URSS.ru - Издательская группа URSS. Научная и учебная литература
Об издательстве Интернет-магазин Контакты Оптовикам и библиотекам Вакансии Пишите нам
КНИГИ НА РУССКОМ ЯЗЫКЕ


 
Вернуться в: Каталог  
Обложка Тарле Е.В. Рабочий класс во Франции в эпоху революции: 1789--1791
Id: 112577
 
274 руб.

Рабочий класс во Франции в эпоху революции: 1789--1791

URSS. 2010. 248 с. Мягкая обложка. ISBN 978-5-354-01306-7.

 Аннотация

В настоящей книге, написанной выдающимся отечественным историком Е.В.Тарле (1874--1955), впервые в мировой исторической литературе исследовано положение рабочего класса во время Великой французской революции в период 1789--1791 гг. Автор на фоне картины состояния французской промышленности в предреволюционные и революционные годы показывает положение рабочего класса, его различных профессиональных групп в Париже и провинции, характер и формы борьбы рабочих в бурные годы революции, значение первого антирабочего закона Ле Шапелье, общую роль и место рабочего класса в буржуазной революции XVIII в.

Книга рекомендуется профессиональным историкам, преподавателям и студентам исторических вузов, а также всем, кто интересуется вопросами истории революционных движений и рабочего класса.


 Оглавление

Предисловие
Глава I. Вопрос об устранении рабочих от выборов накануне открытия Генеральных штатов (в публицистике)
Глава II. Разгром домов фабрикантов Ревельона и Анрио
Глава III. Безработица в 1789 году
 1. Волнения в период после взятия Бастилии. Меры муниципалитета
 2. Проекты борьбы с безработицей и с ее последствиями
Глава IV. Благотворительные мастерские и "общественные работы"
 1. Устройство благотворительных мастерских. Отношение к ним муниципалитета. Нарекания против мастерских. 2. Уничтожение благотворительных мастерских. Доклад Ларошфуко-Лианкура. Петиция рабочих после закрытия мастерских. 3. Общественные работы. Работы по устройству празднества федерации. Работы в церкви св. Женевьевы Работы в каменоломнях. Работы по разборке Бастилии. Закрытие работ по разборке Бастилии
Глава V. Хозяева и рабочие в 1790-1791 годах. Стачечное движение 1791 года в Париже
 1. Вопрос об экономическом состоянии Франции в 1790-1791 гг.
 2. Представители промышленного класса в их обращениях к властям
 3. Рабочие.Их петиции. Корпорация "du devoir". 4.Организация нового типа. "Типографский клуб" и его орган. 5. Стачки 1791 г. (апрель - июнь). Вмешательство муниципалитета. 6. Закон Ле Шапелье. Доклад Ле Шапелье. Цель и содержание закона. Конец стачки
Глава VI. Политические партии и рабочие в период Учредительного собрания
 1. Трудность вопроса. Победа нового решима. Новые власти и их отношение к рабочим в 1789-1791 гг. 2. Отношение рабочих к властям. 3-4.Контрреволюционеры и рабочие. 5. Демократическое течение и рабочие. 6. По поводу манифестации 17 июля 1791 г. Заключение
Комментарии
Приложения. Документы

 Предисловие

Предлагаемые очерки содержат часть результатов работы автора над архивными данными, касающимися истории обрабатывающей промышленности и рабочего класса во Франции в конце XVIII в. Автор, предпринимая эту работу, имел в виду, что если неразработанность экономической истории Франции в эпоху революции есть факт общепризнанный, то по истории рабочего класса в точном смысле сделано особенно мало; не сделано и малой доли того, что, например, по истории крестьянского класса успела создать французская специальная литература, возникшая под влиянием направления, которое Жорес назвал "l'ecole francaise et russe" (работ Кареева, Лучицкого, М.Ковалевского и Sagnac'a), и приведшая уже к пересмотру многих укоренившихся взглядов.

Чтение курса в Петербургском университете по экономической и социальной истории Франции в конце XVIII и в начале XIX в. лишний раз заставило автора убедиться в страшной скудости данных, касающихся указанного вопроса, которые бы стали уже достоянием науки, и побудило обратиться к посильной разработке предмета.

Пока в публикуемой небольшой части очерков взята только эпоха Учредительного собрания и главное внимание обращено на Париж, хотя, как читатель увидит, многое имеет отношение ко всей Франции. Под влиянием именно парижских событий издавались законы, вроде закона Ле Шапелье или декрета Ларошфуко--Лианкура; то, что потом стало называться "рабочим вопросом", складывалось под впечатлением действий, исходивших прежде всего от столичных рабочих. Читатель найдет здесь пока больше фактов, относящихся к истории рабочего класса в точном смысле, нежели к истории промышленности: это произошло вследствие абсолютной скудости документов второго рода для истории парижской индустрии в разбираемый период. В следующих частях, по мере расширения хронологических и географических рамок работы, эта сторона исследуемых явлений будет занимать тем больше места, чем менее скупы будут документальные свидетельства.

Ко времени начала революции Париж являлся одним из крупных центров обрабатывающей промышленности. Правда, мануфактуры, на которых работало более 100 человек, все еще считались единицами и в подавляющем большинстве все еще преобладали мастерские старого, традиционного типа, где работало по нескольку человек и где редко было более 20--30 рабочих, -- но в общей сложности рабочее население столицы исчислялось многими десятками тысяч и под словами "les ouvriers", "la population ouvriere" в 1789 и следующих годах понималась очень внушительная сила, чуть не целая "армия голодных", которую одни доводили, как увидим далее, до 80 тысяч человек, а другие склонны были еще преувеличивать эту цифру и говорить о 150 тысячах и т.п. Конечно, сколько-нибудь точной цифры у нас нет. Известно также, какую серьезную роль, по единодушным показаниям современников, сыграло именно рабочее население столицы в критические дни революции -- 14 июля и 5--6 октября 1789 г., 17 июля 1791 г., 10 августа 1792 г. и т.д.

Кроме первых глав книги Левассера "Histoire des classes ouvrieres depuis 1789", нескольких заключительных страниц в книге Germain Martin'a "Les associations ouvrieres au XVIII siecle", относящихся к интересующему нас периоду, и страниц, посвященных состоянию рабочего класса в книге Жореса "Histoire de la Constituante", я затруднился бы назвать еще хоть один самостоятельный труд, который бы уделял этому вопросу сколько-нибудь серьезное внимание (о книгах о "социализме" в XVIII в. и в эпоху революции Lichtenberger к нашей теме, а особенно к публикуемой пока части, собственно, имеющих лишь косвенное отношение, см. в главах I и VI настоящей работы). Документы, относящиеся к промышленности и рабочим в эпоху (революции, слишком часто оказываются совершенно неиспользованными. Уже работая над историей национальных мануфактур, мне пришлось убедиться, что целая масса документов, относящихся к этому вопросу и хранящихся в Национальных архивах, никогда не была еще в руках исследователя, -- оказалось, например, что одна часть серии F, содержащая, вообще говоря, много ценного материала, в книге "Рабочие национальных мануфактур" была использована впервые. Точно так же, работая и над рукописями, легшими в основание предлагаемого теперь этюда, приходилось при получении этих документов иной раз испытывать задержку в 2--3 дня; как объяснил мне архивист Charles Schmidt, помощи которого я много обязан, эта задержка обусловливалась тем, что необходимо было предварительно наложить штемпель на документы, ибо выдавались они впервые, а между ними оказались очень и очень существенные. Нашел я также немало характерных документов в архиве префектуры полиции, кое-что в "отделении рукописей" Национальной библиотеки и в Библиотеке города Парижа. Некоторые из этих неизданных рукописей печатаются в приложении * к предлагаемой работе (конечно, пока лишь из относящихся к 1789--1791 гг.); с другими читатель ознакомится по примечаниям к этой книге.

Только документы, относящиеся к так называемым "ateliers de charite" и "ateliers de secours", изданы -- и изданы превосходно -- архивистом Александром Тютэ, кое-какие попали в издания Lacroix и Chassin "Les elections et les cahiers en 1789. Documents recueillis..." etc. Paris, 1889; остальные никогда не издавались. Превосходное издание (Ch.Schmidt et F.Gerbaux) протоколов комитетов земледелия и торговли, очень важное как указатель документов по истории земледелия и отчасти торговли, может сослужить хорошую службу при занятиях в Национальном архиве. Упреки, делавшиеся этому изданию, в том, что оно дает только оглавление, перечень документов, а не самые документы, неосновательны уже потому, что издатели и не ставили, и не могли ставить себе невыполнимой задачи напечатать целиком самые документы (это издание -- "Procesverbaux des comites d'agriculture et de commerce de la Constituante, de la Legislative et de la Convention", t. I--II. Paris, 1906--1907 -- составляет часть коллекции документов по экономической истории революции, задуманной французским министерством народного просвещения).

Ценен оказался и печатный материал: памфлеты, брошюры на злобу дня, афиши и извещения (периодическая пресса почти ничего не дает, за весьма редкими исключениями).

Весь этот материал, конечно, не оказался настолько богатым, чтобы удовлетворить всем законным запросам научной любознательности, но он дал мне ряд ценных указаний и разъяснений.

В предлагаемых очерках я пока излагаю лишь тот материал, который относится к первым годам революции, точнее, к эпохе Учредительного собрания. Как будет пояснено в дальнейшем изложении, для истории рабочего класса (как и для истории всей Франции) эти хронологические рамки отнюдь не являются лишь формальным, чисто внешним и поэтому произвольным делением, -- напротив.

Из печатаемых в приложении сорока семи документов большинство никогда не появлялись на свет даже в отрывках, а из четырех (приложения XII, XIV, XXIV, XXVIII) более или менее значительные части приведены в вышеупомянутой книге Martin'a; в полном же виде и они появляются тут впервые. Печатаются они здесь, конечно, с соблюдением орфографии подлинников (часто совершенно малограмотных). Из общей группы печатаемых рукописей я выделил петицию рабочих к Людовику XVI. Я переписал ее с одного из четырех рукописных экземпляров, которые были найдены в знаменитом "железном шкапе", принадлежавшем королю, после взятия Тюльерийского дворца 10 августа 1792 г.; теперь все четыре рукописи хранятся в Национальных архивах, в картоне С.184 (113--118), 8 liasse (pieces relatives a la contre-revolution). Этот интересный и редкий документ мне показалось нужным напечатать и сделать его таким образом более доступным, но в число неизданных документов я не мог его включить потому, что он дважды был напечатан -- оба раза очень скоро после того, как написан: один экземпляр (брошюра с кое-какими стилистическими изменениями сравнительно с рукописью) хранится в Национальной библиотеке (под N Lb. 39 11162); второй раз эта рукопись была напечатана по приказанию Конвента в конце 1792 г., когда готовился процесс Людовика XVI; она была тогда издана вместе с другими документами, найденными в "железном шкапе" (Нац. библ. Le38 64, N. CXVTI--CL, imp. par ordre de la Convention, -- Papiers de TArmoire de fer). Под каждой из четырех рукописей -- подписи рабочих: под каждой подписывалась особая группа рабочих, так что, очевидно, переписывание петиции в четырех экземплярах именно объясняется тем, что эти списки ходили по рукам в отдельных рабочих кварталах для сбора подписей.

В дальнейших частях предпринятой работы и хронологические, и географические рамки исследования будут постепенно расширяться, а пока на печатаемый этюд нужно смотреть как на отдельную главу из той общей работы, где будут рассмотрены по возможности все дошедшие до нас данные по истории французских рабочих в революционный период. К концу Учредительного собрания закончилась одна страница в истории рабочего населения Парижа -- и началась другая; и уже это может дать предлагаемому очерку характер известной законченности.

Документы собирались и анализировались мной без всяких целей и специально поставленных себе самому "тезисов", кроме единственной цели: привлечь к исследованию экономической истории этой критической эпохи данные, на которые или мало обращалось внимания, или, чаще, ни малейшего внимания не обращалось, и я, памятуя классический совет Фюстель де Куланжа, не торопился с "синтезом", а приступал к нему, лишь вполне удостоверившись всякий раз по крайнему своему разумению, что имею на то право. И еще одно замечание: многие из таких выводов покажутся убедительнее, если прочесть всю книгу, а не только ту или иную относящуюся к ним отдельную главу. Происходит это потому, что непосредственная жизненность некоторых документальных данных сказывается часто не только в обрисовке самих фактов, о которых идет прямая речь, но и в массе неуловимых черточек, которые припомнятся читателю в совсем иной связи, и часто именно в связи с теми или другими общими выводами или замечаниями, сделанными в предшествующем или последующем изложении. Например, мельком брошенная фраза в докладе Ле Шапелье заставит вспомнить то, что говорилось раньше о характере рабочей корпорации du devoir; прочтя в главе VI об аббате Шатцеле, можно понять настроение относительно аббата Руа, о чем шла речь в главе II: общее экономическое состояние в 1791 г. обрисовывается постепенно тоже не в отдельной какой-нибудь главе и т.д. В особенности нужно сказать, что в последней, шестой, главе весьма многое предполагается уже известным читателю из предшествующих глав и все в ней теснейшим образом связано с остальными частями книги.

Мне остается в последних строках предисловия выразить глубокую признательность заведующим теми архивами, в которых я работал, особенно же М. Charles Schmidt'y (в Национальном архиве) и М. Rey (в Архиве префектуры полиции).


 Об авторе

Евгений Викторович ТАРЛЕ (1874-1955)

Выдающийся отечественный историк, академик АН СССР. Родился в Киеве, в купеческой семье. Окончил 1-ю Херсонскую гимназию, учился сначала в Новороссийском, а затем в Киевском университете. Участвовал в семинаре профессора И.В.Лучицкого, по рекомендации которого был оставлен при университете для подготовки к профессорскому званию. В 1901 г. защитил магистерскую диссертацию. С 1903 г. -- приват-доцент Петербургского университета, где преподавал (с короткими перерывами) до конца жизни. В 1911  г. защитил докторскую диссертацию. В 1918 г. избран ординарным профессором Петроградского университета, затем стал профессором Московского университета. В 1927 г. избран действительным членом Академии наук СССР.

Творческое наследие Е.В.Тарле огромно -- только монографий он опубликовал около 50, не считая переизданий. Его труды по истории международных отношений, экономики, политики, общественной мысли, культуры разных стран и народов получили признание не только у нас в стране, но и за рубежом. Первое в мировой науке исследование экономической истории Европы периода наполеоновских войн "Континентальная блокада"; самая популярная книга Е.В.Тарле "Наполеон"; фундаментальные труды "Европа в эпоху империализма, 1871-1919 гг." и "Крымская война"; биография Талейрана; монографии об экспедициях русских военных моряков -- все они остаются блестящими памятниками исторической мысли, вполне сохранившими свое значение для науки. По справедливому признанию многих историков, исследования Е.В.Тарле отличали не только научная глубина, но и блестящая литературно-художественная обработка.

 
© URSS 2016.

Информация о Продавце