URSS.ru - Издательская группа URSS. Научная и учебная литература
Об издательстве Интернет-магазин Контакты Оптовикам и библиотекам Вакансии Пишите нам
КНИГИ НА РУССКОМ ЯЗЫКЕ


 
Вернуться в: Каталог  
Обложка Вышеславцев Б.П. Этика Фихте: Основы права и нравственности в системе трансцендентальной философии
Id: 110876
 
479 руб.

Этика Фихте: Основы права и нравственности в системе трансцендентальной философии. Изд.2

URSS. 2010. 456 с. Мягкая обложкаISBN 978-5-396-00129-9.
Книга напечатана по дореволюционным правилам орфографии русского языка (репринтное воспроизведение издания 1914 г.)

 Аннотация

Вниманию читателей предлагается книга выдающегося отечественного философа Б.П.Вышеславцева (1877--1954), одного из плеяды крупнейших русских религиозных мыслителей XX века. Положительно характеризуя принципы трансцендентального идеализма И.Г.Фихте, автор особо подчеркивает "иррациональные" элементы в фихтеанстве и значение интуиции в познании. Благодаря широким историко-философским сопоставлениям и методологическому своеобразию книга Б.П.Вышеславцева выходит далеко за рамки основной темы, затрагивая широкий круг вопросов --- от проблемы иррационального в философии начала XX века до построения этической теории права и государства.

Для философов, историков философии, аспирантов и студентов философских вузов, всех заинтересованных читателей.


 Содержание

Введенiе

ОТДЕЛЪ ПЕРВЫЙ. Трансцендентальный идеализмъ. Рацiональное и иррацiональное  

Глава первая. А рriоri и а posteriori. Фактъ и обоснованiе
 Наукоученiе и трансцендентальный методъ. Противопоставленiе а рriоri и а роstеriоri. Опытъ и его основанiе. Значенiе опыта въ системе Фихте. "Весь опытъ", какъ "данное число". "Обыденная" и ,трансцендентальная" точки зренiя. Данность и созиданiе
Глава вторая. Данность и созиданiе. Фактъ и генезисъ
 Созиданiе изъ перваго начала (Ursprung). Бытiе и свобода. Найденное и созданное (Wissenschaftslehre 1801 г.). Фактъ и генизисъ Принципiированiе, "Черезъ" и "отъ". Генезисъ, какъ противопоставленiе. "Soll". Созерцанiе и мышленiе. Неопределенная матерiя и определенiе черезъ противопоставленiе Quale, какъ переживанiе и его формы. Непосредственно-переживаемая реальность и форма "черезъ". Фактъ и законъ. Закономерность не эмпирична. Бытiе действительное и сверхдействительное
Глава третья. Иррацiональное
 Эмпирическiй фактъ, какъ случайное. Созерцанiе, какъ непонятное. Hiatus irrationalis. Действительность -- иррацiональна
Глава четвертая. Полюсы противопоставленiя и среднее между ними
 Трансцендентальная философiя, наука и вненаучное сознанiе. Противопоставленiе рацiональнаго и иррацiональнаго содержится во всехъ трехъ областяхъ. А priori и а posteriori, какъ две точки зренiя на одно и то-же. Более и менее непосредственное знанiе. Ступени опосредствованiя. Разнообразное во времени и пространстве, какъ низшая ступень оформленности. Лестница ступеней между пределом и беспредельным
Глава пятая. Проблема иррацiональнаго въ современной философiи. Шуппе, Риккертъ и Ласкъ
 Иррацiональное у Канта, Данность и мышленiе у Шуппе. Иррацiональное у Риккерта, какъ индивидуальное и конкретное. Критика этого взгляда. Иррацiональное, какъ абсолютно-непонятное переживанiе. Безплодность такого иррацiональнаго. Теорiя двухъ элементовъ у Ласка: форма и матерiя, значащее и незначащее Непроницаемость матерiи для формы. Пропасть между ними делаетъ познанiе невозможнымъ. Форма, какъ матерiя для иной, высшей формы. Логосъ, какъ форма и значимость. Логосъ, какъ противопоставление
Глава шестая. Проблема иррацiональнаго въ современной философiи: Бергсонъ и Лосскiй
 Не разумъ, а только интуицiя постигаетъ абсолютное. Интуицiя, какъ субъективное переживанiе. Иллюзорность понятiй и символовъ. Обезцениванiе действiя. Бездейственная интуицiя. Противоречивость крайняго алогизма ц его преодоленiе. Связь разума и интуицiи. Связь метафизики и науки. Методъ безконечно малыхъ Опытъ, какъ интегралъ. Отношенiе Бергсона къ древней и новой философiи. Задача критики Бергсона. Метафизика Бергсона: абсолютное, какъ творческая эволюцiя. Панхронизмъ. Таблица основныхъ понятiй бергсоновой метафизики. "Творческая эволюцiя" и немецкiй идеализмъ, Ценность Бергсона. Рацiональное и иррацiональное у Лосскаго. Познанiе. какъ дифференцированiе действительности. Анализъ и синтезъ. Предметъ, какъ X. Психологизмъ Лосскаго. Стремленiе къ преодоленiю психологизма и къ онтологiи
Глава седьмая. Рацiональное и иррацiональное въ древней философiи
 Древнiй хаосъ. Безпредельное Анаксимандра. Пределъ и безпредельное у пифагорейцевъ и у Платона. Форма и матерiя у Аристотеля. Матерiя, какъ безпредельность возможностей. Плотинъ Матерiя, какъ непостижимая матерь всего, и матерiя, какъ ничто Конкретный и отрешенный идеализмъ
Глава восьмая. Идея, какъ безконечная задача
 Догматизмъ обыденнаго разсудка. Сократъ. Отклоненiе Фихте въ сторону догматическаго рацiонализма. Наукоученiе, какъ решенiе мiровой загадки. Требованiе законченной системы, какъ причина догматизма. Последнее основанiе, или безконечный рядъ основанiй? Я, какъ достаточное основанiе. Догматически-рацiональная система субъективнаго идеализма. Задача преодоленiя догматическаго идеализма. Ученiе Канта объ идеяхъ. Антиномiя системы и безконечности. Стремленiе къ завершенному и незавершенному Значенiе идеи, какъ безконечной задачи, въ философской системе Фихте. Платонъ, какъ праотецъ идеализма. Идея я, какъ этическая идея. Этическая безконечность, какъ безконечность высшаго ранга. Кантъ и Фихте. Я, какъ должное, какъ моральный идеалъ. По содержанiю этическая идея всеобъемлюща и безпредельна. Идея л становится идеей Абсолютнаго. Преодоленiе догматизма. Идеализмъ, какъ философiя безконечности. Гегель и Шеллингъ
Глава девятая. Идея, какъ система
 Не уничтожаетъ-ли безконечность систему? Что такое система? Систематическая замкнутость совместима съ прогрессомъ въ безконечность. Безконечный кругъ. Система, какъ безконечность Единство предела и безпредельнаго. Система взаимодействiя я и не я. Система взаимодействiя разума и опыта, Этическая система взаимодействiя интеллигенцiй. Система сущаго и должнаго. Этическая система содержитъ въ себе теоретическую и есть универсальная система, единство предела и безпредельнаго. Проблема эстетической системы, какъ высшей гармонiи. Пределъ философiи Фихте
Глава десятая. Безконечный прогрессъ у Фихте и критика дурной безконечности у Гегеля
 Терминъ "дурной". безконечности. Трагедiя вечно недостижимой цели. Прогрессъ въ безконечность, какъ неизбежное и вместе антиномичное понятiе. Какую безконечность Фихте считаетъ дурной, и какую-хорошей? Принципъ развитiя жизни, одухотворенiя наростанiя бытiя. Жизнь въ идее. Безконечное наростанiе системъ, безконечный рядъ мiровъ. Мистика вечнаго творенiя Progress in infinitum, какъ последнее слово философiи Фихте Нападенiе Гегеля: прогрессъ въ безконечность не решаетъ антиномiи конечнаго и безконечнаго. Признанiе неудовлетворительности решенiя у самого Фихте, и у Канта. Критика дурной безконечности у Гегеля. Прогрессъ въ безконечность не есть истинная безконечностъ. Фихте не решилъ антиномiи системы и безконечности. Теорiя двухъ мiровъ и стремленiя, какъ связи между ними. Догматизмъ ея. Истинная безконечность, какъ система объединенныхъ противоположностей. Примеры истинной безконечности у Гегеля. Математическая проблема потенцiальной и актуальной безконечности и ея значенiе для метафизики
Глава одиннадцатая. Безконечность потенцiальная и актуальная. Абсолютъ
 Понятiя indefinitum, transfinitum и infinitum. Примеры потенцiальной безконечности. Примеры актуальной безконечности. Лейбницъ и его монадологiя. Всякая потенцiальная безконечность предполагаетъ актуальную, лежащую въ основе. Актуальная безконечность, какъ всеобщность и целостность. Актуальная безконечность и Абсолютное. Заслуга критики Гегеля: актуальная безконечность, какъ система, прогрессъ въ безконечность, какъ антропоцентризмъ; Эросъ не Богъ. Ошибка Гегеля: догматическiй рацiонализмъ; иллюзiонизмъ иррацiональнаго. Потенцiальная безконечность у Фихте. Кантъ и Фихте устанавливаютъ антиномiю потенцiальной безконечности. Актуальная безконечность у Фихте. Абсолютное у Фихте. Безконечное и Абсолютное у Плотина и Николая Кузанскаго. Актуальная безконечность въ этике

ОТДЕЛЪ ВТОРОЙ. Субъектъ и объектъ  

Глава первая. Субъективный идеализмъ и его кризисъ въ системе Фихте
 Две пары противоположностей: рацiоналъное-иррацiональное и субъектъ - объектъ: Абсолютное, какъ единство четырехъ сторонъ. Четыре одностороннихъ пониманiя Абсолютнаго. Абсолютное, какъ объектъ и какъ субъектъ. Субъективный идеализмъ, какъ исходной пунктъ философiи Фихте. Кризисъ субъективнаго идеализма въ 1800 г. Свобода и нравственность, какъ иллюзiи Вера, какъ исходъ. Эволюцiя понятiя субъекта въ первомъ перiоде. Неясность понятiя. Субъектъ, какъ индивидуумъ. Субъектъ, какъ моральное лицо. Субъектъ, какъ сознанiе вообще. Попытки преодоленiя субъективнаго идеализма въ Наукоученiи 1794 г. Догматическiй идеализмъ отвергается. Субъектъ и объектъ созидаются актомъ противопоставленiя. Переносъ закона противопоставленiя въ субъектъ. Признанiе неправильности такого переноса. Первое Наукоученiе хочетъ быть идеалъ-реализмомъ: оно вводитъ вещъ въ себе, какъ идею. Нерешенная проблема
Глава вторая. Проблемы субъекта и объекта, идеализма и реализма въ Наукоученiи 1804 года. Восхожденiе къ Абсолюту
 Преодоленiе объективнаго реализма и субъективнаго идеализма Абсолютное не есть ни вещь, ни представленiе. Чистое знанiе, или разумъ, какъ противопоставленiе. Субъектъ и объектъ, какъ противоположности. Сознанiе не есть Абсолютъ. Сознанiе не творитъ истину. Сознанiе само созидается чистымъ знанiемъ. Признанiе чистаго знанiя, разума, понятiя за Абсолютное. Идеализмъ понятiй и его преодоленiе. Признанiе иррацiональной жизни за Абсолютное. Реализмъ переживанiя и его преодоленiе. Абсолютное, какъ единство противоположностей рацiональнаго и иррацiональнаго. Восхожденiе къ Абсолюту. Фихте и Плотинъ. Трансцендентность Абсолютнаго
Глава третья. Корреляцiя субъекта и объекта и ея значенiе въ системе философiи
 Нерешенная проблема. Произведенiя 1812 и 1813 г. Понятiе объективнаго у Канта и Фихте. Субъектъ, какъ источникъ заблужденiя. Наука, какъ отстраненiе субъективнаго. Значенiе субъекта и объекта въ логике. Критическое напоминанiе о субъекте. Идентитетъ субъекта и объекта въ логике. Субъективное, какъ объектъ, какъ бытiе своего рода. Природа и духъ. Пафосъ объективности. Противоположности борющiяся и согласованныя. Логика природы. Значенiе субъекта въ этике и эстетике. Идентитетъ субъекта и объекта въ этике и эстетике. Противопоставленiя бытiя и явленiя, матерiи и духа, лица и вещи, творца и творенiя. Единство субъекта и объекта, какъ идея, какъ безконечная задача

ОТДЕЛЪ ТРЕТIЙ. Царство природы и царство свободы  

Глава первая. Проблема объективной этики въ трансцендентальномъ идеализме
 Антиномiя свободы и необходимости. Свобода и природа. Интуицiя свободы и проблема практическаго разума. Антиномiя свободы и необходимости у Канта. Ея решенiе при помощи метафизической субстанцiи свободы и субъективнаго идеализма у Фихте. Иллюзорность решенiя. Попытка обоснованiя посредствомъ веры. Проблема рацiональной этики въ онтологической системе философiи. Сфера этическаго опыта. Факты матерiальной культуры, права и государства и индивидуальной этической жизни. Гипотеза натуралистическаго монизма и гипотеза свободы
Глава вторая. Категорiи природы, какъ условiя возможности свободы
 Проблема свободнаго действiя. Свобода, какъ гипотетическое начало. Многогранность понятiя. Свобода, какъ система категорiй Категорiи природы, являющiяся условiями свободы: причинность, взаимодействiе, влеченiе къ взаимодействiю, организмъ. Проблема жизни у Канта, Фихте и въ современной философiи. Организмъ, какъ посредствующее звено между механической причинностью и свободой. Одушевленный организмъ. Сознание. Сознательное влеченiе. Закономерность въ мiре неорганическомъ и органическомъ. Дедукцiя тела. Разнообразная подвижность сознательнаго организма. Волюнтаризмъ Фихте. Хотенiе. Низшая способность хотенiя, какъ высшая ступень природы. Проблема взаимодействiя тела и души. Решенiе въ духе субъективнаго идеализма и его иллюзорность. Утонченный спиритуализмъ въ духе Плотина Критика спиритуалистической гипотезы. Проблема сознанiя въ онтологической системе философiи
Глава третья. Переходъ отъ царства природы къ царству свободы
 Проблема синтеза природнаго влеченiя и чистаго стремленiя Синтезъ взаимнаго ограниченiя и его несовершенство. Свобода, какъ отрешенiе отъ природы и какъ формированiе природы Этика отрешенная и конкретная. Срощенiе природы и свободы Понятiя формы и матерiи, порядка и разнообразiя, высшей системы и низшей. Отклоненiе въ сторону акосмизма и его причины
Глава четвертая. Основныя категорiи свободы
 Царство свободы, какъ качественно новое. Система категорiй свободы. Категорiя количества. Всеобщность. Безконечность. Все времена. Будущее въ этике. Непрерывность въ этике. Категорiя реляцiи. Цель и средство. Целесообразность и причинность Проблема конечной цели. Конечная цель, какъ безконечная задача. Двоякiй смыслъ этой задачи. Категорiя модальности. Законы природы и свободы, ихъ модальное различiе. Свобода, какъ сфера возможностей. Свобода выбора. Действiе, какъ переходъ отъ возможности къ действительности. Сфера природныхъ возможностей. Свобода, какъ незнанiе причинъ. Неправда детерминизма. Необходимость этическая и природная. Свобода, какъ переходъ отъ низшей ступени къ высшей. Свобода выбора, какъ переходное состоянiе. Аффектъ свободы и произвола. Властный характеръ. Исчерпанiе свободы. Категорiя качества. Субъектъ, самосознанiе. Прообразъ въ душе. Личность, какъ самоцель Дальнiй и ближнiй. Тело и душа. Дедукцiя общества. Ея смыслъ Система индивидуумовъ, какъ особая ступень бытiя. Взаимодействiе я и ты. Aufforderung. Принципъ взаимности. Критерiй добра. Проблема индивидуальности. Два теченiя: индивидуальность, какъ зло, и какъ этическая ценность. Индивидуальность и актуальная безконечность. Конкретная этика. Индивидуальная нравственная задача и ея иррацiональность. Демонъ Сократа Конкретная всеобщность

ОТДЕЛЪ ЧЕТВЕРТЫЙ. Право и нравственность  

Глава первая. Дедукцiя права и государства
 Взаимоотношенiе свободныхъ лицъ, какъ правоотношенiе. Правоотношенiе, какъ разграниченiе сферы внешней свободы. Право регулируетъ деятельность во внешнемъ мiре. Правоотношенiе возможно лишь между субъектами. Субъектъ права и субъектъ психо-физическiй. Договоръ, какъ условiе правоотношенiя. Договорный характеръ права. Позитивный законъ, какъ договоръ Договорная теорiя, какъ рацiонализмъ. Договоръ собственности Гарантiи правоотношенiя. Договоръ защиты. Дедукцiя государственной власти. Организацiя правового принужденiя. Власть, какъ общая воля. Народный суверенитетъ. Руссо и Фихте. Права, какъ чистое отрицанiе, какъ граница свободы. Проблема естественнаго права у Фихте
Глава вторая. Система конкретной этики. Хозяйство, право, нравственность
 Противопоставленiе права и нравственности, и ихъ единство Право, какъ условiе возможности и нравственности. Право лежитъ посредине между природой и нравственностью. Техника, какъ первая ступень практическаго разума. Право, какъ организованное хозяйство. Хозяйственный базисъ права и государства Этическiй идеализмъ и экономическiй матерiализмъ. Техническая и юридическая сторона хозяйства Абстрактное понятiе свободы и вопросъ о содержанiи действiй. Поддержанiе жизни, какъ первая цель деятельности. Нацiональное богатство и его этическая ценность. Ступень высшей нравственности. Формулировка различiй права и нравственности у Фихте. Понятiе индивидуальной нравственной заповеди. Категорiя высшей нравственности и ихъ систематическая связь. Ихъ отношенiе къ категорiямъ права Проблема оправданiя права и государства, какъ проблема соотношенiя ступеней. Моральный анархизмъ и антиномiя въ праве. Правовое принужденiе и соцiальное воспитанiе. Непротивленiе злу. Хозяйство и право какъ условiя возможности индивидуальности и индивидуальнаго общенiя

 Введение

Современная философская мысль въ разрешенiи этическихъ проблемъ поддерживаетъ непрерывную духовную связь съ немецкимъ классическимъ идеализмомъ. Она можетъ принять, или отвергнуть этотъ последнiй, но не можетъ его обойти, не въ праве его игнорировать. Въ немецкомъ идеализме живутъ проблемы античной и христiанской этики, подвергаясь новому всоеобразному и углубленному истолкованiю. А что останется въ современной нравственной философiи, если у нея отнять идеи христiанства и основы античной мудрости?

Неокантiанское движенiе выполнило задачу систематическаго пересмотра принциповъ Кантовой этики въ целяхъ решенiя основныхъ вопросовъ современнаго нравственнаго сознанiя. Но по отношенiю къ Фихте это не было сделано. Между темъ, въ области этики, последнiй глубже, фундаментальнее и современнее Канта. Онъ не превзойденъ ни Шеллингомъ, ни Гегелемъ въ этой сфере, составляющей его родную стихiю. Изъ классиковъ немецкаго идеализма онъ далъ больше всего для построенiя этической системы, могущей властвовать надъ настоящимъ и будущимъ. Онъ былъ не только любителемъ мудрости, но и пророкомъ, имевшимъ подлинныя откровенiя, которыя и для насъ теперь звучатъ, какъ откровенiя. Этика Гегеля, несмотря на всю свою мудрость, на свое дiалектическое совершенство, все-же гнетъ насъ къ земле, приковываетъ къ земле, и въ этомъ отношенiи напоминаетъ Аристотеля. Ея прозренiя показываютъ намъ смыслъ земной исторiи и земного государства, смыслъ того, что уже пройдено. пережито, достигнуто, или во всякомъ случае -- знакомо. Этотъ великiй дiалектикъ, все-же смотритъ внизъ, а не вверхъ, назадъ, а не впередъ, его мудрость есть мудрость Эпиметея, а не Прометея, онъ совсемъ не борется съ "необходимостью", и совсемъ не пророкъ. Напротивъ, религiозный порывъ Фихте устремленъ къ новому,,неведомому,никогда не бывшему,онъ хочетъ открыть новые мiры и указать путь къ иной нравственности, возвышающейся надъ всемъ темъ, чему служитъ и предъ чемъ преклоняется обычное сознанiе. Для Гегеля, какъ и для Аристотеля, государство является высшей ступенью этики; напротивъ, Фихте зоветъ къ иному, более совершенному, более проникновенному общенiю духовъ, оставляющему ступень государства далеко подъ собою. Въ этомъ смысле онъ более современенъ и более намъ близокъ. особенно темъ, кто не можетъ всецело отдаться пафосу чистой государственности. Только Фихте указуетъ здесь правильный путь: государство есть культурная ценность, но не предельная ценность. Только онъ даетъ истинное оправданiе государства и права, прiемлемое для самой чуткой совести, ибо онъ возноситъ нравственное сознанiе къ той высшей правде, съ вершины которой ясно видны ступени хозяйства, права и государства, лежащiя у ея подножья.

Можетъ показаться порою, что Шеллингъ генiальнее Фихте; и действительно, въ сравненiи съ этой радугой идеализма, Фихте -- лишь скромный серый день. Но все-же и Шеллингъ не превзошелъ Фихте въ этике; родная стихiя Шеллинга -- не здесь. Онъ перескакиваетъ черезъ трудный и вначале прозаическiй путь, ведущiй къ Абсолютному по ступенямъ культуры, чтобы сразу подняться къ эстетическому и религiозному созерцанiю. Его стихiя -- философiя космическая, философiя красоты, и гнозисъ религiознаго прозренiя. Перваго -- вовсе не было у Фихте, ко второму онъ пришелъ инымъ, суровымъ, этическимъ путемъ. Обоимъ светитъ одно и то-же солнце мiра, одинъ и тотъ-же неизреченный светъ, но Фихте смотритъ на него, какъ вождь и пророкъ, а Шеллингъ какъ поэтъ, охваченный молитвеннымъ экстазомъ.

Принципъ этической системы Фихте принадлежитъ Канту, о чемъ самъ Фихте на каждомъ шагу неустанно напоминаетъ, однако все-же между ними огромная разница. Мораль Канта кажется холодной, бледной и абстрактной по сравненiю съ глубоко жизненной, вбирающей въ себя весь матерiалъ мiра, конкретной этической системой Фихте. Последнiй, прежде всего, хочетъ оправдать свободу глубже и фундаментальнее, чемъ это сделалъ Кантъ. Фихте не можетъ удовлетвориться темъ решенiемъ антиномiи свободы и необходимости, какое дано въ Критике чистаго разума. Его собственное решенiе полнее и интереснее и систематичнее, чемъ то, какое мы находимъ у неокантiанцевъ, особенно у Штаммлера. Параллелизмъ каузальнаго и телеологическаго ряда и произвольность той, или иной точки зренiя на мiръ представляютъ собою идею весьма несовершенную. "Съ одной стороны"... и "съ другой стороны"... есть решенiе, напоминающее собою ученiе о двойной истине. Этого Фихте принять не можетъ. Кроме того проблема свободы не решается въ однихъ только категорiяхъ реляцiи. Необходимо развернуть всю систему категорiй, на которыхъ покоится царство свободы и выяснить ихъ отношенiе къ категорiямъ природы; только тогда свобода будетъ оправдана и знаменитая антиномiя будетъ разрешена. Фихте даетъ первую систему культурныхъ ценностей, дедуцированную изъ идеи долга. Техника, хозяйство, право и нравственность являются у него ступенями конкретной этики. Все оне не могутъ быть оторваны и отрешены другъ отъ друга, все существуютъ въ живомъ срощенiи и сплетенiи. При чемъ высшая ступень нравственности, какъ конкретнаго общенiя индивидуальностей, вовсе не была видна Канту, и является самой загадочной и неустранимой проблемой настоящаго времени. Идея долга перестаетъ быть обязанностью совести (Pflicht) и становится здесъ,миром должнаго бытiемъ особаго рода, бытiемъ тендирующимъ и устремленнымъ, бытiемъ непрерывно наростающимъ. Этика прiобретаетъ онтологическiй характеръ.

Здесь всего ярче выступаетъ отличiе отъ Канта и прогрессъ по сравненiю съ нимъ. Кантъ везде субъективно-идеалистиченъ, тогда-какъ Фихте преодолеваетъ субъективный идеализмъ и преодолеваетъ прежде всего въ этике и ради этики. Если неокантiанцы старались освободить трансцендентальную философiю отъ субъективизма и психологизма, то не следуетъ забывать, что Фихте сделалъ это раньше и лучше. Онъ пошелъ по самому радикальному пути, доведя субъективный идеализмъ до крайняго напряженiя, и до полнаго кризиса, Мы не знаемъ въ современной философiи, все еще блуждающей въ дебряхъ субъективизма и психологизма, такого генiальнаго преодоленiя идеализма, имманентизма и всякого рода "Bewusstseinsphiosophie", какъ то, которое дано у Фихте въ Наукоученiи 1804 года. Эта сторона философiи Фихте до сихъ поръ совершенно не была изследована. Его вторая система была подвергнута почти полному и глубоко незаслуженному забвенiю, между темъ какъ она безконечно глубже и мощнее первой.

То, что делаетъ Фихте особенно намъ близкимъ, это онтологизмъ, непрестанное устремленiе къ Абсолютному, и иррацiонализмъ, преодоленiе догматическаго рацiонализма.

Въ последнемъ пункте онъ тесно связанъ съ Кантомъ, съ одной стороны, и съ современнымъ интуитивизмомъ, съ другой. Вместе съ Кантомъ онъ отрицаетъ догматическiй рацiонализмъ, признаетъ опытную данность, и иррацiональный остатокъ въ идее, какъ безконечной задаче. Вместе съ современнымъ интуитивизмомъ, онъ неустанно указываетъ на переживанiе, вернее, на иррацiональную сторону Абсолютнаго. Въ постановке этого основного вопроса онъ исходитъ вместе съ Кантомъ изъ противопоставленiя а priori и а posteriori, данности и созиданiя, противопоставленiя, заложеннаго въ трансцендентальномъ методе. Для решенiя всехъ проблемъ логики и этики этотъ методъ у Фихте, равно какъ и у Канта, одинаково кладется въ основу; и Фихте сознаетъ и высказываетъ, что трансцендентализмъ есть то наследiе, которое онъ принялъ отъ Канта, и отъ котораго никогда не могъ и не долженъ былъ отказаться. Выясненiе того, какъ Фихте понималъ трансцендентальный методъ, должно составить начало настоящей работы; лишь затемъ возможно разсмотреть преодоленiе субъективизма, ибо оно дается въ результате неуклоннаго и радикальнаго проведенiя трансцендентализма; и наконецъ, только после всего этого возможно перейти къ трансцендентальному обоснованiю царства свободы, къ обоснованiю хозяйства, права и нравственности.

Методъ изследованiя каждой философской системы долженъ удовлетворять двумъ требованiямъ. Прежде всего, онъ долженъ давать исторически верное изображенiе изучаемаго философа, не упуская и не замалчивая различныхъ, хотя-бы и противоречивыхъ теченiй его мысли. Затемъ, и это безспорно самое важное, онъ долженъ давать принципiально-философскую оценку данной системы и различныхъ теченiй въ пределахъ последней. Методъ долженъ быть не только историческимъ, но и философскимъ; онъ долженъ руководиться не только любовью къ установленiю историко -литературныхъ фактовъ, но и любовью къ истине, любовью къ мудрости-онъ долженъ быть методомъ историко-философскимъ. И любовь къ истине должна доминировать и вести изследованiе; ей принадлежитъ "приматъ интереса": только потому мы обращаемая къ данному философу, что надеемся получить отъ него ответъ на волнующiе насъ вопросы. Мы сами, и въ нашемъ лице современная философская мысль, ставить ему эти вопросы, те самые, которые для нея особенно ценны и настоятельны; но отвечать долженъ онъ, какъ хочетъ и какъ умеетъ; въ его собственный текстуальныя слова должны мы вникнуть, переспрашивая и истолковывая, и сличая различные ответы, до техъ поръ, пока не дойдемъ до пределовъ изучаемой системы. Наибольшая самостоятельность въ исканiи философской истины, въ построенiи системы, должна и можетъ сочетаться съ чуткимъ вниманiемъ къ чужой мысли, къ чужимъ интуициямъ, прозренiямъ и пророчествамъ.

Самъ Фихте хотелъ и требовалъ такого именно отношенiя. Следующiя его слова определяютъ методъ настоящей работы:

"Was zuf\"orderst wissenschaftliche Werke betrifft, so ist der erste Zweck beim Lesen derselben, sie zu verstehen und den eigentlichen wahren Sinn des Yerfassers historisch zu erkennen. Hierbei muss man nun nicht also zu Werke gehen, dass man sich dem Autor leidend hingebe und ihn auf sich einwirken lasse, wie Ohngefar und gutes Gliick es will: oder, dass man sich von ihm vorsagen lasse, was er uns eben vorsagen will; und nun hingehe und es sich merke. Sondern, wie in der Xaturforschung die Natur den an sie gestellten Fragen des Experimentators zu unterwerfen ist und zu nothigen, class sie nicht in den Tag hineinrede, sondern die vorgelegte Frage beantworte: ebenso ist der Autor zu unterwerfen einem gescliickten und wohlberechneten Experimente des Lesers"


 Об авторе

Борис Петрович ВЫШЕСЛАВЦЕВ (1877--1954)

Выдающийся русский философ и религиозный мыслитель. Родился в Москве, в семье присяжного поверенного Московской судебной палаты. В 1899 г. окончил юридический факультет Московского университета. В 1902 г. начал подготовку к профессорскому званию в области философии под руководством выдающегося философа и правоведа П. И. Новгородцева. В 1914 г. защитил магистерскую диссертацию. С 1917 г. -- профессор философии права Московского университета. В 1922 г. уехал из России. Один из организаторов Вольной академии духовной культуры. Преподавал в основанной Н. А. Бердяевым Религиозно-философской академии в Берлине, в Богословском институте в Париже. С 1925 г. -- один из редакторов религиозно-философского журнала "Путь".

В своих трудах Б. П. Вышеславцев разрабатывал проблемы этики, философской антропологии, теории культуры, социальной философии. В книге "Сердце в христианской и индийской мистике" (1929) он показал глубину различий между христианскими и индуистскими представлениями о человеке. Знакомство с К. Юнгом привело его к увлечению психоанализом, что отразилось в главном философском труде "Этика преображенного Эроса. Проблема Закона и Благодати" (1931), где был предпринят опыт построения "новой этики". Проблемы социальной философии освещались в последней вышедшей при жизни книге "Кризис индустриальной культуры" (1953); данный кризис, по мнению автора, должен быть преодолен одухотворением культуры высшими религиозными ценностями. Посмертно увидела свет книга "Вечное в русской философии" (1955), в которой Б. П. Вышеславцев исследовал "вечные" темы русской культуры.

 
© URSS 2016.

Информация о Продавце