URSS.ru - Издательская группа URSS. Научная и учебная литература
Об издательстве Интернет-магазин Контакты Оптовикам и библиотекам Вакансии Пишите нам
КНИГИ НА РУССКОМ ЯЗЫКЕ


 
Вернуться в: Каталог  
Обложка Завалько Г.А. Философские проблемы эстетики
Id: 121370
 
399 руб.

Философские проблемы эстетики

URSS. 2011. 400 с. Мягкая обложка. ISBN 978-5-397-01959-0.

 Аннотация

В настоящей монографии рассмотрены основные философские проблемы эстетики: "эстетическое" как основа других эстетических свойств действительности; прекрасное, возвышенное, трагическое, комическое, безобразное, низменное в действительности и в искусстве; эстетический вкус; философские проблемы искусства (мимесис и творчество, проблема сущности, назначения и границ искусства, художественного таланта, судьбы и ответственности художника в обществе). Большое внимание уделено причинам и следствиям современного кризиса в эстетике, а также феномену антиискусства.

Книга рекомендуется философам, культурологам, искусствоведам, студентам и аспирантам соответствующих специальностей, а также широкому кругу читателей, интересующихся вопросами эстетики и искусства.


 Содержание

Введение
Глава 1. Эстетическое как философская проблема
 Понятие эстетического
 Основной вопрос эстетики
  Познание эстетического
  Эстетический вкус
 Эстетическое и этическое
Глава 2. Основные эстетические категории
 Прекрасное и безобразное
  Измеримость и неизмеримость
  Польза и незаинтересованность
  Абсолютная и относительная красота
  Безобразное. Проблема "обычного"
 Возвышенное и низменное
 Трагическое
 Комическое
 Идиллическое и ужасное
Глава 3. Эстетическое в искусстве и антиискусстве
 Сущность и назначение искусства
 Искусство и действительность: философские проблемы искусства
  Отражение и творчество в искусстве
  Проблемы отражения: искусство и познание
  Проблемы творчества: художественный образ и знак в произведении искусства
 Границы допустимого
  Искусство и факты: границы вымысла
  Искусство в классовом обществе: границы общечеловеческого
  Искусство и мораль: границы терпимости
  Искусство и художник: границы самовыражения
 Антиискусство
Заключение
Приложение. Эстетика Николая Гартмана и современность
Именной указатель

 Введение

Так на каких людей приятнее смотреть, спросил
Сократ, -- на тех ли, в которых видны
прекрасные, благородные, достойные любви черты
характера или же безобразные,
низкие, возбуждающие ненависть?
Клянусь Зевсом, Сократ, тут большая разница,
отвечал Паррасий.

Ксенофонт. "Воспоминания о Сократе"

Суровость суждений -- великая добродетель.
Уильям Блейк

Зачем нужна еще одна книга по эстетике? Вопрос далеко не праздный.

Развитие науки в нынешней России напоминает не постепенное строительство (с которым обычно сравнивают науку), а разбор завалов во время продолжающегося землетрясения. Если, в чем нет никакой уверенности, человечество выживет, оставив капитализм в далеком прошлом, люди будущего вспомнят наше время -- по аналогии с Просвещением -- как эпоху Затемнения.

"Воспретить человеку материалистическое направление равносильно запрещению искать истину", -- писал А.П.Чехов (1860--1904). Сегодня мы как никогда близки к этому состоянию. Если во времена Чехова, когда человечество развивалось прогрессивно и капитализм в целом не изжил себя, препятствия материализму и науке чаще ставились извне, цензурой -- и рушились под напором увеличивающегося объема знаний, то сейчас, когда человечество топчется на месте, не в силах покончить с отжившим строем и терзаясь подлинными и мнимыми страхами, отторжение материализма становится еще и внутренней потребностью, оно исходит из нежелания людей видеть мир таким, каков он есть, что является и следствием, и причиной деградации науки, в том числе эстетики.

"Если в системе понятий потрясение занимает место прекрасного, творчество -- место искусства, если формируется эстетика без прекрасного и искусства -- то это уже не последующие фазы старого развития, это, пожалуй, уже разрыв преемственности".

При этом наука, не опирающаяся на материалистическую философию, как свидетельствуют историки науки, не в силах противостоять антинаучным настроениям. "Социальное одобрение научной деятельности позволяет ученому полностью сосредоточиться на внутренних проблемах своей дисциплины и этим создает иллюзию самоценности, внесоциальности научного мышления. Но если верно, что наука способна развиваться лишь в качестве одобряемого обществом предприятия, то утрата ею общественного престижа должна вызвать со стороны научного сообщества не противодействие, а уступку антинаучным настроениям". Пример: известный историк эстетики Б.Ф.Егоров пишет: "Я очень болезненно воспринимаю различные выкрутасы постмодернистского искусства, но понимаю, что упаси Боже (орфография Б.Ф.Егорова. -- Г.З.) "разносить" или запрещать новейшие течения во всех видах искусства", так как "всем памятен разгром великих композиторов", "учиненный советскими вельможами" и т.д., после чего пугливо возлагает надежду на время, которое все расставит по местам -- очевидно, без помощи ученых, дезертировавших с фронта борьбы между истиной и ложью. Запретить ложь в условиях рыночного спроса на нее, действительно, невозможно. Но назвать ее ложью можно и нужно -- не боясь слова "разнос" и всего ушата обвинений в тоталитарности, приготовленного на этот случай убийцами науки.

За прошедшие 20 лет в нашей стране марксисты практически не занимались эстетикой и, что гораздо хуже, ею занимались немарксисты, постсоветские ренегаты. Занимались они ею так же, как любой другой областью знания -- уничтожали либо с религиозных, либо с субъективистских позиций. В итоге красота оказывалась принадлежащей либо нашему сознанию, либо потустороннему миру, что означает одно и то же -- в нашем материальном мире красоты нет. А такой мир немного стоит, и вряд ли кому-нибудь придет в голову его защищать -- мир, а не себя или бога, причем бога власть имущих.

Последнее сказано не для проформы: в религиозно ориентированной эстетике на первый план все больше выдвигается не В.С.Соловьёв и не Н.А.Бердяев, а откровенный нацист Ильин, прямо исповедовавший принцип партийности ("служения") и готовый поддержать любое мракобесие в любой стране и любой сфере жизни. Второе пришествие Ильина в отечественную эстетику -- это вызов марксизму. Речь, конечно, идет не просто об опровержении его взглядов (красота -- создание бога, а бог -- создатель красоты), а о развитии научной альтернативы идеологическому диктату реакции.

Марксизм -- не просто наследник классической философии; марксизм -- это и есть классическая философия сегодня, единственная дорога к познанию в мире, где кроме нее остались лишь трясина постмодернизма, поглотившая неклассическую философию, и антимир богословия.

Еще в 1970-е годы на Западе, похоронившем свое философское и в том числе эстетическое наследие, была замечена "особая готовность марксизма предоставить эстетике новую родную почву и включить ее в свою систему".

Отчасти эта задача была выполнена советской эстетикой, занимавшейся теми проблемами, которые на Западе, уже тогда затронутом интеллектуальной деградацией, отказались решать, в первую очередь -- проблемой объективной основы эстетического восприятия мира; но лишь отчасти. Многое в нашей эстетике было марксистским только по названию, что и привело к ее нынешнему печальному состоянию.

Причина, разумеется, в том, что и общество, именовавшее себя социалистическим, таковым не являлось. В СССР и других странах "второго мира" существовал способ производства, известный под названием "азиатского". Более верным представляется термин "политарный", введенный Ю.И.Семёновым, давшим наиболее полную концепцию возникновения неополитаризма (или индустриального политаризма) в СССР. Сущностью политаризма является то, что частная собственность (собственность части общества) на средства производства принимает общеклассовый (а не персональный) характер и потому выступает в форме государственной собственности; классом-собственником является госаппарат.

Исторически неизбежное поражение политаризма стало реставрацией зависимого капитализма, существовавшего в России до 1917 года, и обрекло нашу страну на положение полуколонии, что означает не только вечную бедность, но и очень резкую интеллектуальную деградацию, борьба с которой стала основной задачей современных отечественных марксистов.

Доказать, что марксизм жив, можно лишь применением марксистского метода к различным философским проблемам, в данном случае -- эстетическим.

Поэтому и нужен разбор завалов как предпосылка строительства; нужно взглянуть на результаты, достигнутые эстетикой прошлого, в том числе той, которая считалась марксистской, и кто-то должен сделать первый шаг.


 Об авторе

Григорий Алексеевич ЗАВАЛЬКО (род. в 1970 г.)

Доктор философских наук (2006), доцент кафедры философии Государственного музыкально-педагогического института им.М.М.Ипполитова-Иванова. Окончил МГУ им.М.В.Ломоносова. Автор книг "Проблема соотношения морали и религии в истории философии" (2-е изд.M.: URSS, 2010), "Понятие "революция" в философии и общественных науках: Проблемы, идеи, концепции" (4-е изд.M.: URSS, 2011), "Философские проблемы эстетики" (M.: URSS, 2011).

 
© URSS 2016.

Информация о Продавце