИ
 Наши задачи
  Наша практическая методология
I.  НОВАЯ КУЛЬТУРНАЯ УСТАНОВКА
 Восстание культуры
  Бьет час
  Народная выправка
  Электрификация и народная энергетика
  Тренаж
  Восстание культуры
 Время
 Новая культурная установка
 Как надо работать
  Наша дорога -- ЦИТ
  Как надо работать (Комментарии)
  Рабочее место
  Воля к изобретательству
  Как изобретать?
  Приспособления в работе
  Установка
  Обучение работе
  Что такое НОТ?
  Оборудование и HOT
  Руководство пo операционному учету
  Внимание к "мелочи"
  Социальное знамя ЦИТа
II.  НАУЧНАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ ТРУДА
 Ремесло и современная индустрия
 Педагогические и научно-изыскательные тенденции в новейшем производстве
 Новое производственное поведение
 Трудовые установки
 ЦИТ как изыскательное сооружение
 Развертывание клинической работы ЦИТа
 Нормирование и организация труда
  Вопросы нормирования
  Часть первая. Введение. Кризис нормирования
  Часть вторая. Историческая справка
  Часть третья. Установка в вопросах нормирования
  Часть четвертая. Нормы и рабочие типы
  Часть пятая. Изучение и измерение норм
  Часть шестая. Нормирование и трудовая культура в период социалистического строительства
 Организация производства как наука
 Установочные цехи предприятий
 К переписке ЦИТа с Фордом
  Письмо ЦИТа -- Компании Форд
 Маркс и Форд
 Организация труда в стахановском движении
 Рабочее место и его обслуживание
 К пятнадцатой годовщине Октября
 Научная организация труда
 Проблемы организации труда и производства
III.  ПУТИ ПРИЛОЖЕНИЯ СИЛ В ОРГАНИЗАЦИИ ТРУДА И ПРОИЗВОДСТВА
 Проектирование рабочего состава, его подготовки и организации труда
 Объем и характер работ ЦИТа
 Техническое нормирование на новой основе
 Проектирование поточного производства
 Пути приложения сил в организации труда и производства
 Работа ЦИТ в угледобывающей промышленности
 Объем охвата
 ЦИТ в Красной Армии
 Комплектно-функциональная организация труда в строительстве
 Методы скорого монтажа в машиностроении
 Станкостроение на основе стандартных агрегатов
 Техническая и организационная помощь предприятиям
 Библиография

 Алексей Капитонович Гастев и его "Последнее художественное произведение" (отрывок)

Когда гудят утренние гудки на рабочих окраинах,
это вовсе не призыв к неволе. Это песня будущего.
Мы когда-то работали в убогих мастерских
и начинали работать по утрам в разное время.
А теперь, утром, в восемь часов,
кричат гудки для целого миллиона.
Теперь минута в минуту мы начинаем вместе.
Целый миллион берет молот в одно и то же мгновение.
Первые наши удары гремят вместе.
О чем же поют гудки!
-- Это утренний гимн единства!

Поэзия рабочего удара

Мы проводим на работе лучшую часть своей жизни.
Нужно же научиться так работать, чтобы работа была
легка и чтобы она была постоянной жизненной школой.

Как надо работать

Гастев Алексей Капитонович -- революционер, пролетарский поэт и видный деятель в области рационализации труда -- родился 26 сентября 1882 г. в г.Суздале Владимирской губернии. Отец его был учителем и умер, когда Гастеву исполнилось два года. Мать Гастева была портнихой. По окончании городского училища, а затем технических курсов Гастев поступил в учительский институт, но был исключен оттуда за политическую деятельность. С 1900 г. участвует в революционном движении. Отдавшись политической работе, скитался по тюрьмам, ссылкам (Вологодская губ., Архангельская губ., Нарым) и работал слесарем на заводах в Петербурге, Харькове, Николаеве, а также в трамвайных парках.

До 1917 г. находился на нелегальном положении. Несколько раз эмигрировал в Париж. За границей работал на заводах. С 1901 г. -- член РСДРП. С 1906 г. -- активный работник профсоюзов. С 1907 по 1918 г. был членом правления Петроградского союза металлистов, а в 1917--1918 гг. -- секретарем ЦК Всероссийского союза металлистов. С момента Октябрьской революции работал в качестве профессионалиста, управляющего промышленными предприятиями и журналиста.

Художественные вещи Гастев начал писать в 1900-х гг. В первый раз его произведение опубликовано в 1904 г. -- рассказ "За стеной" из жизни политических ссыльных. Сборники художественных произведений издавались несколько раз под заголовком "Поэзия рабочего удара". Последний сборник вышел в Москве в 1923 г. В начале 20-х годов Гастев оставил деятельность в области художественной литературы и всецело посвятил себя работе по организации труда. Своим последним художественным произведением Гастев считает организованный им в 1920 г. в Москве ЦИТ (Центральный институт труда) ВЦСПС, которым он заведует и который воплощает все легендарные замыслы, вложенные в его художественную работу.

Основным научным трудом Гастева является книга "Трудовые установки" (издана в 1924 г.), где изложена методика ЦИТа по обучению трудовым приемам.

При решении своей основной задачи -- подготовки рабочей силы -- ЦИТ применил метод анализа трудовых движений при помощи "циклографии", т.е. фотографии отдельных элементов движения рабочих органов человека. Начав с исследования простейшей рабочей операции -- удара, Гастев установил "нормаль" (систему наиболее правильных движений) рубки зубилом. Изучение в течение нескольких лет рубки зубилом вызвало ряд нареканий со стороны критиков ЦИТа, видевших в этой медлительности органический порок "узкой базы". Однако уже в 1925 г. Гастев вполне разработал методику подготовки слеcаpя, и ЦИТ перешел к обучению токарей, монтеров, кузнецов, строительных рабочих, текстильщиков, авиаторов и т.д. Разработав методику, Гастев перешел к массовому переобучению рабочих, основав для этого при ЦИТе акционерное общество "Установка". Подготовка рабочих по методу ЦИТа требует 3--6 месяцев.

Гастев написал ряд книг, в которых излагает свои взгляды на вопросы профессионального движения, научной организации труда и строительства новой культуры: "Индустриальный мир", "Профсоюзы и организация труда", "Как надо работать", "Время", "Восстание культуры", "Юность, иди!", "Новая культурная установка", "Установка производства методом ЦИТ", "Реконструкция производства" и др. Редактирует журналы "Организация труда", "Установка рабочей силы" и "Вестник стандартизации"...

За этими протокольными строчками (взятыми нами из автобиографии А.К.Гастева в 41 томе энциклопедического словаря "Гранат" и биографической справки в 14 томе первого издания Большой советской энциклопедии), прорываемыми метафорой о "последнем художественном произведении", встает образ революционера, рабочего, поэта, ставшего одним из основоположников Научной Организации Труда, подлинного самородка из россыпи талантов, рожденных Русской Революцией и творивших ее.

В течение многих лет, истекших после тридцать восьмого года, оборвавшего жизнь этого замечательного человека, его дела были преданы забвению. Выросли поколения, не слышавшие не только имени Гастева, но и слов "НОТ" и "ЦИТ". И более чем понятен поэтому исключительный интерес, проявляемый ныне к вопросам научной организации труда, ценнейшему наследию двадцатых -- тридцатых годов.

В 1964 году переиздана "Поэзия рабочего удара". Фантастические гиперболы и классовый пафос гастевских стихов и публицистики, ассоциировавшиеся у его сверстников с "пролеткультовскими" двадцатыми годами, неожиданно и органично "вписались" в сегодняшнюю явь. Призывы Гастева к "переделке человека", к построению "социальной инженерии", казавшиеся многим его современникам фантазерством, оказались понятными и близкими людям шестидесятых годов с их "кибернетическим" строем мышления.

Предисловие к новому изданию "Поэзии рабочего удара", статьи в журналах и газетах, воспоминания друзей и современников воссоздают этапы замечательной биографии Гастева, столь скупо рассказанной (увы -- не до конца) им самим: 1900 год -- первая ссылка, побег, Швейцария, Париж, возвращение в Россию. 1905 год -- руководство боевой дружиной в Костроме, большевистские организации Иваново-Вознесенска, Ярославля. IV съезд партии (Гастев-"Лаврентий" -- член большевистской, ленинской фракции), снова арест, снова ссылка, снова побег, снова эмиграция, снова возвращение... И все время -- работа на заводах ("увольнение" всегда шло по этапу...), а в промежутках -- "отдых" и занятия "изящной словесностью" в пересылках. В нарымской ссылке -- первые мысли о "социальной инженерии". Снова Париж, и снова Петроград... Революция, возвращающая Гастева из очередной ссылки, активизация работы в профсоюзах. Затем Украина -- руководство "Советом искусств" и прерванные деникинщиной планы организации "Школы социально-инженерных наук" (прообраз ЦИТа). В 1918 г. Гастев направляется в Нижний Новгород чрезвычайным комиссаром Сормовского завода. Снова работа на заводах (Москва, Николаев, Харьков). Работа в ВЦСПС. Последний "конструктивно-поэтический" опыт -- "Пачка ордеров" (опубликована позже, в 1921 году).

И, наконец, -- организация Института Труда при ВЦСПС (1920 г.). В августе 1921 г. Институт стал называться Центральным в результате декрета Совета Труда и Обороны за подписью В.И.Ленина. Незадолго до этого Гастев последний раз встретился с Ильичем. "Хочется мне помочь т-щу Гастеву, заведующему Институтом Труда, -- написал тогда Ленин заместителю наркома финансов А.О.Альскому. -- ...Такое учреждение мы все же таки, и при трудном положении, поддержать должны".

Именно этому -- последнему и главному "художественному произведению" Алексея Капитоновича и посвящена настоящая книга.

Рассказчиком будет сам Алексей Капитонович. Мы не будем ни перебивать его, ни дополнять назойливыми разъяснениями. Читатель сам сможет убедиться в понятности (и актуальности) мыслей и дел rex не столь уж давно минувших дней и вынести по их поводу свое суждение. Напомним лишь самые основные факты.

Первым программным документом, с которым выступил Центральный Институт Труда, были сформулированные А.К.Гастевым правила, давшие название этой книге -- "Как надо работать":

"Работаем ли мы за канцелярским столом, пилим ли напильником в слесарной мастерской или, наконец, пашем землю -- всюду надо создать трудовую выдержку и постепенно сделать ее привычкой.

Вот первые основные правила для всякого труда:

1. Прежде чем браться за работу, надо всю ее продумать, продумать так, чтобы в голове окончательно сложилась модель готовой работы и весь порядок трудовых приемов. Если все до конца продумать нельзя, то продумать главные вехи, а первые части работы продумать досконально.

2. Не браться за работу, пока не приготовлен весь рабочий инструмент и все приспособления для работы..."

И так далее. Всего 16 правил-заповедей. Никаких секретов, никаких открытий. Но -- по мысли Гacтeвaв этом и состоит "наука организации труда". И вообще никакой НОТ, помимо практических правил работы, попросту нет!

Цитовские листовки и плакаты "Как надо работать" можно было увидеть над верстаком слесаря в наркоматской канцелярии, в железнодорожном депо и в кремлевском кабинете Ленина.

"Учиться работать!" На этот ленинский призыв ЦИТ отозвался практическим делом. Выполнение цитовских "заповедей" было победой не "идеологической", а именно практической. Характерно замечание Гастева, завершавшее первое печатное издание "Правил": "Если к этому сам добавишь правило -- стало быть, втянулся в дело". В нем, если позволительно так выразиться, "ключ" цитовской "доктрины". "Если хочешь вводить НОТ, стань мастером хоть одной операции, рассчитай ее и дай ускорение. Тогда ты будешь говорить фактами, а не зубрежкой".

Вообще Алексей Капитонович не без яда отзывался о "НОТовской" "зубрежке". В ноябре 1923 года он предложил читателям "Правды" следующую "загадку":

Почему немец работает лучше русского?

Что такое научная организация труда?

Это значит -- рассчитанная организация.

Но что же в ней рассчитано?

Вот что -- точность обработки и скорость,

После этого скажите:

Рядовой немец лучше работает рядового русского?

-- Конечно, лучше.

А теперь еще вопрос.

Рядовой немец знает, что такое научная организация труда?

-- Конечно, не знает.

-- Даже не слыхал.

А теперешний рядовой москвич слыхал про научную организацию труда?

-- Конечно, слыхал.

Он даже придумал сокращение: НОТ.

-- Если так, то чем же берет немец?

"Отгадка", вытекающая из десятков откликов читателей и коллективных обсуждений, материалы которых печатались в "Правде" и в цитовском журнале "Организация труда", сводилась к тому, что "немец", не знающий слова "НОТ", обладает тем, что автоматически обеспечивает ему рассчитанную организацию работы -- трудовой культурой. А нашему рабочему ее надо еще прививать. Именно прививать, а не проповедовать! Ибо культура в цитовском понимании -- это не "начитанность", а сноровка, и воспитывается она не агитацией, а тренажем.

Из сказанного, конечно, не надо делать вывода, что Гастев вообще был против агитации. Он сам был прирожденным агитатором. Участники революции пятого года вспоминают, как двадцатидвухлетний большевик Лаврентий-Гастев, выступая на большом митинге в Костроме после известного эсеровского оратора Авксентьева, склонил буквально всю аудиторию на большевистские позиции, а через несколько недель, переодетый в военную форму, пробрался в казармы расквартированного в Ростове-Ярославском артиллерийского полка и добился того, что солдаты отказались выступать против рабочих...

Что представляла собой методика ЦИТа, основанная на уже упоминавшейся вскользь "узкой базе"? Конечно, пересказывать подробно гастевские работы в предисловии к ним -- затея неблагодарная и нелепая. Ограничимся поэтому буквально несколькими словами.

Для гастевской, цитовской концепции "НОТ" характерны прежде всего две, по существу чрезвычайно простые идеи. Первая из них -- это "кибернетическая" идея универсальности проблем организации, признание принципиального единства проблем рационализации деятельности любого рода -- "управленческой", "рабочей", "учебной". Когда Гастев говорил о "математизации психофизиологии и экономики", он имел в виду не "оснащение" области "неуловимых эмоций" наукообразными формулами, а возможность их непредвзятого анализа (так характерного именно для математического подхода, что хорошо понял Алексей Капитонович, будучи вовсе не математиком). Больше того, он был убежден не только в возможности, но и в неизбежности создания метода анализа, приложимого в равной мере как к психофизиологии, так и к экономике, к рационализации как "физического", так и "умственного" труда. Он считал, что задача организации рабочего места не то что "подобна" задачам рационализации станка, предприятия или учреждения, но что эти задачи "по существу" совпадают ("с точностью до изоморфизма", как сказали бы искушенные в математике, логике и прочей кибернетике инженеры и экономисты шестидесятых годов).

Но как ни замечательно с точки зрения сегодняшнего исследователя это умение улавливать не столь уж очевидные и бесспорные аналогии в различных аспектах проблемы организации, оно само по себе вовсе не являлось исключительным достижением ЦИТа. Уж чего-чего, а стройных и общих "до универсальности" концепций история нашей отечественной мысли знала немало. Жаль только, что это были, в основном, лишь умозрительные построения. ЦИТ же, можно сказать, был "вынужден" заниматься конкретным делом.

Теперь, спустя сорок лет, нам отчетливо видна не только методологическая, но и психологическая подоплека второго краеугольного камня цитовской методики -- "принципа узкой базы". В конечном счете, уверенность Гастева в приложимости методики обучения, выработанной для операции рубки зубилом, к любой другой частной профессиональной методике и вообще к любой методике обучения (а затем и к методике самой работы) -- это ведь не что иное, как азбучный для любого психолога "принцип переноса", принцип более чем естественный и для исследователя-практика, относящегося со здоровым ироническим недоверием к достижениям профессорской психологии. Действительно, для того чтобы заметить, что демобилизованный красноармеец, прошедший суровую школу армейской службы, гораздо восприимчивее "штатского растяпы" и к науке рубки, и к науке опиловки, вполне хватало "психологии здравого смысла" и просто наблюдательности, которой Алексей Капитонович был так щедро наделен. Но именно на такой немудреной основе (подкрепленной, с одной стороны, "кибернетическим" убеждением производственника-практика в примате "инженерных" методов при решении педагогических и даже биологических проблем, а с другой -- павловской теорией условных рефлексов) и выросла цитовская педагогическая и общеорганизационная доктрина "трудовых установок".

Под этим достаточно емким термином А.К.Гастев понимал как конкретные рефлексы, воспитанные в результате продуманной системы трудовых тренировок, так и общее состояние организма, "настроенного" на восприятие новых "установок" (в первом, узком смысле), а главное -- саму динамику этой перестройки организма работника на новый организационный лад, поскольку главной заботой ЦИТа было не столько привитие организму (человеку или предприятию в целом) системы определенных организационных навыков, сколько перевод его на рельсы непрерывного организационного совершенствования, в принципе беспредельного. Пользуясь цитовской терминологией, можно сказать, что "установки" для ЦИТа -- не только и не столько организационно-биологические "шаблоны", сколько "направляющие", и даже "водители".

Характер конкретных цитовских разработок определялся, конец но, и слесарными "вкусами" самого Гастева и его товарищей по петроградским и парижским заводам (а также "коллег" по Нарыму и Усть-Сысольску, помогавших ему строить ЦИТ, и опытом тарифно-квалификационной работы в Союзе металлистов в 1917--1918 годы (как раз и направившим, к слову сказать, внимание Владимира Ильича к "тейлоризму" -- см., например, стр, 118 и 290 настоящей книги), вплотную подведшей Гастева к проблеме анализа и "установки" рабочих операций и приемов, и обстановкой в стране, характеризовавшейся, в частности, острым кризисом квалифицированной рабочей силы.

Итак, вначале -- анализ процесса рубки зубилом, т.е. анализ "делегата" от ударных операций: построение "нормали" рубки и нормали обучения рубке. Затем -- распространение методов анализа и методов синтеза нормалей на второго основного "делегата" -- нажимную операцию опиловки. Дальше -- объединение полученных результатов в целостных методиках обучения, еще дальше -- построение из отдельных операций -- "агрегатов" десятков и сотен новых конкретных методик (об этом будет кстати вспомнить несколько позже, при знакомстве с функциональной системой организации труда по ЦИTy и с его работами по агрегатированию в станкостроении)...


 Об авторе

Алексей Капитонович ГАСТЕВ (1882--1939)

Выдающийся советский теоретик и практик научной организации труда и управления производством, крупный общественный деятель. Родился в Суздале, в семье учителя. Учился в Московском учительском институте, откуда был исключен за политическую деятельность. В 1901 г. вступил в РСДРП; делегат IV съезда. С 1906 г. активный работник профсоюзов. В 1907--1918 гг. был членом правления Петроградского союза металлистов, в 1917--1918 гг. -- секретарем ЦК Всероссийского союза металлистов. В 1920 г. организовал в Москве Институт труда, под его руководством ставший ведущим научным и учебным центром СССР в области организации труда (с 1921 г. -- Центральный институт труда). В 1924--1926 гг. занимал посты заместителя председателя и председателя Совета по научной организации труда при Народном комиссариате рабоче-крестьянской инспекции. В 1932--1936 гг. -- председатель Всесоюзного комитета стандартизации при Совете труда и обороны СССР.

А.К.Гастев -- автор свыше 200 монографий и статей по рациональной организации и культуре труда. В них он излагал свои взгляды на вопросы научной организации труда, профессионального движения, строительства новой культуры. Под его руководством в Центральном институте труда была сформулирована концепция научной организации труда и управления производством, оригинальная и вместе с тем в достаточной мере интегрировавшая все наиболее ценные находки западной организационно-управленческой мысли, прежде всего систем Ф.Тейлора и Г.Форда. Эта концепция в комплексе охватывала сферы техники и технологии, биологии, психофизиологии, экономики, истории, педагогики; она также содержала в себе в зародыше основы таких наук, как кибернетика, инженерная психология, эргономика, праксеология.


 Страницы

 
© URSS 2016.

Информация о Продавце