URSS.ru - Издательская группа URSS. Научная и учебная литература
Об издательстве Интернет-магазин Контакты Оптовикам и библиотекам Вакансии Пишите нам
КНИГИ НА РУССКОМ ЯЗЫКЕ


 
Вернуться в: Каталог  
Обложка Штраус Д. Старая и новая вера: Христиане ли мы еще? Пер. с нем.
Id: 120721
 
197 руб.

Старая и новая вера: Христиане ли мы еще? Пер. с нем. Изд.2

URSS. 2011. 184 с. Мягкая обложка. ISBN 978-5-397-01770-1.
Книга напечатана по дореволюционным правилам орфографии русского языка (репринтное воспроизведение издания 1906 г.)

 Аннотация

Вниманию читателей предлагается книга известного немецкого философа, историка, теолога и публициста Давида Штрауса (1808--1874), в которой он излагает критику христианских догм и ставит два основных вопроса: "Христиане ли мы еще?" и "Имеем ли мы еще религию?" На первый вопрос он дает однозначно отрицательный ответ; на второй --- ответ только в том случае положительный, если считать религией чувство зависимости, смирения и внутренней свободы, вытекающие из пантеистического мировоззрения. Изложение нового миросозерцания распадается у Штрауса на две части. Во-первых, он показывает, в чем заключается это миросозерцание, на какие аргументы оно опирается, каковы его характерные черты, отличающие его от старых церковных воззрений; во-вторых, он пытается выяснить, оказывает ли это современное ему мировоззрение своим приверженцам такую же службу, как приверженцам старой веры --- их христианская доктрина, лучше или хуже оно в этом отношении, и в какой степени оно может служить фундаментом для истинно человеческой, то есть нравственной и, следовательно, счастливой жизни.

В конце работы содержится два приложения, в которых автор излагает свой взгляд на творчество великих немецких поэтов и композиторов, анализируя ту тесную связь, которая, по его мнению, существует между искусством и религией. Книга также включает биографию Давида Фридриха Штрауса, составленную немецким историком Э.Целлером.

Книга рекомендуется философам, историкам, религиоведам, культурологам, всем заинтересованным читателям.


 Оглавление

Биография Давида Фридриха Штрауса
I.  Христиане-ли мы еще?
II.  Имеемъ-ли мы еще религию?
III.  Какъ мы понимаемъ веру?
IV.  Какъ мы устраиваемъ свою жизнь?
Первое прибавление. О нашихъ великихъ поэтахъ
Второе прибавление. О нашихъ великихъ композиторахъ
Послесловие вместо предисловия

 Послесловие вместо предисловия (отрывок)

къ новымъ изданиямъ моей книги:

"Старая и новая вера".

Четверть года спустя после своего первого появления на светъ божий, моя книжка собирается въ четвертый разъ предстать предъ публикой; я не снабдилъ ее предисловием въ первомъ издании и не сделалъ этого до сихъ поръ. Моя мысль была: пусть она говоритъ сама за себя; действительно, цель и задача ея были для всякого очевидны. Темъ временемъ она вызвала съ разныхъ сторонъ сильныя и отчасти даже злыя нападки, читатель вправе ожидать теперь ответа автора. Материалу хватило бы для целаго ряда полемическихъ статей, по самымъ различнымъ вопросамъ философскимъ и богословскимъ, естественнонаучнымъ и политическимъ. Но мы не желаемъ выйти изъ поставленныхъ себе рамокъ; наше исповедание не отнимаетъ у другихъ ихъ места, оно желаетъ лишь сохранить и за собой свое место -- не больше. Итакъ, мы будемъ лаконичны, темъ не менее мы не считаемъ удобнымъ отягощать нашу, нарочно легко написанную книгу этимъ баластомъ, мы предпочитаемъ вылить свой ответъ въ отдельную форму, темъ более, что онъ долженъ служить не только предисловием къ новому изданию, но и послесловиемъ для читателей прежнихъ изданий.

Какъ известно, Лессингъ ответилъ Клопштоку: думайте обо мне, что хотите, только читайте меня прилежнее! Да, мы знаемъ также, что онъ ничего не имелъ противъ того, если временами это "думайте, что хотите" превращалось въ изрядную брань. Вь этомъ смысле я могъ бы быть доволенъ приемомъ, который встретила моя исповедь. Бей, но выслушай! заявляетъ авинский ораторъ и полководецъ своему врагу. Конечно, темъ хуже тому, кто былъ выслушанъ и все же осужденъ критикой. Моя книга не имела бы оправдания, если бы ее осудили все, кто читалъ ее. Но я имею все основания сомневаться въ последнемъ. Рядомъ съ тысячами моихъ читателей та дюжина людей, которые публично выступаютъ противъ меня, составляетъ ничтожное меньшинство, и врядъ ли имъ удастся доказать, что они являются верными интерпретации массы читателей. Въ такомъ споре, какъ нашъ, берутъ слово главнымъ образомъ противники; те, кто согласны со мной, довольствуются темъ, что хранятъ свои мысли про себя. Это объясняется условиями, въ которыхъ мы живемъ, каждый изъ насъ отлично знаетъ это. Вопросъ, где-же те "мы", на которыхъ я ссылаюсь въ своей книге, конечно, не можетъ остаться для меня безразличнымъ; но спрашивающие знаютъ не хуже меня, въ чемъ тутъ дело.

Правда я здесь опять упустилъ удобный случай, не воспользовался имъ; для человека, поседевшаго въ литературныхъ бояхъ, это непростительная ошибка! Вотъ Апостолъ Павелъ (по крайней мере, какимъ его изображаетъ история апостоловъ) былъ совсем другимъ стратегомъ. Когда онъ стоялъ передъ советомъ первосвященниковъ въ Иерусалиме и заметилъ, что обе враждующих секты фарисеевъ и саддукеевъ соединилисъ противъ него, онъ сумелъ ловко расстроить этотъ союзъ, заявивъ, что его обвиняютъ въ учении о воскресении мертвыхъ; фарисеи перешли на его сторону. Если бы я последовалъ примеру умнаго апостола и заявилъ моимъ критикамъ-теологамъ: меня обвиняютъ въ томъ, что я отрицаю божественный характеръ Христа, то я безусловно признаю Христа -- человека нашимъ Спасителемъ и главой, заявивъ это, я приобрелъ бы въ лице Протестантского Общества солидного союзника противъ нападокъ староверовъ. Точно такъ же: я могъ бы безъ боязни проводить естественно-научныя воззрения въ моемъ объяснении мира, мне стоило только изъять отсюда человека, и я освобожденъ быль-бы отъ упрека въ материализме; если-бы я не высказывался въ пользу некоторых теорий и направлений и съ другой стороны заставилъ себя не говорить против другихъ теорий, которымъ я не сочувствую, я имелъ-бы на своей сто роне почти всехъ демократовъ и социалистов. Но что прикажете думать объ умственныхъ способностяхъ человека, который сознательно делаетъ себя невозможнымъ у всехъ партий, подвергаетъ себя перекрестному огню правоверных и прегрессивныхъ теологовъ, консерваторовъ и социалдемократовъ? Какъ хотите, объ уме его можно думать что угодно, но вы не сможете сомневаться въ его честности.

Моя книга -- говоритъ авторы рецензий въ "Везерской Газеты" -- объявляетъ войну Протестантскому Обществу и старо-католикамъ. На самомъ деле это вовсе не такъ; я еще вернусь къ этому. Но естественно, что, разъ моя книга была понята въ такомь смысле, она встретила одиноко враждебное отношение какъ со стороны приверженцевъ Протестантского Общества, взявшихъ слово въ "Всеобщей Германской Газете" и "Везерской Газете" такъ и со стороны профессора старо-католика, писавшего вь "Мюнхенской Газете", а такъ-же "Крестовой Газете" и церковныхъ газетахъ и ортодоксов, не говоримъ уже о "Протестантской Церковной Газете". Справедливее поступили некоторыя социалдемократическия газеты, которыя, при всемъ своемъ возмущении моими политическими взглядами, не отказываютъ въ признании критической и философской части моей книги. Писатели и публицисты этого последнего направления въ своей полемике не признаютъ хорошего тона и корректности по отношению къ противнику; но это, по крайней мере не противоречитъ принципамъ ихъ партии. Точно также и у клерикаловъ мы давно уже привыкли къ такому языку; мы понимаемъ такъ-же, что вежливость по отношению къ человеку, которого считаешь слугой дьявола, можетъ казаться только лицемерием. Но культурныя средния партии гордятся обыкновенно своимъ приличнымъ тономъ въ полемике. Если и оне на этотъ разъ вышли изъ пределов приличия въ своей полемике противъ моей книги, то это должно иметь свои причины.

Если сравнить тонъ, съ которымь меня встретило большинство моихъ критиковъ, съ темъ тономъ, который въ последние годы установился по отношению ко мне въ немецкой литературе, я имелъ бы все основания считать себя глубоко обиженнымъ этимъ внезапнымъ поворотомъ. Когда улеглась буря, вызванная моимъ первымъ сочинением, я приобрелъ довольно почетное имя въ литературе; многие авторы оказывали мне даже непрошенную честь, объявляя меня въ накоторомъ роде классическимъ прозаикомъ. Моя последняя книга, какъ видно, разомъ уронила меня въ глазахъ критики; журналисты третируютъ меня свысока, словно новичка, даже более того, какъ какого то пропащаго субъекта. Хорошо лишь, что этотъ новый тонъ въ сущности не представляетъ для меня ничего новаго. Напротивъ, онъ уже давно знакомъ мне, еще со временъ моего первого литературного дебюта "Жизни Иисyca". Я снова слышу его теперь, у конца моей литературной карьеры; это служитъ мне, по крайней мере, доказательствомъ, что я не переменился, остался ве ренъ своей задаче (что могутъ сказать о себе далеко не все писатели въ моемъ возрасте)...


 Об авторе

Давид Фридрих ШТРАУС (1808--1874)

Известный немецкий философ, историк, теолог и публицист. Родился в Вюртемберге. Учился в духовной евангелической семинарии, где одним из его учителей был знаменитый богослов, впоследствии основатель Тюбингенской школы протестантского богословия, Ф.К.Баур; затем в духовном институте при Тюбингенском университете. В 1832 г. начал чтение лекций по философии в университете, которые сразу создали ему громкую славу. В 1835 г. вышла в двух томах его книга "Жизнь Иисуса", которая произвела чрезвычайно сильное впечатление и на богословов, и на публику, но стоила автору преподавательского места в Тюбингенском университете. В 1848 г. пробовал силы в политике, был избран депутатом Вюртембергского собрания. С 1849 г. занимался исключительно научной и литературной работой.

Главный труд Штрауса "Жизнь Иисуса" был предназначен прежде всего специалистам-теологам, но вызвал настолько широкий общественный интерес, что к 1840 г. вышло четыре издания. Исходя из принципов гегелевской философии, разбирая содержание источников (главным образом Евангелий) и развивая свою теорию образования мифов, Штраус не отрицал исторического существования личности Иисуса, но находил, что большая часть представлений о нем имеет позднейшее происхождение, и пытался выяснить, из каких греческих, еврейских и восточных элементов составились эти представления. Оригинальные и смелые мысли автора, по существу, положили начало новому этапу научной библеистики, но вызвали протест ортодоксальных теологов. Одно из изданий написанной Штраусом биографии Вольтера, имевшей широкую популярность, было переведено на русский язык еще в 1871 г., но по настоянию цензора тираж был уничтожен, а издатель привлечен к судебной ответственности.

 
© URSS 2016.

Информация о Продавце